Татьяна Зимина – Проклятие новичка (страница 12)
— Только с твоей помощью.
— Я не могу.
— Найди в себе силы.
— Знаешь, Макс, это уже наглость.
— Ты мне должна, Патриция.
Это был последний аргумент. Я не хотел его использовать, надеялся, что и так смогу её уговорить…
— Ничего я тебе не должна!
— Ты подыгрывала Деннице в споре! — я тоже повысил голос. — Сама клялась, что не примешь ничью сторону, но ты ему подыграла!
— Это не правда.
— ТЫ засадила Зебрину за решетку. ТЫ впустила к ней Денницу, позволив глупой девчонке заключить с ним Сделку! И ведь ты знала, что из этого ничего хорошего не выйдет, но всё равно сделала.
Патриция вдруг побледнела. Я б даже сказал — посинела, настолько быстро от её лица отхлынула кровь.
Из глаз, как из переполнившихся озёр, хлынули слёзы.
— Так значит, это всё из-за неё, да? — глухо спросила она. — Всё из-за молодой драконицы… Ты её любишь?
— Какое это имеет значение?
— Скажи.
— Сама скажи: зачем ты её засадила? И почему ты ревёшь?
— СКАЖИ, Макс.
— Скажу, если ты скажешь. И поможешь мне попасть на Клоаку Дьявола.
— Это не равноценный обмен.
— Уж какой есть.
— Ладно, — Партиция успокоилась, сняла очки, вытерла слёзы кружевным платочком и уставила на меня свои квадратные, как у Денницы, зрачки. — Давай скажем одновременно.
Я кивнул. Патриция молча показала один… два… три пальца, и я сказал:
— Я люблю Зебрину.
— Я засадила её, потому что люблю тебя, Макс.
…
— Вот чёрт.
Глава 5
Целую минуту мы смотрели друг на друга, как две собаки, которые раздумывают: вцепиться друг другу в глотки или обнюхаться.
Затем Патриция резко выдохнула воздух и отвернулась.
Она направилась к шкафчику, открыла дверки… Я думал, сейчас на свет появится либо кувшин с водой, либо ружьё.
И она, не задумываясь, как даст по мне из обоих стволов… Но на полке был всего лишь аквариум.
— Это, кажется, принадлежит тебе, — сказала Патриция ровным, как разметка на дороге, голосом. — Хочешь забрать?
Я невольно улыбнулся.
— Привет Фонци, дружок! — сунув руку в аквариум, я пощекотал губке брюшко. Тот счастливо засучил присосками и ласково облепил мою ладонь. — Ты его хотя бы погулять выпускаешь? — требовательно спросил я Патрицию.
Девчонка только фыркнула.
— Он живое существо, знаешь ли, — укоризненно продолжил я. — А ещё он любит мыть посуду. Я же оставлял тебе записку.
— Да выпускаю я его! — огрызнулась девчонка. — Только посуды у меня нет. Вместо этого он есть слова, — она кивнула на толстую стопку папок на столе..
— Да ну?.. — честно говоря, я не знал, что ещё сказать. — А от чернил его не будет пучить?
— Не нравится — забирай, — не поворачиваясь, буркнула Патриция.
Я посмотрел на аквариум.
Чистый песочек на дне. Живописные водоросли. Рукотворная пещерка из ракушек…
— Знаешь, мне кажется, Фонци здесь хорошо, — примирительно сказал я. — Просто давай ему иногда что-нибудь… помыть.
— Документов у меня много.
Патриция встала ко мне боком, и делала вид, что тоже разглядывает Фонци.
Мы ещё помолчали.
Неловкость. Вот правильное слово.
Так бывает по утрам: просыпаешься с девчонкой… а кто она такая, откуда взялась, и как зовут — не помнишь. Хоть убей.
Самое лучшее в таких обстоятельствах — поскорее сбежать.
А что ещё остаётся?..
— Ну, я пошел?
— Я помогу тебе, — сказала Патриция, всё также глядя в сторону.
— Спасибо, я знаю, где выход.
— Я ПОМОГУ ТЕБЕ отыскать Денницу, если ты поклянёшься никогда, ни при каких обстоятельствах, не вспоминать о том, что я тебе сказала.
— Но…
— ТЫ ОБЕЩАЕШЬ?
Я закрыл глаза и досчитал до десяти.
— Да. Обещаю.
— И клянёшься не вспоминать этот инцидент… вообще никогда.
— Не понимаю, о чём ты.
— Так-то лучше, — Патриция заметно расслабилась. — Подожди здесь. Мне нужно переодеться.
И девчонка выскользнула из офиса, плотно закрыв за собой дверь.
Да. Она права: так лучше.
Если мы оба не будем упоминать то, что между нами произошло, может, удастся поверить, что ничего не было?..
Так бывает: ляпнет человек не подумав, а потом жалеет всю оставшуюся жизнь.
Но она ведь не ПРОСТО ляпнула. Она ПРИЗНАЛАСЬ.