Татьяна Зинина – Брак по приказу (страница 4)
Великие стихии, ну почему рядом нет папы?! Он бы уж точно не допустил, чтобы судьбой его единственной дочери распорядились, как какой-то глупостью. Он бы нашёл нужные слова, сумел бы отстоять свою точку зрения. И уж точно не смирился бы с таким унизительным решением. Как же хорошо, что характером я пошла именно в него.
– Эйра, но посмотри с другой стороны. После такого позора, который лёг на твою репутацию несмываемым пятном, ты всё-таки выйдешь замуж. Да ещё и за племянника императора, – попыталась убедить меня мама, но её голос звучал тихо и неубедительно.
– Он – настоящее чудовище! – выпалила я. – Отвратительный, беспринципный, гадкий! А ещё наглый и совершенно невоспитанный. Ты бы видела его дружков! Да это просто бандиты из тёмного переулка!
Леди Матильда покачала головой.
– Зато у него высокое происхождение, – она снова попыталась найти в этом отвратительном Армане хоть что-то хорошее.
– Он бастард! – напомнила я ей. – Сын старшей сестры императора неизвестно от кого. Ты же не могла не слышать эту историю.
– Да, я знаю, – проговорила она и опустила взгляд на свою тарелку. – Но его величество признал мальчика как родного племянника. Даже титул ему пожаловал. Арман Граниди – герцог Виторский.
– А ты знаешь, где находится это самое Виторское герцогство? – выдала я, не в силах скрыть ехидные нотки в голосе. – Прямиком возле Пустого леса. Можно сказать, что там самое опасное место во всей нашей империи.
На это мама ничего не ответила. Она так и сидела, сгорбившись, справа от пустующего места во главе стола, которое никому не позволяла занимать. А я, наоборот, никак не могла остановиться. Нервно вышагивала по столовой из стороны в сторону, отчаянно стараясь придумать выход из сложившейся ситуации.
Когда три дня назад я очнулась в своей комнате в общежитии и вспомнила, чем закончился бал, впала в настоящую ярость. Правда, она быстро сменилась сначала унынием, а затем и полной апатией. Я была не просто опозорена, а опозорена с шиком и фанфарами, и это видели столько людей, что даже представить страшно. Моя репутация оказалась уничтожена, убита, раздавлена. Да что говорить – я просто не знала, как вообще смогу теперь выйти на улицу, ведь слухи о произошедшем уже точно разлетелись по всей столице.
Ко мне в комнату стучались девочки, пытались подбодрить, но я так никого и не впустила. А когда наступила ночь, собрала вещи, выбралась из окна и банально сбежала. Очень хотелось отправиться на самый край империи, куда слухи, сплетни и новости долетают только через много месяцев, а то и вовсе не долетают. И я бы поступила именно так, если бы не два обстоятельства.
Первое ‒ мама. Она у меня далеко не самый сильный человек. Её изрядно подкосила ссылка отца и лишение нашей семьи всех капиталов. Если бы ещё и я сбежала, боюсь, она просто бы не выдержала.
А вот вторым обстоятельством оказалась учёба. Увы, магов в нашей стране обучали только в столичном университете. Слишком уж мало нас осталось, чтобы открывать учебные заведения в других городах. Но даже здесь одарённых набралось всего человек сорок, а сами магические способности являлись просто дополнением к основной специальности.
То есть, учиться мне было больше негде. И не на что. Мы и жили-то все последние годы только на мою стипендию да на жалкие подачки от императора. Они назывались выплатами за заслуги предков, и хватало их разве что на еду. Ах да, нам милосердно оставили особняк в центре столицы, который достался маме по наследству. Но вот денег на его содержание никто не дал. Так и жили.
Потому, сбежав ночью из общежития, я смиренно направилась домой. Решила, что побуду здесь хотя бы несколько дней, пока шумиха не уляжется, а потом вернусь к учёбе. Да и не было у меня иного выхода.
Поначалу даже не собиралась рассказывать маме о случившемся, не хотела её нервировать. Вот только она всё равно узнала.
Вчера вечером к ней явилась целая делегация из так называемого магического сообщества. Оно состояло из глав родов высшей аристократии, в чьих семьях ещё осталась искра магии. Они собрались в нашей бедной гостиной, где уже не осталось ни одной ценности, ни единой картины, и в ультимативной форме заявили, что пережитый мной позор оставить без внимания не могут.
Именно они уговорили маму отправиться к императору и потребовать справедливости. Даже не уговорили, а буквально заставили. Вынудили. Сама бы мама ни за что на такое не решилась. Ей бы духу не хватило.
Возможно, пойди она туда сама, всё бы закончилось для меня менее печально. Но с ней отправился лорд Даривор ‒ старый архимаг, глава того самого магического сообщества. И, судя по всему, решение императора его вполне устроило.
– Но ведь его величество не может меня заставить! – заявила я решительно. – Значит, просто откажусь от этого брака, и всё тут!
