Тая Ан – Не бойся ночи, там есть Я (страница 18)

Дело запахло жареным. Мой защитный арсенал уменьшился до опасного минимума…

За окном мелькали незнакомые пейзажи. Мы ехали где-то далеко за городом, и я не имела ни малейшего понятия где. Сумка с телефоном и жучком осталась в клубе. Оставалось надеяться на маячок, спрятанный в каблуке левой туфли. Хоть бы не подвёл…

— С чего ты решила, что я желаю зла? Я всего лишь прошу тебя измениться, потому что соскучился. А ты вредничаешь.

— Тогда к чему были те слова про кофе?

— Ни к чему. Ты знаешь, я злюсь, когда что-то идет не так. Но я над этим работаю.

Знаю? Ничего я не знаю, кроме того, что ты шерстяная скотина. Работает он… Неужели запахло прогрессом? Как жаль, что мне всё равно.

Я смотрела в окно, не желая встречаться взглядом с этим оборотнем. Что странно, пах он несколько иначе, нежели все остальные. Его запах не был столь отвратителен, и даже наоборот. С тех пор как я обрела способность отличать шерстяных лицемеров от простых людей, я научилась и сравнивать. Люди пахли по большей части нейтрально, вампиры отличались сладковато-тяжелым ароматом с характерными оттенками меда и ванили, а оборотни всегда пахли зверем. Резко, остро и отвратительно. И я не могла понять, почему Лют так отличается. Его запах был всё таким же звериным, но куда более мягким, ненавязчивым и интересным. Находясь рядом, не возникало желания тут же зажать нос. Скорее хотелось «вслушаться» в этот сложный аромат, чтобы распознать все его составляющие. Кожа, смола, хвоя, мох и что-то еще, очень похожее на лесные первоцветы. И, как назло, в замкнутом пространстве авто им пропиталось буквально всё. Даже я.

Честно говоря, это меня крайне озадачило. Тогда, два года назад, я ещё не была метаморфом, мои особенности не проснулись, и потому я не могла в полной мере учуять чужую ипостась. Но сейчас, сидя рядом и невольно принюхиваясь, я никак не могла понять, что к чему.

Кажется, мое замешательство не осталось незамеченным.

— Это явление старо, как мир, — усмехнулись мне в волосы.

— Какое именно? Похищение девушки в случае ее отказа?

Чужая ладонь плавно скользнула по моему плечу, грея кожу сквозь тонкую ткань платья.

— И это тоже, но я имел ввиду другое. Тебе нравится мой запах… Это самый главный признак того, что я твоя истинная пара.

Старая сказка. Старая и не интересная.

Да и я бы не сказала, что запах мне нравится. Просто он немного другой, и это довольно странно. Вслух я этого не сказала, лишь слегка пожав плечами, да брезгливо стряхнула с себя стужевскую ладонь. Его близость напрягала. Слишком свежи были в памяти те дни, когда он мог безнаказанно меня пугать.

— Мне тоже нравится твой. Очень. И я безумно по нему соскучился… Так хочется ощутить его снова.

Твои проблемы.

— Куда мы едем и для чего?

Мою щеку согрело дыханием. Поняв, что я не собираюсь тут же исполнять его желание, он разочарованно вздохнул, откинулся на сиденье и закрыл глаза.

— Не переживай, уже почти приехали. Со мной тебе нечего бояться.

Да, это я уже слышала. И не раз. А толку?

Спустя минуту Лют снова стукнул в разделительное стекло, и машина замерла на обочине дороги. Вокруг возвышался густой лес. Что, уже приехали? Я повернула голову с подозрением уставившись на своего похитителя. Что он опять задумал? Светлые глаза распахнулись.

— Идём.

Был ли смысл сопротивляться? Я приняла его руку, вышла из машины и огляделась. Над деревьями сгустилась темнота, холодный ветер трепал их густые кроны и мою юбку. Эта ночная дорога очень напоминала ту самую, на которую меня загнали Лют с Эмилем два года назад. Тогда так же шумел лес, и так же сияла луна. Вот только тут не было фонарей… неужели, именно такое место он и искал? Темное и безлюдное. Чтобы никто не увидел расправы…

— Ты хочешь, чтобы я умерла от любопытства или от холода?

Мужчина промолчал. Он вел за собой в сторону чащи, легонько поглаживая пальцами мою ладонь, и, как ни старалась, я не могла успокоить разволновавшееся сердце. А что, если меня тоже привяжут к дереву в отместку? Что, если ради меня он решился попрать даже свой хвалёный кодекс? Ну и плевать! Лишь бы Рид нашел меня раньше, чем я замерзну насмерть. Или раньше, чем меня обглодают муравьи или дикие звери. А что, если это ловушка, и я буду приманкой? Но ведь Рид не настолько глуп чтоб так просто попасться… Проклятые оборотни!

— Я чувствую, ты уже напридумывала себе всякого, — усмехнулся Лют, разворачиваясь ко мне лицом. Мы стояли в окружении тёмных зарослей. Пышные ели загораживали дорогу. Носки моих недешевых туфель утонули в сырой траве и промокли насквозь. Луна исчезла за облаками, а я не могла похвастать талантом ночного зрения, и оттого злилась еще больше.

