Татьяна Вторник – Между Раем и Адом (страница 7)

«Прости, но я должен поделиться своим благом» росчерком молнии пролетели последние воспоминания. Девушка резко приподнялась, прижимая к щеке ладошку, с прерывистым дыханием пугливо осматриваясь. Зрение никак не могло сфокусироваться и задержаться на чём-то конкретном. Комната с голубыми обоями, кровать с деревянным резным изножьем. Окно. У окна, тонкая тёмная фигура, залитая светом, исходящего из окна, что-то крутила в руке.

– Камиэль? – невнятно пробубнила Лия, протирая глаза, чтобы сфокусировать зрение.

– Ого! – хихикнул девчачий голос. – Тебя сам Фима приволок?

– Фима? Нет. Он сказал, что его зовут Камиэль, – всё ещё не очухавшись, бубнила Лия, в попытках удобнее сесть и внимательнее разглядеть собеседницу.

– Это мы так его за глаза называем, потому что он единственный из серафимов, кто у нас преподаёт. Все Небесами правят, а его сюда в наказание сослали.

– За что?

Двушка выпятила нижнюю губу и несколько раз пожала плечами.

– Ладно! Но если что, я ничего тебе не говорила, – она внимательно посмотрела на Лилию и, дождавшись согласного кивка, заговорщицки затараторила. – Поговаривают, что он с Баалом в Аду жену свою не поделил и устроил там дебош. Но об этом молчок. Узнает – взбесится.

Лилия вспомнила тихого и спокойного старика и почему-то усомнилась в словах незнакомки. Казалось, что его ничего не может возмутить и уж тем более взбесить.

Девушка подошла к ней и присела на край кровати. Только сейчас Лия смогла как следует разглядеть собеседницу. Короткие белые кудряшки перекинуты на один бок, выбритые виски, в каждом ухе красовалось множество серёжек и маленький гвоздик в носу. Хитрые лисьи глаза, с ярким макияжем и чёрный лак на ногтях. Тельняшка с оторванными рукавами, черные драные джинсы, перетянутые сразу несколькими ремнями в заклёпках.

– Я Энджи, подруга, – протянула она руку с мультяшными татуировками Микки-Мауса и какого-то весёлого черепа. – Можно просто Эн.

– Я… – протянула в ответ руку Лилия.

– Знаю, знаю, – она крепко и уверенно пожала её. – Свиридова Лилия Константиновна. Мы соседи. Тут в общаге…

– Мы в общаге? – удивлённо заморгала глазами Лилия, подозревая, что всё было сном, а она потеряла сознание где-то на остановке и её притянули в ближайшее общежитие панки.

– Да я уже и не помню, как правильно это место называется, но все называют наш дом общагой, а храм принятия – домом истязаний или пыток.

– Я назвала его школой, – тихо ответила девушка.

– Да, на школу тоже похоже, но только в школе не пытаются тебя убить, – засмеялась она.

– Убить? – надорвано выдохнула Лилия.

– Успокойся, подруга. Никто тебя не убьёт, но методы у них так себе, хочу сказать, – Энджи протянула ей малиновое перо.

– Что это? – принимая его, спросила Лия.

– Твой первый подарок от поклонника, – подмигнула девушка.

– Какого ещё поклонника? – Лия осторожно положила его на прикроватную тумбочку.

– Не знаю. Пока ты в лекарке валялась, кто-то из ангелочков, походу, на тебя запал, сунул под дверь. Застенчивый, зараза.

– Но зачем? Мне с него подушку набивать или ловца снов забацать? – насупилась Лия.

– Это… как бы тебе объяснить? – Энджи встала и начала расхаживать по комнате, взъерошивая короткие волосы. – Типа такой намёк, что ты понравилась и если не против знакомства, то…

– Выкинь, – жёстко прервала её Лилия и тут же мягко добавила, – пожалуйста.

– Не беспокойся, – она с разбега запрыгнула на кровать с ногами. – Пока мы люди, с нами нельзя заводить романы, – она начала демонстративно пальцем зажимать пальцы на другой руке, – секс под запретом, замуж не возьмут, с людьми тоже нельзя. Всё это будет можно только в истинном обличье.

– Да мне и не надо как-то вот это всё.

– Оу, – изумлённо вскинув брови и покивав головой, она выпятила нижнюю губу, – Девственница?

– Я не собираюсь обсуждать с незнакомыми свою личную жизнь, но нет я не девственница и у меня были отношения с мужчинами, – пробурчала недовольно Лия.

– Спакуха, подруга, – она в примирительном жесте вскинула руки. – Я – могила. И не лезу куда не следует.

– Слушай, – тихо, но чётко произнося каждое слова, Лия как можно доходчивее выставляла границы. – Я не знаю тебя, и я тебе не подруга. Я вообще не понимаю, что тут происходит и хочу разобраться сама, а теперь… – девушка неуверенно обвела комнату взглядом, – если это моя комната, то прошу покинуть её.

Глаза Энджи потухли. Она нехотя поднялась с кровати, прихватив перо с тумбочки.

– Ладно, – тихо сказала она, открывая дверь. – Как скажешь, п.

– Слушай, – остановила её вдруг Лия. – Я плохо соображаю, что тут и к чему. Не обижайся на меня. Хорошо?

