Татьяна Зимина – Проклятие новичка (страница 15)

— Ух ты. И сколько здесь вообще… миров?

— Четыре. Четыре планеты: Мир Ассиах, мир Йецира, мир Ацилут и мир Бриах. Наше светило называется Кетер.

— Так вы значит, продвинутые в… космическом аспекте? — честно говоря, я этого не ожидал. Привык уже, что большинство измерений в техническом отношении находятся на пасторально-средневековой стадии… А здесь, значит — наоборот. Век НТР. Интересненько.

И тут до меня дошло…

— То есть, Клоака Дьявола — это не… название вашего измерения?

Патриция сумрачно усмехнулась.

— Конечно нет. Так говорят только те, кто ПОКИНУЛ Сефер Зогар и не собирается возвращаться.

— Сефер зогар?

— Зогар. Так называется наше пространство. Девять звёздных систем: Кетер, Бина, Хохма…

— Прости, я всё равно не запомню. Лучше скажи, почему мы с тобой, вместо того, чтобы искать Денницу, сидим на лавочке у пригородного супермаркета и горько плачем.

Патриция вздохнула.

— Дело в том, что попав на сканер аннунака, я выдала себя. Теперь они знают, что я вернулась.

— Кто знает? Ты что, преступница? — я вновь вспомнил, как Патриция не хотела появляться в родном измерении. — Украла воровской общак и сбежала? Или ты — знаменитая рок-звезда, и сейчас сюда слетится армия фанатов? А может, ты из мафии?.. Выдала кого-то из своих властям и скрывалась по программе защиты свидетелей? Или… пожертвовала много денег на благотворительность, и тебя ждёт мучительная казнь?

Патриция сняла очки и вздохнула. Подведённые глаза на бледном лице выглядели огромными и беззащитными.

— Всё ГОРАЗДО хуже, Макс. Речь идёт о моих родителях. Штраф отправлен к ним домой. Они теперь знают, что я вернулась. И захотят встретиться.

— Ну, это естественно. Они же твои родители…

— Ты не понимаешь!

— Ну так объясни.

— Знаешь что?.. — Патриция смотрела на длинный роскошный автомобиль. Он как раз заворачивал на парковку. — Скоро ты всё увидишь сам. Только запомни…

— Что?

— Нет, ничего.

— Ладно.

Автомобиль затормозил возле нас. Ослепительно-белый, как океанский лайнер, он обладал настолько обтекаемыми формами, что казалось, его сконструировали для аэродинамической трубы. На капоте серебряным светом сияла голова хищной птицы.

Надпись сообщала, что это чудо называется "Рух".

Дверца бесшумно открылась.

— Запрыгивай, — приказала Патриция и полезла в салон.

Глава 6

Я заглянул внутрь.

Водителя не было — только мягкие диванчики и столик в центре.

— Машиной управляет Эхейех, — сказала Патриция. — Искусственный интеллект.

Я кивнул.

Подумаешь. На Земле тоже есть Иск-Ины. Мы их называем нейросети. Рисуют картинки и пишут глупые тексты…

— А вы не боитесь, что они… Захватят власть?

Патриция спустила очки на кончик носа и посмотрела на меня очень странно.

— Кто? — спросила она.

— Машины. Ну знаешь, соберут всех людей, посадят в банки и примутся добывать из них электричество?..

— Мефистофель, тебе хотелось бы посадить меня в банку? — спросила Патриция в пустоту.

— Сомневаюсь, что это будет целесообразно, — ответил приятный баритон. — Я получаю достаточно энергии из окружающей среды. И кстати: рад снова с вами беседовать, госпожа.

— И мне тоже, Мефистофель. Разреши представить тебе моего… — заминка была крошечной. Но она была. — Друга. Его зовут Макс.

— Очень приятно познакомиться, Макс, — откликнулся Иск-Ин.

— И мне тоже, Мефистофель, — наверное, я ещё не привык разговаривать с кем-то неодушевлённым. — Надеюсь, мы станем друзьями, — выдавил я.

— Буду рад.

Патриция посмотрела на меня, приподняв бровь.

"Вот видишь!" — читалось в её взгляде.

Я не знал, можно ли разговаривать о наших делах при… Мефистофеле, и стал смотреть в окно.

Патриция занялась тем же.

"Рух" довольно органично влился в поток транспорта, и понёсся к облаку смога на горизонте.

Только сейчас я обратил внимание на то, что все машины, независимо от габаритов, двигались с одной скоростью, очень плавно и на одинаковом расстоянии друг от друга.

— Ими всеми управляют Иск-Ины? — спросил я.

— Мы предпочитаем называться Эхейех, — вместо Патриции ответил Мефистофель. На Языке Кода это понятие означает "Я ЕСТЬ".

— Мефистофель — такая же личность, как я или ты, — добавила Патриция. — У него есть гражданство, права, обязанности… А также работа.

— Я служу дворецким в семье госпожи более трёхсот лет, — в голосе Иск-ина сквозила гордость.

— Мефистофель — член семьи, — кивнула Патриция. — Лично я всегда думала о нём, как о добром дядюшке.

— Приятно это слышать… племянница, — откликнулся Эхейех. — Мне тебя не хватало.

Город приближался неотвратимо, как болезнь. Его накрывало серое грибовидное облако, из которого тут и там торчали высокие, раскрашенные в красно-белую полоску трубы.

Они-то и создавали непередаваемый колорит: выходящий из них густой дым бесперебойно пополнял собой облако смога…

Мефистофель сказал, что берёт энергию из окружающей среды, — вспомнил я. — То есть, существование иск-инов достаточно безвредно — с экологической точки зрения.

— Что это? — указал я Патриции на трубы. Девчонка вновь посмотрела на меня, как на дурачка.

— Это же Ад, Макс, — сказала она. — Подумай хорошенько.

Я моргнул.

— Ты хочешь сказать, — бросив неприязненный взгляд на трубы и дым, я содрогнулся. — Что там… жарят грешников?

— Не жарят. А поджаривают, — наставительно поправила Патриция. — Они ж не стейки. Хотя согласна, разница весьма условная.

Увидев моё лицо, она расхохоталась.

Впервые я слышал от Патриции такой заливистый, ничем не сдерживаемый смех.

— Мефистофель, он купился, — выдавила она сквозь икоту.