Татьяна Волхова – Северный мир 4. Посвящение (страница 3)

С уст окружающих сорвался удивлённый шёпот. Только что приехавшие не понимали, откуда княжна знает о противостоянии на городской площади, ведь гонцов с вестями к ней не отправляли. Селяне же просто поражались происходящему. О том, что княжна имеет силу Берегини и может смотреть сквозь пространство, знали лишь несколько человек.

– Истинная княгиня, ― пронёсся говор, ― наперёд всё о своём муже знает.

Доброслав улыбнулся, он взял руки жены и поднёс к своей груди: большего княжеская чета не могла себе позволить на людях. Потом он достал из складок своей одежды резной ободок, украшенный драгоценными камнями. Я вспомнила, что видела это украшение у его матери, когда мы встречались с ней, будучи с Демидом в городе. Ободок был очень красивым: неудивительно, что его сохранили. Мысленно прощупав вещицу, я поняла, что Ведмурд уже очистил её от наследия других владелиц, что носили её после княгини, и украшение можно было надевать на голову княжны.

Вещи, несущие след предыдущего хозяина, были опасны для нового владельца, особенно те, что носились на голове, шее или руках. Хотя ободок не был замкнут и не так накапливал настроения и печали, как делали это кольца и серьги, где волна воспоминаний вращалась по кругу, не имея возможности выйти за его пределы, вещь всё равно передавала от одной женщины к другой то, что было накоплено, прожито и выстрадано предыдущей обладательницей украшения. И чем длиннее была история драгоценности, тем больше она несла в себе ― и тем сильнее влияла на человека, который её надел. Так можно было перенять чужую судьбу, боль и страдания, а также радость и удачу; но только в жизни человека всегда есть и то, и другое, а значит, каждую вещь, доставшуюся от другого, надо чистить, прежде чем носить. Иначе налёт истории вклинится в судьбу и изменит её.

– Я привёз тебе подарок в знак моей любви и уважения, ― сказал Доброслав, ― этот ободок принадлежал моей матери, и она хотела передать его тебе, но не успела.

Княжич закрепил украшение на голове жены. Она улыбнулась, легко поправив ободок, и при этом будто невзначай коснувшись руки княжича, и их обоих приятно обожгло это прикосновение, а в глазах вспыхнула потухшая ранее искра.

Моё сердце радовалось, видя взаимную симпатию, что выражали друг другу Доброслав с Цветаной. Всем окружающим было понятно, что они искренне приветствуют друг друга.

После этого княжич повернулся к своему сыну. Тот улыбался и впитывал в себя каждое мгновение теплоты между родителями. Такого в его жизни ещё не было. К тому же, столько солнц считая, что все мужчины его рода ушли в царство Мары, молодцу было радостно видеть отца живым и здоровым.

Светозар склонил голову в знак приветствия. Доброслав обернулся к воинам, сопровождавшим его, и громко сказал:

– Это мой сын, наследник Северных земель!

Воины и селяне приняли его слова с ликованием.

– Княжич! Внук старого князя! ― пронеслись крики.

– Княжна с сыном жива!

– Новый правитель врал нам, он не смог найти их и искоренить род!

Из ряда всадников отделился Вышеслав, которому не терпелось познакомиться с двоюродным братом и родной тётей. Когда он приблизился к ним, Цветана еле слышно вскрикнула и замерла: подошедший к ней юноша был очень похож на её лю́бого брата, с которым она разлучилась, когда покинула отчий дом.

Доброслав, глядя на него, сказал:

– Это сын нашего друга ― Яромира, князя южной стороны, он спас меня и дал своё войско, чтобы я мог вернуть справедливость и избавить нас всех от власти колдуна, вытягивающего все силы из народа и Северных земель, ― Доброслав с благодарностью дотронулся до плеча молодца. ― Вышеслав поехал со мной вопреки воле отца, поскольку не мог оставаться в стороне и хотел помочь свергнуть тёмного правителя.

Южного княжича тоже поприветствовала толпа жителей, которая уже пробралась в наши ворота и облепила забор. Я заметила, как похожи Светозар с братом: не столько внешностью, хотя схожие черты были заметны, сколько осанкой, взглядом, выражением лиц, каких не встретишь у простых селян.

Наследники приветствовали друг друга, положив одну свою руку на плечо другого.

– Я рад тебя видеть, брат, ― сказал Вышеслав, ― много солнц мы скорбели о твоей матери и тебе. Но Боги были милосердны и сохранили вам жизнь.

– Я тоже рад нашей встрече, ― ответил Светозар, ― пусть она положит начало доброй дружбе и поддержке. Ведь нам предстоит править соседними землями и иметь рядом надёжного друга ― это очень важно.

Вышеслав улыбнулся, а Цветана сделала шаг к нему и протянула вперёд руки.

– Я давно разлучена с моим братом и так счастлива видеть его сына в своём доме, ― сказала она, ― проходите, наши двери, как и наши сердца, открыты вам.

