Татьяна Зинина – Академия Астор-Холт (страница 21)

– Как? – удивилась Тилия. – Ты же всегда отвечаешь, если тебя пытаются зацепить. Трил, да кто вообще додумался к тебе цепляться? Ты ещё в первый месяц показала, что молчать не собираешься, перевернув на голову Кима Стассетра ведро с грязной водой. Да ещё и сделала это с видом королевы.

– Стассетра я знала как минимум неделю и не раз до того предупреждала, что никому не позволю над собой издеваться. А этот… – Меня снова начало трясти от раздражения.

– Кто он вообще такой? – снова спросила Тилия.

– Понятия не имею. Вон, рядом с ректором идёт, – ляпнула я, снова повернувшись в их сторону. – Наверно, какой-то его родственник, раз считает, что все должны перед ним преклоняться.

К моему удивлению, Тилия ничего не ответила, а, наоборот, приняла вид мраморного памятника. Тем временем в зале становилось всё тише и тише. И было в этой тишине что-то такое, чего я никак не могла объяснить. Чем-то это молчание напоминало затишье перед жуткой бурей.

– Хочешь сказать… – вкрадчиво и очень тихо начала Тили, – что тебя умудрился вывести из себя тот брюнет, что сейчас подходит к кафедре? Трил, отвечай!

– Да, именно он. И чего в нём такого пугающего? Индюк он самодовольный! – прошипела я в ответ. – И мне плевать, что при его виде на всех почему-то нападает приступ экстренной бледности. Ты его знаешь?

– Лично мы не представлены. Надеюсь, ты ему ничего не наговорила? – она оборвала себя на половине фразы, ещё сильнее побледнев.

– Нет. Мы просто разошлись во мнениях по одному важному для меня вопросу. А он в грубой форме попытался поставить меня на место. Я отказалась… на том закончили.

Выслушав мою тираду, Тилия издала то ли громкий вздох, то ли стон, а потом тихо ответила:

– Трил, это Дерилан Аркелир.

– И что? Мне это имя вообще не о чём не говорит.

Но измученная за время сессии память тонко намекала, что знает, кто это. Точно знает. И тут я вспомнила…

Это неожиданное открытие заставило меня побледнеть едва ли ни сильнее всех в этом зале, потому что я умудрилась нарваться не на кого-то там, а на младшего принца империи, которого по праву считали самым жестоким и безжалостным человеком во всей стране.

Я вновь повернулась в сторону кафедры и снова напоролась на холодный взгляд голубых глаз, тех самых, что совсем недавно казались мне самыми прекрасными в мире. Теперь же в них царили вечные льды и сквозила явная угроза. А улыбка на идеальном лице принца так и говорила, что мы ещё встретимся, и я обязательно заплачу ему за своё неуважительное поведение.

– Приветствую вас, студенты Астор-Холт, – начал он, а у меня от этого голоса по спине побежали мурашки. – До сегодняшнего дня я опрометчиво полагал, что в нашей империи меня знают все представители аристократии, и не считал нужным представляться перед выступлением в академии. Но, как оказалось, даже здесь, несмотря на жёсткий отбор и строгие условия приёма есть те, кто не имеет ни титулов, ни соответствующего воспитания.

Он говорил, а я всеми силами боролась с безумным желанием куда-нибудь спрятаться. Взгляд предпочла упереть в пол, потому что прекрасно знала: стоит мне его поднять, и он тут же встретится с надменными глазами этого… принца.

Зал молчал. Не было слышно ни единого шороха. Все замерли, будто их ожидало не официальное приглашение на бал, а как минимум приговор о смертной казни.

– И по стечению обстоятельств сегодня мне посчастливилось повстречать в стенах академии именно такую студентку, которая даже не попыталась проявить хоть толику уважения к представителю императорской семьи, – продолжил его высочество, но теперь в его голосе стали появляться нотки раздражения. – И, как она сама мне сообщила, эта девушка не имеет ни малейшего понятия, кто я… и почему она должна обращаться ко мне на «вы». Правда? Трил?

Вот теперь в мою сторону повернулись все присутствующие, а внутри начала снова закипать злость. И я всё-таки подняла голову и обратила свой взор на принца.

Он смотрел на меня прямо, холодно и с такой откровенной надменностью, что я едва смогла побороть дикое желание высказать этому индюку всё, что о нём думаю. Я уже догадалась, что именно он сейчас потребует. Ведь такой, как он, обязательно захочет унизить меня перед всеми… особенно после моих слов. А значит, с минуты на минуту прозвучит приказ о публичном извинении. Или ещё что похуже. Даже представить страшно.

В зале снова повисла тишина, и мне даже показалось, что ещё чуть-чуть, и она станет густой, как туман.

