Татьяна Зинина – Первая ведьма (страница 14)

По правде говоря, до этого вечера я и не думала, что у меня, оказывается, есть приданое. Да ещё и немалое. Эх, знала бы – вела бы себя осторожнее. Не связывалась бы со всякими… Но ведь и Эмиль казался совсем другим. Да что говорить? Если бы кто-то ещё вчера сказал мне, что однажды этот парень просто заманит меня в гостиничный номер, напоит странным вином и… обесчестит, я бы точно не поверила. Да ещё бы возмутилась и обвинила бы того человека в клевете. Ведь Эмильер виделся мне едва ли не идеальным мужчиной, который на деле оказался истинным подлецом. И пусть мы были знакомы совсем недолго, но я не сомневалась в его порядочности. Доверилась ему… за что и поплатилась.

Когда передо мной показались двери спального корпуса, я подняла на них грустный взгляд, вздохнула и направилась вперёд. Слёз больше не было, сейчас они стали казаться мне бессмысленной тратой нервов. Ведь всё уже случилось… так какой смысл теперь плакать?

Лорд Кай когда-то сказал мне, что если совершаешь в жизни ошибку, то не нужно убиваться. Лучше просто остановиться, обдумать всё, что сделал неправильно, постараться прийти к верным выводам, а потом с гордо поднятой головой перешагнуть через эту неприятность. Он утверждал, что важно научиться любую проблему оборачивать в собственную выгоду. Любил повторять странную фразу: «Если ты споткнулась и упала в лужу, не спеши расстраиваться. Присмотрись. Может, на дне той самой лужи тебя ждёт золотая монета?»

Тогда, в далёком детстве, я верила ему и, падая, всегда искала эту самую монетку. Конечно, не находила. Откуда ей взяться в луже? Но однажды, уже будучи студенткой столичной академии и завалив первый в своей жизни экзамен, возвращалась в свою комнату в общежитии… и споткнулась на лестнице. И тогда же обнаружила под своими ногами серебряный кругляш с изображением Богини Судьбы на одной из сторон. Не знаю почему, но с того дня я всегда носила его с собой, как талисман, и свято верила, что он приносит мне удачу.

В тот день приняла важное для себя решение, что обязательно пересдам экзамен и вообще буду учиться только на отлично. Так я стала одной из лучших учениц своего курса. И пусть понимала, что монетка-то, по сути, не причём, но мне хотелось верить в маленькое чудо. А сам талисман, висящий на моей шее, являлся постоянным напоминаем о том, что никогда нельзя сдаваться. И после любого, даже самого болезненного падения, нужно найти в себе силы встать и продолжить следовать по своему пути.

Вот с такими мыслями я и переступила порог спального корпуса академии, где уже месяц училась. В тот момент твёрдо решила для себя, что приму как свершившийся факт всё то, что произошло сегодня. Обдумаю, переварю, смирюсь, сделаю выводы и постараюсь больше никогда не подпускать к себе так близко столь недостойных людей.

Увы, в тот момент я ещё даже не догадывалась, что Эмильер Вист никогда не умел принимать отказы, как и прощать нанесённые обиды. Но очень скоро мне предстояло в этом убедиться.

Глава 4

– Ами, вот я не пойму, что с тобой сегодня? Ты весь день сама не своя, – донёсся до меня голос Мартиши.

Она сидела на своей кровати и читала какую-то непонятную книгу в чёрной кожаной обложке. Вероятно, чтиво это было действительно очень интересным, потому как отвлекалась от него моя соседка очень неохотно. И если сейчас снова, уже в четвёртый раз за вечер, задала мне свой вопрос, значит, уже точно не отстанет.

К сожалению, хотя, может, и к счастью, Марти обладала нездоровой проницательностью. Она всегда безошибочно определяла даже малейшие изменения моего настроения, и каждый раз считала своим долгом выяснить причины напавшей на меня грусти. В начале нашего общения я ещё умудрялась привычно отмалчиваться, но вскоре всё же поняла, насколько это бесполезно.

А сейчас мне действительно было плохо. Все задания оказались выполнены, нужные книги прочитаны, доклады подготовлены, и отвлекаться от мрачных мыслей оказалось попросту нечем. Да, мне очень хотелось поделиться хоть с кем-то тем грузом обиды, что давил на меня, подобно упавшей на плечи скале. И, наверное, я должна была рассказать о случившемся. Хотя бы той же Мартише. Она бы выслушала. Может даже пожалела. Но вероятнее всего, отвесила бы мне лёгкий подзатыльник за то, что позволила сотворить с собой такое, а после сама отправилась бы разбираться с Эмильером. Да, так бы и произошло. И ничто не смогло бы остановить эту решительную особу на её пути к восстановлению справедливости.

Потому я решила хотя бы постараться перевести тему, и сейчас не придумала ничего лучше, чем поговорить о её книге.

– А что ты там такое читаешь? – спросила, вставая из-за рабочего стола и направляясь к соседке.

– Да так, – отозвалась она, но книгу мне всё же протянула. – У мамы на полке нашла, когда вчера домой ездила. Меня название заинтриговало.

