Татьяна Золотаренко – Держись за небо. Полёт души (страница 16)

– Хорошо. Завтра в семь. А номер?

Казалось, его взгляд пытался вычислить эти злополучные цифры из её памяти, и Света несмело выдохнула:

– Обойдетесь.

Костя не смог удержать ироничное возмущение на лице.

– Думаете?

– Я и так… уже нарушила принципы…

– Ах, – съехидничал он, – вы наверняка не садитесь в автомобиль к незнакомым мужчинам…

– Именно! – строго сощурилась она, готовясь уже объявить об отмене свидания. – Вы слишком настырны, и меня это выводит из себя.

– Я всегда такой на пути к цели, – кивнул он.

– То есть цель – это я?

«Так, словесные прелюдии затянулись и грозятся перейти в перепалку. Но отступать поздно, Ордынцев».

– Так, Светлан, я прошу прощения, если повел себя несколько… хм… настырно.

– Я попытаюсь, – с неутолимой суровостью кивнула она.

– Теперь предлагаю забыть последние пару минут диалога и вернуться к нашему договору: завтра в семь вечера в «Дольче». Н-не знаю, где это, но найду на карте. Хорошо?

– Да, – коротко ответила она и направилась к дому.

Уже на входе во двор Света обернулась, заметив, что машина Константина не сдвинулась с места. Как-то неловко она себя чувствовала, будто находилась под наблюдением.

– Кристина, зачем? – Костя бросил возмущенный взгляд на отражение сестры в зеркале, затем принялся рыться в бардачке.

– Я попросила тебя пойти со мной, а ты вместо того, чтобы уделить внимание мне, клеишь очередную курицу, причём дешёвую, – капризно возмутилась девчонка. – Мы не виделись около полугода, Костян! Может, не стоило вообще приезжать?

Кристина училась за границей, поэтому наносила визиты в родной город пару раз в год, и то – по значимым событиям.

– У тебя есть таблетки от головной боли? Что-то снежный комок больненько упал…

Но голова действительно раскалывалась, поскольку удар снежной шапки был неслабым – с ног его сбило по-настоящему.

– Что? Какие таблетки, Костян? Ты слушаешь меня вообще?

Он вздохнул, не желая сейчас углубляться в воспитательный процесс. Так, таблеток нет. Теперь надо найти информацию о ресторане, пока не забыл его название.

– Последний курс, сестричка. Потерпи уж, – отвлеченно сказал он, принявшись копаться в своём гаджете. – Если захочешь жить в Столице, я тебе всё устрою. Ты не знаешь, где находится «Дольче»? И что это вообще за ресторан?..

– Да уж, – обиженно скрутила губки та, игнорируя его вопрос. – Я вижу… свою жизнь устроишь, а мою – если времени хватит.

Костя бросил на сестру взгляд, полный сожаления. Что бы он ни делал – этого всегда будет мало, поскольку Кристина с детства лишена самого важного аргумента – воспитания. И не только его.

Но сейчас сестра отчасти оказалась права – его всецело занимали размышления о новой знакомой. Почему так зажалась? Что её смутило? Бестактность Кристины или что-то другое?

Ему дико нравилось, что Света не потеряла сознания при виде его автомобиля и не пыталась произвести на него впечатление – вела себя скромно, невызывающе и даже строго. Но он ясно чувствовал напряжение. Возможно даже – страх.

– Прости, сестра. Возможно, я увлёкся, – с сожалением произнёс он. – Но пойми, пожалуйста, что знакомиться с женщинами мне некогда. А личную жизнь хотелось бы устроить. Поэтому иногда теряю голову при первой же возможности.

– Ты не забыл, что не совсем свободен? – ехидно процедила Кристина.

Хотелось сорваться за это напоминание, но Костя подавил свои эмоции.

– А ты не забыла, детка, о том, что человек – это не манекен в драгоценностях, а душа, прежде всего. Ты предполагаешь, что твои покупки чем-то тебя облагородили. А пластику зачем сделала? Чем ты стала лучше в свои двадцать, оставаясь хамкой с искусственным лицом?

– А что мне надо было? С горбатым носом ходить? – вдруг зашлась плачем та. – Ты помнишь? Меня ведь в школе дразнили… Я смотреть на себя в зеркало не могла!

Понимая, что перебрал с прямолинейностью, Костя смягчился в тоне.

– Кристина, в школе всегда за что-то дразнят. У тебя было прекрасное лицо, дурёха. Не ной. Не в красоте дело, родная моя! В душе. В умении оставаться человеком. Будь у меня хоть немного больше времени в недалёком прошлом, ты не стала бы такой…

– Какой, Костя? Ты что, хочешь мне претензии предъявить?

– Нет, моя дорогая, – он едва слышно вздохнул, – какие у меня могут быть претензии к младшей сестре? Но я хочу, чтобы ты поняла одну истину: мы заносимся, поскольку думаешь, что деньги – это весь мир. Поверь, милая, деньги не решают все вопросы вопреки всему, что ты слышала в нашей семье. Напротив, ты даже не представляешь, насколько они все усложняют.

