Татьяна Зимина – Школа новичка (страница 60)

Странно… В кабине каждого грузовика был водитель — и на этом всё.

Не слишком ли беспечно со стороны Кольки, отправлять пятьдесят полновесных тонн золота без охраны?..

Впрочем, когда грузовики остановились рядком у входа в «Шапито», и водители покинули кабины, я понял, что никакой беспечностью здесь и не пахнет: все водители были драконами.

Мои старые знакомые таможенники, вот кто это были. Удивительно, как быстро Колян наладил связи во всех городских службах.

Поражаюсь его дальновидности. Если кому-то хотя бы ПРИДЁТ В ГОЛОВУ мысль ограбить дракона — он сам, своими ножками, пойдёт к Патрицию и сдастся превентивно.

Так будет безопасней.

На ступенях перед зданием Гильдии меня уже ждали.

Королева Альвеола, в платье, похожем на взрыв Сверхновой, была, как всегда, ослепительна. Господин Шмук блистал умением носить абсолютно несочетаемые предметы гардероба, как то: широкие зелёные бархатные штаны с фиолетовыми продольными полосами, гавайскую рубашку ультрамаринового цвета с алыми пионами и шляпу из золотой чешуи с роскошным павлиньим пером…

Вдвоём эта парочка составляла НАСТОЛЬКО нетривиальное, запоминающиеся зрелище, что мадам Люсинда, в своём скромном шерстяном платье, горжетке из дохлого суслика и кошмарной шляпке, похожей на горшок с кактусом, на их фоне совершенно терялась.

Взмахом руки поприветствовав драконов, я направился к своим кредиторам.

— Моя королева, — запястье Альвеолы пахло миндальным маслом и ландышами.

— Мастер Шмук, — к кабану приближаться было небезопасно. Запах хлева он просто ГЕНЕРИРОВАЛ, и выпускал в воздух такими порциями, что прохожие непроизвольно начинали оглядываться — в поисках навозных куч, я полагаю.

— Мадам Люсинда… — старуха чопорно наклонила голову ровно на два градуса. Её остренький носик, казалось, протыкает пространство, и оно трещит по швам.

И вот в мощных, похожих на двери старинного банковского сейфа, воротах Гильдии приоткрылась ма-а-аленькая щель.

Наружу просочился господин Крохобор.

Именно просочился: сначала показалось одно ухо, затем — лысина, потом — плечо лоснящегося костюма и воротничок засаленной, серой от долгой носки рубашки…

— А, господин Безумный! — говорить он начал, ещё не до конца вытащив ногу из щели. — Таки ви меня осчастливили.

Я даже за него испугался: дверь уже начала неумолимое движение назад, и если субтильный эльф притормозит хоть на мгновение — быть ему профилем на ассигнации.

— А вы сомневались, что у меня получится?

Сняв шлем, я пристроил его на сгиб руки и спрыгнул с моноколеса.

— Я сомневался, шо ви вообще останетесь в нашем гостеприимном городе, — господин Крохобор умыл серые пергаментные ручки воздухом, и пошевелил ушами. — Но я в вас жутко разочаровался в положительном смысле. Ви — таки человек слова, господин Безумный. Это внушает.

— Может, уже начнём? — хрюкнул мастер Шмук.

— Что, не терпится зарыться в золото, как свинье — в апельсины?

Голос у Альвеолы был шелковым, как ножны для стилета.

— Прибереги свои нищебродские остроты для подданных, королева, — беззлобно отмахнулся кабан. — Итак, господин Безумный?..

Я гостеприимно повёл рукой вдоль грузовиков.

— Извольте получить, — сказал я, а господин Крохобор с готовностью открыл свой гроссбух на чистой странице. — Два грузовика — вам, моя королева… Под расписку, пожалуйста. Вот так, в трёх экземплярах, спасибо большое. Приятно иметь с вами дело… И два грузовика — вам, мастер Шмук.

— Я хочу убедиться, что там именно золото, — недовольно хрюкнул кабан.

— Вы думаете, его украли по дороге?.. — я бросил многозначительный взгляд на драконов-водителей.

— Не учите вора воровать, — кабан направился к припаркованному транспорту.

Я кивком разрешил открыть кузов…

Улицу затопило золотое сияние.

Я сглотнул.

Никогда такого не видел. Слитки лежали, как влитые, один к одному. Они походили на золотые буханки хлеба, на кубик Рубика с одинаково-золотыми гранями, на пчелиные соты, полные золотого летнего мёда…

К зрелищу начал подтягиваться народ.

— А что происходит-то? — спросил голос из толпы.

— Говорят, один сумасшедший раздаёт золото всем желающим.

— Да ну?.. Тогда я первый в очереди!

— Я за тобой.

— Эй вы, оба, не наглейте! Мы с ребятами раньше пришли…

— Да где раньше, где раньше?.. Дамочка, а вас здесь вообще не стояло!

Добрые граждане Са-Инферно… — на глаза навернулись слёзы умиления.

Не бросились они самостоятельно разгружать грузовики лишь благодаря драконам.

Тем, к их чести сказать, только и надо было, что стоять рядом и улыбаться.

Я бы к такой улыбке и на километр не подошел.

— Это ты первый? Да я вперёд тебя занял. Так что посторонись, не мельтеши.

— Господа, господа… Давайте рассуждать разумно. Золота целых пять грузовиков. Очевидно, что на всех не хватит! Давайте-ка проредим грядочку…

Послышалась плюха, кто-то сплюнул зубы на асфальт…

— Ну что, доволен? — сварливо спросила Альвеола оторопевшего кабана. — Теперь весь город знает, что здесь происходит, спасибо тебе большое.

— Крохобор!.. — взревел кабан. — Наведите порядок, Люцифер вас побери.

— Граждане, граждане, расходитесь! — стоя на верхней ступеньке, эльф делал движения руками, словно разгонял голубей.

— А как же раздача золота? — капризно спросили из толпы. — Я уже с работы уволился!

— А я купил Травяную яхту.

— Когда б ты успел? Мы ж только подошли…

— А я мысленно.

— Уважаемые граждане! Чтобы получить золото — один слиток в одни руки — ви должны заполнить анкету, в которой будут указаны ваше полное имя, возраст, адрес проживания и род деятельности. Также ви должны предоставить подробную справку от своей Гильдии о полной выплате налогов как за последний квартал, так и за предыдущие десять лет. Документы начнут принимать сейчас же, вот эти приятные господа с милыми улыбками… — и он широким жестом повёл в сторону драконов.

Так же быстро, как собралась, толпа рассосалась.

Молча, организовано, не говоря ни единого худого слова.

Мы остались вчетвером. Не считая драконов, разумеется.

— Ну что, ты доволен? — спросила недовольным голосом Альвеола, обращаясь исключительно к мастеру Шмуку.

— Пересчитать бы… — крякнул тот.

Королева закатила глаза.

— Сколько я тебя знаю, Шемми, вечно ты что-нибудь пересчитываешь… Предпочтительно, в чужих карманах.

— Издержки профессии, любовь моя, — поклонился кабан.

Препирались они, как давным-давно спетая и сыгранная семейная пара.