Я же стянула с фолианта честь обложки и посмотрела на выбитые на чёрном фоне золотые буквы.

– «Моё тёмное прошлое», – прочитала вслух. – Интригует. И о чём там пишут?

– Это что-то вроде мемуаров одной бывшей куртизанки, – пояснила Мартиша, наблюдая за тем, как я перелистываю страницы, пробегая взглядом по некоторым строчкам.

И если поначалу это чтиво показалось мне обычным романом, то открыв книгу на середине и прочитав всего один абзац, я едва её не выронила.

– Да, да, Ами, – рассмеялась соседка, видя, как мгновенно покраснело моё лицо. – Это не для таких, как ты.

Она с улыбкой забрала из моих ослабевших рук свою книженцию и как раз собиралась убрать её в тумбочку, когда дверь нашей спальни неожиданно распахнулась и на пороге появилась чем-то несказанно довольная Нори.

– Я на минутку! – заявила она, забыв поздороваться. Впрочем, это было вполне в её репертуаре. – Просто забежала спросить, как вы провели вчерашний выходной, и… – девушка вдруг замолчала, резким жестом отбросила за спину свою длинную медную косу, нахмурила брови и направилась прямиком ко мне: – Ами, чего такая кислая? Что-то случилось?

Ну вот, теперь ещё и от этой отбиваться. Что-что, а вот Нордине о своём вчерашнем казусе я точно рассказывать не собиралась. Во-первых, она совсем молодая и не стоит грузить девочку такими неприятными подробностями. А во вторых… она точно прикончит Эмильера. Ей хватит для этого глупости.

И только я собралась заверить гостью, что со мной хорошо, но не успела даже открыть рот. Шаловливые ручки гостьи уже дотянулись до той самой книги, что читала Мартиша, раскрыли ту ближе к концу, а её любопытный взгляд принялся бегать по строчкам. Но заметив, как светлое лицо Нордины начинает краснеть, а в глазах появляется нечто похожее на шок, я тоже не смогла сдержать смешок.

– Ещё одна недотрога, – бросила Марти, качая головой. – Рано вам такое читать. Маленькие ещё.

– Мне девятнадцать, – странно строгим и совсем непривычным тоном выдала Нори, метнув в сторону блондинки напряжённый взгляд. А потом вдруг нахмурилась сильнее, поправила обложку и посмотрела на нас обеих с откровенным упрёком. – Эта книга запрещена в Сайлирской Империи. Где вы её взяли?

Вот такой эту девушку я точно видела впервые. Честно говоря, до сего момента даже не подозревала, что наша ветреная, веселая Нордина вообще может быть такой серьёзной.

– Там где взяли, таких больше нет, – ответила Мартиша, забирая книгу из рук непривычно хмурой девушки. – Да не смотри ты на меня так. У матери я её нашла. Знаю, что запрещённая. Так она уже лет тридцать как запрещена.

– Отдашь? – спросила та, правда, её голос теперь звучал гораздо спокойнее.

– Нет, – мотнула головой Марти. – Обещала, что верну. Это, между прочим, коллекционный экземпляр. Там даже автограф автора есть.

– Серьёзно? – воскликнула рыжая, забирая книгу обратно и раскрывая на первой странице. – «Моей любимой подруге?!» – выпалила она, поднимая на блондинку ошарашенный взгляд. – Ты хочешь сказать…

– Ничего я не хочу сказать, – бросила та, опираясь спиной на стену и переплетая руки перед грудью. – Я не знаю, откуда это у моей матери. Но если тебе это настолько важно, то обязательно спрошу.

– Спроси, – довольно грубо ответила Нордина. – Очень интересно узнать, как твоя мать связана с этой… куртизанкой.

– Эм… – протянула я, переводя взгляд с одной девушки на другую. – Я, кажется, чего-то не знаю?

И тут они обе будто опомнились. Ко мне повернулись одновременно, и судя по тому, какими растерянными были их лица, эти две заговорщицы явно имели от меня какие-то общие секреты. Не то чтобы мне было очень интересно, просто… да нет же, вру. Конечно, я сгорала от любопытства. И точно бы добилась от них правды, если бы не чрезмерная находчивость Нордины.

– Так, Амитерия, – протянула она, откладывая книгу в сторону и останавливаясь рядом со мной. – Рассказывай, что у тебя произошло?

– А с чего ты взяла, что у меня должно было что-то произойти? – поинтересовалась я, уже понимая, что она явилась сюда именно за этим.

– Мне сказали, что вчера ты вернулась в академию одна, перед самым закрытием ворот, и едва не опоздала. Причём была явно не в себе. Сейчас же я прекрасно вижу, что ты чем-то расстроена. И мой долг, как твоей подруги, помочь тебе.

– Наш долг, – поправила её Мартиша, которая теперь тоже смотрела на меня, будто воспитатель на провинившегося малыша. – Так что рассказывай, дорогуша. Что произошло? Помнится, вчера, уходя отсюда, ты вся светилась от радости. А потом тебя ожидало свидание с Эмильером. Ну и встреча с профессором.