Вышеслав склонил голову перед сестрой своего отца, кивнул мне и прошёл в дом вслед за Доброславом с княжной. За ними шли Демид с Ведмурдом, и я наконец оказалась ближе к ним. Склонившись перед волхвом, я почувствовала нескончаемый поток света, исходящего от служителя Велеса.

Поравнявшись с мужем, прикоснулась к его руке и в ответ почувствовала крепкое пожатие. Мы тоже не могли броситься в объятья друг друга, поскольку слишком много глаз смотрело на нас сейчас.

Но в этом рукопожатии и взгляде моего Ладо, что был устремлён на меня, я ощутила всю его радость от встречи со мной и желание поскорее обнять и прижать к себе. Подарив лю́бому полный нежности взгляд, я вместе с ним зашла в дом. За нами вошёл воевода, поставив у дверей и ворот охрану.

Но большая часть прибывших воинов была приглашена за заранее накрытые во дворе столы, около которых их ждали жёны братьев Демида, показывая, куда можно сесть и предлагая пищу. Обе женщины были крайне удивлены происходящим, так как не знали истинного происхождения Цветаны и её сына. Для них она была обычной селянкой, бежавшей из родного дома в дни бедствия.

Младшие братья Демида тоже остались снаружи. Они готовились праздновать возвращение домой вместе с воинами, которые приехали с ними. Их жёны, у которых не было нужды соблюдать приличия, бросились к ним на шею и плакали от радости.

В доме, рядом с накрытым столом, нас ждали Боремир и Радамила. Мой муж подошёл к брату и посмотрел ему в глаза. Тот только восстанавливал свои силы после столкновения с Белозаром. И хотя прошло уже несколько Лун после его исцеления, но огненный пояс так и не зажёгся в нём. Демид понял это; когда он уезжал, у нас ещё была надежда, что Боги вернут Боремиру огонь, но они ограничились жизнью.

Ведмурд тоже подошёл к сыну. Волхву было ведомо всё, что происходило с тем за время его отсутствия, а также то, что пребывая на грани между мирами, когда лишь дыхание удерживало Боремира в Яви, его закрытое сердце не позволяло исцелиться телу. И лишь поток любви, что омыл его истерзанную душу, помог воину преодолеть выпавшее испытание. И сейчас эта искорка, вспыхнувшая между ним и Вассой, горела ярким пламенем, ожидая возможности объединиться в совместный костёр.

Волхв коснулся плеча сына, показывая ему, что принимает его искупление тех поступков, которые тот совершил на службе князю-завоевателю.

«Все совершают ошибки, ― читалось в его взгляде, ― главное, что ты нашёл в себе силы признать, что был неправ, и увидеть свет».

Это безмолвное общение было громче любых слов и символизировало переход от тьмы в головах многих жителей к свету, вернувшемуся на Северные земли.

Пока мужчины пребывали в этом общении, я обратила внимание на дочь. Она стояла позади стола, светясь от радости, что видит знатных гостей, и гордая тем, что они пришли именно в наш дом.

Её глаза сияли, лицо покрылось лёгким румянцем, бусы из цветных камушков переливались всеми цветами на высокой груди. Падающие от окна косые лучи солнца подчёркивали блеск чёрных волос, а тени очерчивали тонкий, стройный стан.

Радмила с восторгом смотрела на Светозара, представляя, как скоро встанет рядом с ним, а всех окружающие будут благословлять их на свадебный огонь. Вышеслава, стоящего рядом с лю́бым, она тоже заметила, подумав, что брат её суженого красив особенной южной красой и имеет острый взгляд, полный желания приключений, соревнований и риска.

Тот тоже заметил юную девицу, встречающую их в доме спасителей его родных. Повинуясь природному любопытству и пользуясь тем, что рядом не осталось посторонних, княжич шагнул к ней и поздоровался, глядя своими полными молодецкого озорства глазами.

– Приветствую тебя, молодая хозяйка, ― сказал он. ― Мои глаза, видя такую красоту, радуются, а сердце открывается навстречу.

– Здравствуй, Вышеслав, ― ответила Радамила, ничуть не смущаясь тому, кто стоит перед ней, ведь она с детства общалась со Светозаром, также являющимся наследником князей, на равных. ― Рада видеть вас в нашем доме.

– Это Радамила, ― представил мою дочь сын Цветаны, ― она моя будущая невеста.

– Я понимаю, почему ты остановил свой выбор на этой девице, ― улыбнулся Вышеслав, ― я бы тоже выбрал такую себе в жёны.

Дочка залилась краской и опустила взгляд. Так была она хороша в сознании своей красы и притягательности, так манила своей просыпающейся силой, так тягучи были потоки чувств вокруг неё, что я сама невольно залюбовалась. Но почувствовала некоторую тревогу, будто шутливый разговор их был не просто так.