– Я не хочу снова слушать о твоих проблемах, – нахмурилась та. – Я всё понимаю…

– Ах да, и в-третьих, – добавил строгим тоном он, – зачем соврала в том, что я – владелец торговой сети? Ты ведь знаешь, что всё принадлежит дяде. Не стыдно?

– Ты руководишь компанией, значит, владелец, – капризно пробубнила Кристина, скрывая честное объяснение – намерение похвастать достижениями брата. – Ты считаешь, что она твоего уровня? – ехидно спросила сестра.

– Что значит «мой уровень»? – упрекающий взгляд брата заставил её смолкнуть. – Да, у этой Светланы нет возможности скупиться в бутике, но она ведёт себя куда достойней, чем мы с тобой. Уровень человека не в шмотье от кутюрье, Кристина, а в его душе, в мозгах, если хочешь. Сколько ещё раз я это повторю, чтобы ты услышала?

Закрыв уши ладонями, Кристина зажмурилась и звонко произнесла:

– Не усложняй своими нравоучениями. Не хочу слушать… Не буду слушать! Не хочу!

Костя только снисходительно качнул головой. Да, он виноват! Пока он раскручивал бизнес дяди, Кристина была отдана себе. Кто мог заняться ее мировоззрением? Вот и получилось, что примером ей стали девицы, зацикленные на своей внешности и шпильках. Да что говорить, они, эти девицы, окружают и его жизнь… И совсем недавно его всё устраивало…

«Вышла из того возраста, когда верят в принцев»

– Сестра, кажется, я немножко влипла, – тяжело дыша, она остановилась на пятом этаже, чтобы собраться с силами. – Да, пешком чешу… Лифт опять не работает. Да-да-да, сегодня очередной «мой» день.

– Ничего. Что нас не убивает, делает сильнее, – иронизировала та. – Не обращай внимание, и все пройдет.

Ох, хорошо бы жить по этим «правильным» законам! А куда там ей, мелкой проказнице Свете? Да и знала бы Лена обо всех глупостях… Старшей сестре можно поведать не всё, хотя младшая очень старается. Ведь для нее Лена, как мама, – меньше знает, крепче спит. Тем более, подробности личной жизни младшей после переезда в Столицу со всеми тусовками и случайными связями… не-е-е, Ленка не поймет. Назовёт начинающей алкоголичкой и выпишет целую петицию. Да, о некоторых приключениях Света рассказывала, но таких безобидных, как знакомство с этим красавчиком пятнадцать минут назад.

– Так я не пойму, что ты хочешь от меня услышать? – спросила Лена после того, как сестра рассказала ей о Косте.

– Совет хочу услышать… от мудрой и любящей сестры. Как ошибки делать, я и сама знаю… А вот как правильно поступить…

– Да-да, выбор тебе всегда тяжело дается. Но в данном случае, честное слово, сестра, не понимаю твоих колебаний.

– Лен, – разозлившись в ответ на иронию сестры, Света принялась тараторить, – я вышла из того возраста, когда верят в сказочных принцев. Богатый, интересный, галантный… Ведь в чем-то явно есть подвох. Не маленькая уже, понимаешь? Слишком часто обжигалась…

– Ну, во-первых, если ты будешь ждать этот самый подвох, то он обязательно появится. Во-вторых, для того, чтобы убедиться в том, что твои подозрения не бессмысленны, тебе нужно узнать этого парня поближе. Что ты можешь сказать о нем сейчас? Ничего, кроме того, что у него крутая тачка и хамовитая сестра. Так вот, сходи на свидание, и ситуация немного прояснится.

– Вроде как ты и права… Хочу пойти, да. Но мое сердце чует неладное, – тихо призналась Света. – Мужчины такого уровня далеко не всегда порядочны.

– Свет, среди бедняков тоже попадаются козлы. Не убедилась еще? Среди богатых – большинство самоуверенных козлов, конечно, но порядочные люди есть везде. Пообщайся с ним, а потом делай выводы.

– Лена, откуда мне знать, что у него на уме? Может, он как-то там развлекается-извращается… Как бы поздно не было после первого же свидания.

– Света, ты уже давно должна была освоиться в Столице, а ведешь себя по-прежнему как запуганная простушка, – голос сестры поднимал планку строгости. – Не понимаю твоих опасений!

– Не буду скрывать, Лен, – словно с раскаянием произнесла Света, – я очень часто жалею, что уехала из нашего городка. Ты была права, когда говорила, что в Столице добиться успеха очень сложно. И скорее всего – невозможно. Дома больше было шансов в карьерном росте, а тут – во всем борьба за выживание…

– Я была права, когда убеждала тебя ехать в Мегаполис. Там хоть знакомые есть. А что в Столице? – Лена тормознулась, чтобы вконец не расстроить Свету. – Ладно, неважно это всё! Ты уже там, тебе удалось устроиться на работу, найти жилье. Бывают трудности, но, по-моему, у тебя было и посложней…

Не желая заострять внимание на неприятных воспоминаниях, Лена тут же поспешно спросила:

– Как Игорёк? Виделись давно?

– Ну, во-первых, Игорёк – это просто друг… для здоровья, – с иронией пропела Света. – Во-вторых, у нас ничего серьезного не может быть, и видимся мы очень редко. А в-третьих, как-то поднадоел он мне, нужно что-то поменять…