Мама медленно выдохнула и закрыла лицо руками. Она молчала довольно долго, а эта её реакция заставила меня откровенно испугаться.
– Император не сказал прямо, но… – проговорила она наконец, – …но дал понять, что твой отказ будет приравнен к неповиновению его власти. И тогда мы лишимся последнего… и дома, и выплат.
Я сжала кулаки в бессильной злобе. Очень хотелось закричать или разбить что-нибудь. Магия начала скапливаться внутри, а на кончиках пальцев появились сгустки энергии. Нет уж, нужно срочно успокоиться. В прошлый раз подобное едва не закончилось катастрофой. Не хочется признавать, но гадкий Граниди как-то остановил тот мой срыв. Хоть за это стоит сказать ему спасибо. Увы, с контролем у меня всегда были проблемы.
– Милая, – прочистив горло, сдавленно заговорила леди Монвир, – я слышала, что этот мальчик очень своевольный. Возможно, он сам откажется от свадьбы?
Услышав её предположение, я резко остановилась и посмотрела на маму с искренней заинтересованностью. Если так посмотреть, то она права. Мне совсем не верилось, что Арман Граниди вдруг покорно согласится на мне жениться. Тем более после того, что сам же и устроил. Кому вообще нужна опозоренная жена? Правильно, никому.
А ведь это даже хорошо. Мне вот совершенно не хотелось замуж. А теперь больше не придётся придумывать вежливый отказ от очередного брачного предложения. Не скажу, что их было очень много, но нескольким потенциальным женихам уже пришлось отказать.
Теперь же я, мягко говоря, порченный товар. И это даёт мне куда большую свободу, чем было раньше. Да, осталось только пережить возвращение в универ и убедиться, что Арман жениться не станет.
От этих выводов и мыслей, мне даже полегчало. Настроение, конечно, не вернулось, но вот аппетит появился. Тем более, что на ужин у нас сегодня был вкуснейший мясной пирог с овощами и лёгкий салат. Готовила мама сама, но это было её страшной тайной. Ведь леди не пристало возиться на кухне. Вот только денег на кухарку у нас давно не было, а жила с нами только мамина горничная Риша. Просто, когда мы распускали слуг, она одна попросилась остаться и согласилась работать у нас только за кров и еду. Зато теперь я могла спокойно жить в общежитии при университете, не волнуясь о том, что мама тут совсем одна.
– Ладно, не переживай, – решила я её успокоить. – Завтра отправлюсь в универ и попробую выяснить, как Арман отреагировал на желание императора его на мне женить.
– Пойдёшь в университет? – мама даже побледнела. – Но…
– Не волнуйся. Знаю, что без шепотков и пересудов не обойдётся, но бросать учёбу не стану. Выгнать меня не смогут, магов вообще запрещено отчислять. А значит, просто продолжу учиться.
Леди Матильда вздохнула, а на её глазах навернулись слёзы.
– Какая же ты у меня… – она шмыгнула носом, – упрямая. Совсем как Эдвард. Он тоже всегда во всём шёл напролом. И до чего это довело?
– Перестань, – я нахмурилась. – Мам, он вернётся. Однажды. Я верю в это.
– Оттуда никто не возвращается, – прошептала она и снова сжалась. – А если возвращаются, то совсем другими людьми.
Отвечать я не стала. Уже сотню раз пыталась убедить её, что папа ни за что не сдастся и сделает всё возможное, чтобы вернуться к нам. Но если поначалу она ещё прислушивалась к моим словам, то теперь уже нет. Пять лет прошло, и до сих пор мы не видели от отца ни единой весточки, ни одного письма.
И всё же я верила в него. Верила и надеялась на лучшее.
Глава 3. Невеста
Университет располагался на самой окраине столицы, довольно далеко от нашего дома. Я предпочитала жить в общежитии, чтобы не тратить каждый день по два часа на дорогу туда и обратно. К тому же, студентов кормили бесплатно, что позволяло нам с мамой существенно экономить. Да и комнату свою я очень любила, и с соседкой мы давно крепко сдружились. Даже жаль, что в тот роковой субботний вечер её не было в универе ‒ она проводила выходные дома. Потому что именно у Ликаты имелись все шансы сразу меня успокоить и не позволить сбежать среди ночи.
Но вот пришло время возвращаться. Дальше пропускать учёбу было просто глупо.
Чтобы просто выйти за порог дома мне пришлось собираться с мыслями добрых десять минут. Мама смотрела на меня с сочувствием, но ничего не говорила. А когда я всё же ушла, она ещё долго следила за мной через окно.
Этим ранним утром на улицах было довольно много людей. Пока я шла до остановки, казалось, на меня глазеют абсолютно все. То же чувство преследовало и в стареньком пыхтящем автобусе. Правда, когда я сама переводила взгляд с одного попутчика на другого, выяснялось, что все они заняты своими делами, и до моей опозоренной персоны им нет никакого дела.