Тая Север – Между звезд и руин (страница 30)

Тёплый воздух продолжал струиться из вентиляционных решёток. Мимо за окном стремительно проносились деревья и столбы, но вопреки скорости, автомобиль двигался плавно, будто корабль по спокойным водам. Ни единой тряски не ощущалось в его уверенном движении.

Анна, сидевшая рядом, повернулась ко мне:

— Тебя тоже записали в "Чистильщики"?

Я молча кивнула, и Катерина, расположившаяся напротив, добавила:

— Я так полагаю, мы все в одной группе.

— Да, я тоже об этом думала. А этот хмырь, наш главный... — произнесла Анна с явным раздражением в голосе.

Её слова повисли в воздухе, и я согласно кивнула.

— И чему он может нас научить, напыщенный индюк, — не унималась Анна.

— Тише, а вдруг он нас слышит, — испуганно прошептала Катерина.

В салоне повисла напряженная тишина, прерываемая лишь тихим гулом двигателя.

Из встроенных в потолок колонок раздался властный голос:

— Напыщенного индюка зовут Хилл, и я возглавляю вашу группу. В нашем отряде шесть человек, трое уже приступили к работе, и вы скоро присоединитесь к ним. Через два дня в город прибудет наш Верховный правитель вместе со старшим сыном. Ваша задача — навести порядок и обеспечить поддержание чистоты в будущей резиденции правителя.

В салоне автомобиля повисла напряженная тишина. Слова Хилла эхом разнеслись по замкнутому пространству, заставив Анну покраснеть от неожиданности. Она явно не предполагала, что наши разговоры было слышно.

— Почему ваш Верховный правитель едет в наш захудалый городок? — нарушила молчание я, пытаясь скрыть удивление.

«У них действительно Верховный правитель? Не глава, не президент? А нас ещё называют примитивными», — подумала я.

Мужчина усмехнулся, словно прочитав мои мысли.

— Он приезжает по настоянию старшего сына. Тот убеждён, что именно здесь идеальное место. Во-первых, уникальная геомагнитная аномалия создаёт естественный защитный купол. Во-вторых, кристаллическая структура земной коры в этом регионе обладает особыми свойствами, которые могут усиливать энергетические потоки...А ещё есть что-то... первобытное в этих местах. Дикая сила природы, которая сохранилась вопреки всему. Это место хранит древнюю энергию, понимаете? Оно не испорчено технократической цивилизацией. Здесь чувствуется связь с чем-то таинственным. Именно такие места всегда притягивали нас. Здесь можно создать нечто большее, чем просто столицу. Здесь можно создать центр всей Земли.

— Так это получается, мы всю жизнь жили на каком-то магически крутом месте? — прыснула от смеха Анна, но я тут же ткнула её в бок, вспомнив, как Хилл легко прижал к земле Артема одним лишь движением руки.

Вспоминая эту сцену, я невольно поежилась. Они явно владели какой-то необъяснимой силой — то ли магией, то ли телекинезом. А ведь его слова вполне могли быть правдой... Да и зачем ему нас обманывать?

— То есть получается, для вас это место привлекательно своей энергией и первобытностью? — задала я еще один вопрос, пытаясь собрать воедино все кусочки головоломки.

— Можно и так сказать, — ответил он.

Я задумалась на мгновение, пытаясь осознать масштабы происходящего. Неужели вся наша жизнь проходила на месте, которое таит в себе такие удивительные тайны? Видимо, наши исследования и научные открытия ещё не дошли до их уровня. Да и не владеют люди никакими сверхспособностями, и энергию мы не ощущаем.

Машина остановилась у массивного здания, служившего административным центром. Оно возвышалось над остальными постройками, на удивление оставшись целым и нетронутым войной. Белоснежные колонны, украшенные искусной резьбой, тянулись вдоль фасада. Тяжёлые дубовые двери, покрытые бронзой, казались неприступной крепостью, охраняющей тайны за своими стенами.

Многочисленные окна, обрамлённые изящными наличниками. Однако вокруг здания валялись обломки мебели, перевёрнутые автомобили и мусор. Покосившиеся фонарные столбы, лишённые ламп, тянулись вдоль растрескавшегося асфальта, создавая резкий контраст с величественным строением.

Хилл вышел из машины и галантно распахнул перед нами дверцу. Мы по очереди выбрались наружу, и холодный ветер тут же взъерошил мои волосы, заставив поежиться.

На улице царила густая темнота, и рядом со зданием не было ни души. Однако внутри горел свет, и через пыльные окна можно было разглядеть смутные силуэты людей.

Хилл, скрестив руки на груди, обвел рукой здание:

— Видите масштаб работы? — его голос эхом разнесся в тишине. — Внутри всё покрыто пылью и грязью. У вас есть всего два дня, чтобы это исправить и привести в более-менее приличный вид. Прошу за мной.