– Ладно, – так же обиженно ответила она и, прикрывая дверь, добавила. – Тут комнаты блочные. У нас с тобой блок на двоих. Если что понадобится, обращайся.

Дверь тихонько прикрылась, а Лии вдруг стало стыдно и неуютно от своей резкости. Первый человек в незнакомом мире попытался наладить с ней контакт, а она отчитала её, как малого ребёнка.

Выбравшись из тёплой кровати, Лилия тихо выругалась, так как на ней был костюм, залитый кофе, а на ногах чужие полосатые носки. Обшарив всю комнату и не найдя ничего интересного и подходящего, во что переодеться, девушка выглянула в окно. Огромное зелёное поле было залито солнечными тёплыми лучами. На голубом небе ни облачка. Посреди лужайки стоял роскошный фонтан с парящими над ним мифическими существами, извергающими струи воды, которые закручивались по спирали и исчезали в диковинных цветах, качающихся на водной глади фонтана. На противоположной стороне стоял большой замок из фиолетового камня. «Храм принятия» догадалась Лия по гуляющим рядом парням и девушкам.

– Господи! – выдохнула она, внимательно всматриваясь в гуляющих.

Два парня держали по стопке книг и с серьёзным видом кивали в ответ на явно нравоучительные речи серо-кожей девушки, затянутой в строгий жёлтый брючный костюм. На голове её красовались длинные тонкие рожки как у косули, а из-под расклешённых брюк выглядывали звериные лапы с когтями. Потом она перевела взгляд на ангела с полупрозрачным нимбом над головой и песочными крыльями, кидающего что-то в раззявившую пасть какого-то существа в фонтане. Он со скучающим видом отрывал кусочек от чего-то зажатого в руке и продолжал кидать. Прямо как это делала она, когда подкармливала лебедей у берега. Внезапно в воде что-то ожило и пасть с плеском воды схлопнулась, погружаясь на дно. Ангел рассержено топнул ногой и, заложив руги под крылья за спину, пошёл в сторону школы.

Быстро пробежав глазами по лужайке, она отыскала ещё пару-тройку представителей Ада и Рая. Вернувшись на кровать, залезла с головой под одеяло.

– Я к этому никогда не привыкну, – тяжело выдохнула она.

4. И всё же подруга

– Эй, по… Лилия! – раздался задорный голос Энджи, с тихим постукиванием в дверь.

Девушка вынырнула из-под одеяла и посмотрела в окно. На улице уже был вечер. При этом довольно-таки поздний. С ужасом осознав, что она провалялась весь день в кровати, она запихнула уголок скомканного одеяла в рот и прооралась. Глупая привычка, сохранившаяся из детского дома, с которой она никак не могла расстаться, особенно когда что-то шло не по плану, или не получалось.

Всё же встала и нехотя побрела к двери, когда раздалось очередное постукивание.

– Ладно, как хочешь. Я у себя.

– Подожди, – выкрикнула Лия, расценив, что всё же, ей кто-то необходим, разбирающийся в том, что тут происходит.

– Ага, – раздалось вялое согласие Энджи.

Девушка расправила одеяло на кровати, оценила свой жалкий вид в зеркале и открыла дверь.

– Слушай, – начала с порога Эн, – я не навязываюсь, просто меня попросили тебе передать это с наилучшими пожеланиями.

Она всучила свёрток девушке и, не глядя на неё, повернула к своим дверям.

– Постой, – окликнула её Лия.

– Что ещё? – недовольно спросила она, откидываясь назад и балансируя на пятках, держась за дверную ручку своей комнаты.

– Мы не с того начали, Анжелина.

– Энджи, – поправила её соседка. – Можно Эн.

– Зайдёшь, Энджи? – чуть улыбнулась Лия.

Та наигранно тяжело выдохнула и лукаво улыбнувшись, косолапой походкой зашла в её комнату и с разбегу запрыгнула на кровать. Удобнее усевшись в позу лотоса, она кивнула на куль.

– Что там?

– Не знаю, – честно ответила. – Я вообще ничего не знаю здесь и не отказалась бы от маленькой экскурсии. Пойми, я только сегодня…

– Да ладно, не парься, – отмахнулась рукой Эн. – Месяц назад, я сама, как абориген ползала тут и всего чуралась. Привыкнешь.

Энджи откинулась на кровать, закладывая руки за голову.

– Нас тут не очень много и занятия часто ведутся индивидуально или небольшими группами, учитывая, что мы попадаем сюда не в один день. Больший упор делается на полёты, чтобы ты не разбилась и не запаниковала от крыльев. Остальное, как получится и придётся навёрстывать самой. Через месяц-два произойдёт первое принятие себя. Длится оно часов десять и беда в том, что ты ничего не помнишь, но это и к лучшему. Всё равно оно обычно приходится на ночные часы, и ты спокойно переспишь его в своей кроватке. Потом происходит второе и оно же последнее принятие, но тут чуть сложнее и неизвестно когда и где оно произойдёт, но уже с концами.

– А почему сложнее?

– Во-первых, тело меняется неохотно. Дольше, чем в первое принятие. А во-вторых, главное не оказаться в это время в общественном месте, – она громогласно захохотала, – Многие тощие мальчики убегали с улиц здоровыми бугристыми демонами в одних портках.