— Ну посвяти же меня в свой гениальный план.

— Я просто хочу, чтобы ты разделась и оставила всю одежду здесь. Туфли тоже.

Мои брови поползли вверх. А что потом, станцевать вокруг березы? Затравленно оглядевшись, я вернулась взглядом к Люту, и только теперь заметила в его руке свернутый плед.

— Зачем?

Ну и что, если замерзну. Буду тянуть до последнего, а там может и свои на след выйдут. Ведь, если разденусь, Рид меня точно потеряет…Лют понял, что я не тороплюсь сотрудничать и шагнул вперед.

— Лучше сделать это побыстрей, чтобы окончательно не продрогнуть. Полагаю, ты не захочешь, чтобы я тебя согрел. Ну? Или помочь?

Я закусила губу, судорожно соображая. Одна против оборотня в ночном лесу без кольца, или даже помады. Что я могла сделать? «Не рыпаться» — сказал бы Рид, и наверняка был бы прав. Но как же не хотелось подчиняться Люту! Как не хотелось снова видеть этот самоуверенный блеск в его глазах!

Но что я могла?

Лют, к его чести, не стал усугублять мое и без того унизительное положение. Он демонстративно глядел поверх моей головы, пока я стаскивала с себя платье, туфли и белье, а затем обернул пледом, подхватил на руки и понес обратно в машину, рыкнув на водителя, заметив, как тот бросил на меня мимолетный взгляд.

Дальше ехали молча. Меня обнимали, уперевшись подбородком в макушку, а я страдала от вынужденного дискомфорта и мечтала, чтобы это поскорее закончилось. Судя по его наручным часам, прошло не менее полутора часов, а значит уехали мы довольно далеко.

— Никогда бы не подумал, что будет так сложно, — услышала я чуть позже, когда машина свернула на гравийную дорогу и запетляла между деревьями, — знать, что это ты, держать тебя в руках, но абсолютно ничего не узнавать. Ни запаха, ни звука голоса. Одно воспоминание. Наверное, я это заслужил.

Наверное? На это я могла только фыркнуть, но просто проигнорировала чужие слова.

— Откуда ты узнал? Только не надо про вездесущие связи, ладно?

Уголок его губ дернулся.

— Я расскажу тебе, как только ты изменишься.

— Я тебе не верю.

— Тогда оставайся в неведении.

Закатив глаза, я скрестила руки на груди и притихла.

Спустя какое-то время машина въехала в ворота особняка. Это оказался небольшой деревянный дом с мансардой и увитой диким плющом живописной террасой. Вдоль подъездной дорожки пестрели цветочные клумбы, освещенные изящными кованными фонарями, а в окнах первого этажа горел свет. Однако внутри никого не оказалось. Лют отпустил водителя, отнес меня в дом, а затем вышел, чтобы запереть ворота. Я попыталась было захлопнуть дверь, но замка не было…

Так он меня и застал, в ступоре стоящую в прихожей, глядящей на совершенно гладкую входную дверь. Даже задвижки не нашлось…

— То есть… — я подняла на него изумленные глаза, — ты ради меня даже двери поменял?

— Бери больше, — улыбнулся он, — ради тебя я построил этот дом. Тут неподалеку есть река. Думаю, тебе понравится. Идем, покажу нашу спальню.

Он взял меня за руку и повел по витой лестнице вверх. Мне трудно было разделить чужой энтузиазм, хоть и выглядел дом просто прелестно. Очевидно, что здесь постарался неплохой дизайнер: уютная кожаная мебель, витражные абажуры, ковры. Всё в дереве, стекле и металле. Большой камин, полупрозрачные шторы с вышивкой, цветы в вазах, много пространства и большие полукруглые окна. Но неужели он и правда решил, что, стоит мне тут очутиться, как я растаю ириской и тут же брошусь в его объятия? Судя по его довольному виду, именно так он и думал… И это не могло не угнетать.

Этот с позволения сказать человек, которому просто понравился мой запах, сломал мне жизнь. Надвое, одним днём. Ведь это всё из-за него. Из-за него я бросила семью, отказавшись от всего, что было родным и привычным, из-за него утратила саму человеческую сущность, за что подвергаюсь преследованию и охочусь на монстров из чувства мести. И теперь, выкрав в очередной раз и показав мне красивый дом, он действительно считает, что я обо всём позабуду?

Это либо сумасшествие, либо самоуверенность на грани безумия, либо ненормальная для подобного возраста наивность. И скорее всё сразу. А находиться в одном помещении с подобным индивидом — крайне сомнительное удовольствие.

Спальня нашлась на мансарде, она занимала практически весь этаж. Низкая широкая кровать под шелковым покрывалом смотрела прямо в панорамное окно, за которым виднелся лес и огромный купол ночного неба. На блестящем деревянном полу расстелилась внушительная медвежья шкура, а в камине потрескивал огонь. Те же цветы в вазах, торшер, массивные кресла, комод и куча маленьких безделушек в виде пледа крупной вязки, десятка маленьких подушечек на кровати или плетеной корзины в углу, без которых интерьер не казался бы таким продуманным и уютным.