Он направился внутрь, и мы последовали за ним. Хилл распахнул двери. Когда мы переступили порог, передо мной открылся впечатляющий вид просторного зала. Высокие потолки с массивными балками уходили куда-то ввысь, создавая ощущение величия. Под ногами я видела толстый слой грязи, в котором уже отпечатались следы множества ног. Полки вдоль стен были заставлены различными предметами, которые тоже были покрыты толстым слоем пыли.

В воздухе медленно кружилась едва заметная взвесь пыли. Старые, потемневшие от времени картины на стенах смотрели на меня пустыми глазницами рам.

Подняв взгляд на второй этаж, я увидела широкую, потрепанную временем лестницу, ведущую к открытым дверям кабинетов.

В помещении работало около десяти девушек. Одни мели пол, другие вытирали пыль с полок, третьи собирали мусор в мешки. Кто-то поднимался на стремянки, чтобы очистить верхние ярусы, пока другие занимались мытьем окон. Их движения были четкими и уверенными.

— Ваша зона работы — второй этаж, — произнёс Хилл, его голос звучал решительно и без компромиссов. — Сейчас вам предоставят весь необходимый инвентарь. К работе нужно приступить прямо сейчас, времени ждать просто нет.

26. Изнурительный труд

В здании кипела работа по преображению просторных кабинетов в роскошные гостевые спальни для избранных приближённых правителя. Анна методично отмывала окна в длинном коридоре второго этажа, а Катерина сосредоточенно чистила стены. Полы предстояло вымыть последними — ведь сильные представители класса «Трутни», куда входили только физически развитые мужчины, должны были доставить и установить новую мебель.

Мой рабочий день превратился в непрерывную череду задач: очистка стен, снятие старых штор, мойка окон и люстр, уборка мусора. Переходя из одного бывшего кабинета в другой, я повторяла этот цикл снова и снова.

Надзирающий за нами Хилл постоянно торопил, его напряжённое лицо выдавало не меньшую тревогу, чем у нас.

— Яра, ты слишком медлительная, отстаёшь от графика. Ты справляешься хуже всех, — причитал он.

Когда я безуспешно пыталась снять занавески, не доставая даже со стремянкой, он неожиданно вмешался. Перепоручив мне мытьё стен, сам взялся за шторы, а мытьё люстр поручил Светлане — самой высокой в группе.

Такое неожиданное участие с его стороны поразило меня: он не только раздавал приказы, но и сам был готов впрячься в работу.

Изнеможение сковывало каждую мышцу моего тела. Мы трудились всю ночь напролёт с момента прибытия, и когда первые лучи рассвета окрасили небо, объём работы казался таким же огромным, как и прежде.

Мои руки были в мозолях, а глаза щипало от химических средств. Это был настоящий каторжный труд, и я не знала, когда наступит передышка. Хилл лишь разводил руками, указывая на горы работы и ограниченное время.

К полудню Хилл всё же разрешил нам отдохнуть и принёс сдобные булочки. Мы собрались на первом этаже в импровизированной столовой, где рабочие могли перекусить. Все девушки выглядели измученными.

— Я больше не могу, — жалобно произнесла девушка из другой группы. Её руки дрожали, а красный нос выдавал аллергическую реакцию на химикаты.

— Осталось немного, потерпи, — подбадривала её соседка.

Хилл стоял в углу, его взгляд выдавал крайнее утомление — видимо, он тоже давно не спал.

— "Трутни" подготовят вам спальни, и вы сможете отдохнуть пять часов, но не больше, — объявил он.

В этот момент вмешалась руководитель второй группы — высокая, стройная красавица с кулоном на шее:

— Какие пять часов? Не больше трёх! У нас отставание от графика!

— Хочешь в срочном порядке искать новых работников? Они измотаны до предела, им необходим отдых! — эмоционально возразил Хилл. Девушка сжала губы, но отступила.

Я была благодарна даже за эти пять часов сна. Как быстро в таких условиях начинаешь ценить простые радости — здоровый сон и еду.

После скромного перекуса нас вновь отправили на работу. Руки уже не слушались — я успела отмыть всего восемь комнаты из тринадцати, что мне поручили. А ведь другим пришлось ещё тяжелее — тем, кто пришёл позже, досталось по восемнадцать кабинетов!

Я методично тёрла стены, полки и двери, пока всё не начинало блестеть.

— Всё, пташка, заканчивай. Время отдыха, — произнёс Хилл, входя в комнату. Я радостно бросила тряпку и поспешила за ним.

Наша комната располагалась на втором этаже, в конце коридора. Бывшее помещение для совещаний теперь превратилось в спальное место для класса " Чистильщиков". Я была рада, что в нашем классе были только женщины. Когда я вошла, большинство уже разобрало кровати. В небольшой комнате стояли восемь двухъярусных кроватей, как в казарме. Анна помахала мне рукой приглашая занять кровать, и я выбрала место над ней.