Татьяна Зимина – Жмурки (страница 16)

Он прошел через защитные плетения шефа, — напомнил я себе.

Надо ли говорить вслух, что если б незваному гостю всерьёз хотелось влезть в дом — никакие запертые окна его бы не остановили?..

И тут раздался звонок телефона.

— Котов, — сказал я, посмотрев на номер. — Наверное, что-то случилось.

Никогда, ни разу в жизни, майор не звонил просто так. Узнать, как дела.

— Я ждал этого, — кивнул Алекс. — Суламифь, разворачивай оглобли.

Глава 6

— Может, сначала нужно узнать, что случилось?

Звонок продолжал тренькать, и это раздражало. И словно вопреки этому, отвечать Котову не хотелось.

Предчувствие?

Или я и вправду слишком устал и просто не хочу ехать на опознание очередного трупа.

— Ну что ж, узнай, — милостиво кивнул Алекс. — Но ты ж понимаешь: ехать всё равно придётся.

Я это понимал.

Выслушал майора и удивлённо выпучился на Алекса.

— Приглашает к себе, — пояснил я.

Шеф недоверчиво поднял бровь. А потом пожал плечами и обратил взор на стригойку.

— На Суворовский, звезда моя.

— Слушаюсь, — буркнула Суламифь и крутанув руль, сменила ряд.

Нас ждали у входа: четверо молодцев в чёрных плитниках, при шлемах и автоматах.

Забрала шлемов были опущены.

Алекс снова пожал плечами, высокомерно сбросил крылатку на стол в приёмной, сверху возложил цилиндр, в него поместил перчатки…

Я молча последовал его примеру — обрадовавшись, что можно освободить наконец руки.

В лифте было тесно и неуютно: все четыре молодца набились с нами, направив холодные стволы наискосок и вниз.

Я оглядывался с любопытством: один раз во владениях майора Котова мы с Алексом уже были, но тогда осматривать достопримечательности времени не было.

Сейчас же я с некоторым даже недоумением понял: сам лифт, стены коридора, потолок — всё было из железа. Не стали, а старого доброго феррума — прикрытого для приличия тонкими панелями из дубового шпона.

Нечисть боится холодного железа, — вспомнилось из прочитанного. — Но вот я, например, реагирую только на серебро…

Кабинет Котова не изменился. Та же толстая дверь с банковским колесом вместо ручки, те же веточки остролиста и ели над входом.

В нос ударил острый запах смолы и свежести, несколько нарушив гнетущую атмосферу присутственного места.

Набрав код, молодцы остались в коридоре — по двое от входа.

Мы вошли внутрь.

— Что за шпионские игры, мой дорогой? — вопросил Алекс, едва переступив порог.

Котов не ответил.

Сидя за столом, он что-то быстро писал в тетрадке, под светом яркой стоваттной лампочки без абажура поблескивала влажная лысина.

Вся его поза, истекающее из майора напряжение — говорили о том, что нам он совсем не рад.

Может, Яша обиделся на то, как мы намусорили в переулке? — мелькнуло в голове.

Но ведь не в первый раз. Алекс вообще не склонен… прибирать за собой.

Впрочем, одной из обязанностей Котовского отряда и было — наводить порядок за нами. У них для этого всё схвачено.

Дописав, майор закрыл тетрадь, убрал её в ящик стола и запер на ключ.

Алекс демонстративно отошел к шкафу, в котором содержалась оккультная библиотека, и делал вид, что внимательно изучает корешки.

Я же стоял спокойно и глядел на Котова: не нравился мне майор. Что-то с ним было не то.

— Господин Голем, — позвал майор.

— Ась? — шеф с готовностью обернулся.

Думаю, он тоже почуял опасность. И ещё: ни разу на моей памяти Котов не обратился к Алексу по фамилии.

Если что, мы отсюда не выйдем, — мелькнуло в голове.

— На вас опять поступают жалобы, — казённым голосом сказал майор.

Я облегчённо выдохнул. Алекс тоже расслабился. Махнув рукой, он присел на край майорского стола и улыбнулся.

— Фух, ну и напугал ты меня, Яша, — сказал шеф. — Что, опять Пустобрёхов яриться? Ерунда, плюнь. Наложи штраф, я оплачу, — Алекс поднялся. — Стоило время тратить, — буркнул он. — Выпиши пропуск, мы торопимся.

— А я вас ещё не отпускал, — ласково улыбнулся Котов.

От его улыбки веяло каким-то… безумием, что-ли. Раньше он так не улыбался. Никогда.

— Даже так? — шеф высокомерно задрал подбородок.

— Что случилось, Яш? — вырвалось у меня. — Тебя кто-то прессует?

— А нежити вообще слова не давали! — рявкнул майор. — Скажи спасибо, что не в серебряном наморднике ходишь.

И вот тут меня накрыло.

Холодная, как газировка из автомата, волна ярости затопила сознание. Она клокотала в груди, заставляла кулаки сжиматься до боли в суставах и отрывала пятки от пола.

И внезапно я понял: это не моя ярость. Это шеф. Через нашу с ним новообретённую связь я чувствовал его эмоции.

Грубость майора была настолько неожиданной, настолько не вязалась она с тем, что мы о нём знали, что вызывала оторопь.

Никогда раньше он не давал понять, что моё не-мёртвое состояние его как-то заботит. Мы всегда были по одну сторону баррикад, в одном окопе.

Что же изменилось?..

А шеф уже водил руками вдоль ауры Котова, задумчиво щупая воздух кончиками пальцев и поджимая губы.

— Ничего не чувствую, — наконец сказал он. — Это не сглаз, не порча, не гипноз… Просто майор Котов вдруг, внезапно, перестал быть нашим другом.

Говорил он не скрываясь, словно майора в кабинете не было.

Лицо последнего налилось багровой тяжестью, нижняя челюсть задрожала, руки сжались в громадные кулаки…

— МОЛЧАТЬ! — рявкнул майор. Изо рта его полетели ошмётки слюны, глаза были совершенно белые: зрачки ужались в булавочные острия.

Алекс кивнул и молча устроился на стуле напротив стола, а потом посмотрел на того выжидательно, подняв одну бровь.

Майор ещё немножко подышал, желваки тяжело перекатывались на его щеках.