– Ваше высочество, – начала я, всё так же упрямо глядя в его глаза. – Прошу прощения за те слова, что могли вас как-то зацепить. Мне искренне жаль, что я позволила себе открыто высказать при вас своё мнение, которое вы, к сожалению, не разделяете. Я совсем недавно в столице и поэтому не имела возможности знать вас в лицо. Уж поверьте, теперь я вас точно запомню.

– Трил… – его губы растянулись в хищной улыбке. – Хорошо. Извинения приняты, но мы ещё поговорим.

Только теперь он соизволил отвернуться, холодно извинился перед студентами за небольшое отступление от темы, и озвучил наконец то, зачем пришёл. Как и предполагалось, все мы были приглашены на Новогодний императорский бал, который должен был состояться через неделю. И я уж подумала, что на этом его речь закончится, но не угадала.

– Как вы знаете, лучшие ученики академии по традиции будут представлены его императорскому величеству. И, что касается некоторых лучших учениц, – он снова посмотрел на меня, но теперь в его глазах была скорее усмешка, чем угроза, – таких, как моя новая знакомая… Прошу господина ректора лично проследить за её обучением этикету. Потому что, в отличие от терпеливого меня, отец с таким поведением церемониться не станет.

Ох, кто бы знал, как в этот момент мне хотелось его ударить. Смести с его красивого лица эту хитрую усмешку. Но главное, я искренне желала больше никогда его не встречать. Хотя что-то в самой глубине души подсказывало: встретиться нам всё-таки придётся, и ещё не раз.

Как только лорд Беридор сообщил, что мы можем быть свободны, я ринулась к выходу в надежде затаиться в каком-нибудь тихом углу, пока этот индюк не уедет. Но… то ли звёзды сегодня расположились как-то не так, то ли моё хроническое невезение снова решило обостриться, да только уже у самой двери меня догнал голос ректора. И судя по его тону, мне теперь грозило как минимум медленное и очень болезненное умерщвление.

– Госпожа Сиерлен, – прозвучало под сводами зала, и мне показалось, что от этого возгласа вздрогнула не только я, но и большая часть присутствующих студентов. Пришлось быстро взять себя в руки и обернуться. – Через пять минут жду вас в своём кабинете. И только попробуйте не прийти.

Стало страшно. Вообще, каким бы строгим и суровым ни казался наш ректор, мне ещё ни разу не приходилось видеть его таким… злым. И это открытие совершенно не радовало.

Всё, что я смогла сделать в этом состоянии дикого оцепенения, это коротко кивнуть и стремительно покинуть зал.

Уже на лестнице меня догнала Тилия.

– Что делать? – выпалила я срывающимся голосом. – Они же сейчас меня просто прикончат! Особенно ректор.

– За тебя отвечает твой куратор, – сказала моя подруга. – Так что лучшее, что ты можешь, это как можно быстрее найти Тира и спрятаться за его широкую спину.

– Даже не знаю, что хуже: гнев лорда Элура или ректора с принцем?

Дилемма была почти равной. И пусть за последние несколько дней мы с Тиром и стали общаться куда ближе, но я до сих пор прекрасно помнила, каким он бывает, когда злится. И мне совершенно не хотелось пережить это ещё раз.

– К тому же он отбыл по делам академии ещё вчера утром, – удрученно добавила я. – Так что за свои проступки мне придётся отдуваться одной.

– Тогда лучше молчи, – попыталась вразумить меня подруга. – Ректор зол, а его высочество вроде как уже успокоился. Так что постарайся вести себя тихо.

Легко сказать, но трудно сделать. Ведь чего я никогда не умела, так это молчать. Да и спокойно принимать обвинения, с которыми не согласна. И вообще, будь он хоть самим императором, мне плевать! От своих принципов отступать не стану!

Вот с таким настроем я и приблизилась к знакомой двери кабинета ректора. И судя по тому, что она распахнулась прямо перед моим носом, меня здесь точно ждали.

– Явилась! – воскликнул лорд Беридор.

– Да, господин ректор, как видите, – ровным тоном ответила я.

Хозяин кабинета, как обычно, занимал своё массивное шикарное кресло за большим деревянным столом, а его гость восседал на диване, и казалось, что его всё происходящее вообще ни капельки не интересует.

Я остановилась на ковре посреди комнаты и уже стала мысленно готовиться к выслушиванию обвинительной тирады, но… тут заговорил брюнет.

– Трил, – от его вкрадчивого тона моя спина снова мгновенно покрылась мурашками, – мне бы хотелось поговорить с тобой наедине. Вы же не будете против, лорд Беридор?

Вместо ответа руководитель Астор-Холт молча встал и вышел, плотно прикрыв за собой дверь. А мне оставалось лишь ошарашенно моргать, наблюдая за происходящим. Я, конечно, ожидала чего угодно, но подобное слепое повиновение господина ректора какому-то… казалось мне слишком неправильным. Ведь насколько знала, ректор подчиняется напрямую императору, а тут такое.