Татьяна Зимина – Жмурки 2 (страница 39)
Промелькнуло — и сгинуло, погрузилось в бессознательное — как и мои мысли о…
Мы с вами друг друга стоим, шеф.
В голове я нарисовал картинку: два мушкетёра, отдают друг другу салют шпагами.
Впервые я обратился к нему таким способом. Сам. Проявил инициативу.
Алекс глянул на меня искоса, затем усмехнулся, посмотрел уже в открытую и громко расхохотался.
Я тоже рассмеялся.
И сразу стало хорошо. Напряжение сгинуло, тело наполнилось свежей силой…
Валид с Машей, гонявшие чаи за столом, посмотрели на нас, и… вернулись к своему занятию.
— Симультанте, — сказал Алекс. — Это когда на сцене даются декорации нескольких разных сцен, действие на которых развивается одновременно.
Я кивнул. Понял, что мы возвращаемся к прерванному разговору о Шамане.
— Стоит ли полагаться на то, что ритм на вас не действует? — спросил я.
Шеф поёжился.
— Говоря откровенно, проверять не хочется.
— Но придётся.
— Слушай! — Алекс встрепенулся. — А как же Яша?.. Я всегда считал, что…
— У майора Котова ИДЕАЛЬНЫЙ слух, — перебил я. — Вы же знаете, как он стреляет с завязанными глазами.
— Да, но я тоже стреляю с завязанными глазами.
— Вы тренировались, шеф. Много и упорно тренировались — честь вам за это и хвала. Яша стреляет интуитивно. Он никогда не целится.
Шеф поморщился.
— Не одобряю я этой новомодной школы…
— Просто в ВАШЕ время её не могло быть. Попробуй выстрели интуитивно из лепажа. Мигом останешься без руки.
— Скорее, без головы, — хмыкнул шеф.
Дорога стелилась под колёса серым полотном, солнце доползло до зенита.
По моим прикидкам — и по тому, как изменилась местность — я предположил, что скоро мы будем на месте.
— В тетради есть что-нибудь о том, как нам с ним справиться? — наконец спросил я.
Алекс вновь усмехнулся.
— Когда корабли ахейцев подошли к острову сирен, Одиссей приказал людям залепить уши воском.
— Там будет тысяч семьдесят, — напомнил я. — Всем уши воском не залепишь.
— Слушай, давай будем решать проблемы по мере поступления, а?
Я тряхнул головой.
— Гоплит не говорил… Ну, в смысле, в тетради не написано, какие цели преследует Шаман?
Алекс вновь открыл тетрадь. Бездумно полистал страницы, пробежался взглядом по строчкам… И закрыл.
— Ну какие у него могут быть цели, поручик? Власть. Тут и гадать не надо — все, кто начинает хоть что-то соображать, хотят власти.
— Даже вы?
— Я своё уже отхотел.
Опять помолчали.
Маша учила Валида играть в тетрис — до нас то и дело доносились азартные выкрики и стоны разочарования.
— Шаман хочет истребить всё сверхъестественное, — сказал я.
Алекс посмотрел на меня с недоверием.
У меня дёрнулась щека. Не думал, что придётся объяснять очевидное…
— Я — переговорщик. Я умею слышать не то, что говорят, а то, о чём хотят умолчать.
— Это я прекрасно знаю.
— Да ну?.. — хрупкое понимание, которое установилось между нами, вновь пошло трещинами.
— Ты пойми, поручик: не он первый, не он последний, — Алекс вытащил сигареты, покосился назад, на Машу, и со вздохом сунул пачку назад.
Я не стал напоминать ему, что Аврора Францева смолила, как не в себя, и по идее, Маша к табаку давно привыкла.
Но это не значит, что нам плевать на её здоровье, да-да-да…
— Ты что же думаешь, — продолжил шеф, несколько раздраженно. — Крестовые походы, костры инквизиции — это всё так, от скуки? Именно ПОЭТОМУ в своё время и был создан Совет. Чтобы контролировать жизнедеятельность тех, кто может не понравиться людям. А ещё — ограничивать наши аппетиты. Многие, очень многие могут подумать, что пора сместить человека с его пьедестала. И думают до сих пор — время от времени.
— Но это порождает лишь новые крестовые походы и костры.
Настроение мрачнело, словно в стакан прозрачной воды капнули чёрной туши.
— И чтобы их избежать — нужны мы, поручик. Уж извини, если тебе эта истина покажется банальной.
— Совета больше нет, — напомнил я. — Дознаватель сейчас — дырка от бублика. Вы же сами видели: начинается новая эра анархии.
— Но-но, — строго одёрнул Алекс. — Анархия — мать порядка.
Я усмехнулся. Уж кто бы говорил…
— Чисто по опыту, кадет: люди быстро устанут от вседозволенности. И тогда они обратятся к НАМ.
Я подскочил на сиденье. Не удержал руль, тяжелый Аурус вильнул в сторону, через приоткрытое окно долетел вой недовольной малолитражки.
— Вы что же, — я сглотнул. — Вы что же, хотите организовать новый Совет?
Шеф посмотрел на меня с предубеждением.
— Кто-то же должен.
— Но вы всегда старались держаться в стороне, шеф! Я думал, вы питаете органическое отвращение к всякой власти, и…
— У нас есть ОБЯЗАННОСТИ. Их должно блюсти.
— Оберегать человечье стадо и всё такое? Не слишком ли много для одного поэта и одного мертвеца?
— В самый раз.
— Да? Ну ладно. Как скажете.
— То есть, ты так не думаешь, — Алекс поджал губы. Я чувствовал, что он опять начинает закипать, но остановиться уже не мог.
— Нет, ну почему же. Жираф большой…