Татьяна Волчяк – Цветок жизни (страница 12)

Действительно, а как меня нашли? Перевела взгляд на Вуда, а он в ответ смотрел на меня пристально, не моргая. Боже… Неужели… Полиция не нашла, а он нашел? В последнее время вел себя странно, крутился рядом, даже выделил кабинет для научной работы…

– Послушайте, инспектор, на сегодня довольно, мисс Коул еще плохо себя чувствует. Можете продолжить завтра, – опередил меня попечитель, не дав озвучить свои вопросы. – К тому же, что было дальше, вы и так узнали с моих слов. Мы нашли девушку случайно, она шла вдоль трассы, по которой я ехал на машине со спутницей. Кристина была ранена, вся в крови. Мой за́мок был ближе, чем больница. Поэтому я и привез ее сюда и оказал первую помощь.

Я смотрела на Вуда, не скрывая своего изумления. Как это они нашли меня на дороге? Он ведь из подвала меня вытащил, это я помню отлично, а вот после очнулась уже здесь. Почему он лжет?

– Я слышал, мистер Вуд, вашу версию, но обязан спросить у пострадавшей. Мисс Коул, вас нашел мистер Вуд? Это так?

Я продолжала непонимающе взирать на Герберта, ища ответа. Может, мне показалось, и они в самом деле подобрали меня на дороге? В моем состоянии это было вполне возможно. Я лишь смогла кивнуть в ответ вопросительно глядящему инспектору. Как бы там ни было, Вуд и вправду меня нашел и помог, а вот каким образом и где, еще предстоит выяснить.

– Хорошо, мисс Коул, на сегодня достаточно. Поправляйтесь. – Инспектор протянул мне свою визитку. – Если что-нибудь захотите добавить, звоните! – многозначительно произнес, говоря взглядом, что он к моим услугам. – Мы обязательно его поймаем!

Попечитель университета направился следом за блюстителем порядка, пообещав вернуться.

Не зная, куда себя деть, я медленно встала с кровати и подошла к окну. Нужно было осмотреться. Я раздвинула шторы и моментально была ослеплена лучами солнца. Пришлось некоторое время привыкать к яркому свету, после чего мне открылся потрясающий вид на сад! Море зелени, многолетние цветы, – все переливалось яркими, сочными оттенками. Вероятно, я проспала весь день и всю ночь? Тело ломило после всех этих издевательств над ним. В легкой сорочке мне стало прохладно. На кресле возле кровати я увидела халат, длинный, темно-бордовый, похоже, мужской. Только надела его, обернувшись им два раза, и завязала пояс, как мой желудок стал издавать урчащие звуки. Еще бы, сколько я не ела? Вторые сутки пошли? Сделав неловкий шаг в сторону, я заскулила:

– Ай-ай, как болит, щиплет…

В глазах стало мутно от слез. Я всегда думала, что в такие передряги попадают исключительно беспечные, безответственные и глупые люди. И что со мной такого никогда не случится. Я всегда была приличной девочкой, не ввязывалась в авантюры и не общалась с незнакомцами. Старалась не выделяться из толпы. Хотя я довольно обеспечена в материальном плане, никогда этим не злоупотребляла. Покупала качественные вещи, но вызывающе или броско не одевалась. Кроме того вечера в клубе «Диван», когда надела яркое обтягивающее платье. Может, этот маньяк там меня и заприметил? Подкараулил и ждал момента… Желудок снова заурчал, оповещая о том, что неплохо было бы перекусить. Вуд задерживался. Хорошо бы найти кого-то живого и выяснить все же, как меня нашли. Вдруг преступник не только меня держал в заточении?

Я вышла из комнаты и попала в коридор, заканчивающийся винтовой лестницей. Каменные стены были увешаны картинами, и на этаже не было других комнат. В голове всплыл образ принцессы, заточенной в башне. Ерунда какая! Спустившись по лестнице, я оказалась в огромном круглом зале. Видимо, у кого-то комплексы, которые компенсируются большими пространствами, а может, у хозяина клаустрофобия? Справа от себя, за дверью, услышала разговор, но о чем явно спорили двое, оставалось непонятным. Любопытство взяло верх. Тихо, стараясь не выдать себя, подошла ближе. До меня долетел конец фразы:

– …какая разница!

Недовольный мужской голос показался мне знакомым, но вспомнить, где я могла его слышать, мне не удалось.

– Вот именно, Томас, вот именно, что разницы нет! – голос Вуда сразу узнала.

Низкий, с хрипотцой, он действовал на меня странно, от него по телу пробегали сотни мурашек, а внутри разливалось тепло и еще что-то непонятное, незнакомое.

– Гер, что ты собираешься делать? Она ведь не просто человек. Ты же не можешь этого не видеть. Да она даже не поддается твоему влиянию! А это куда опаснее, чем если бы ты увлекся обычной девушкой!

– Да причем здесь это?! – закричал Вуд. – Я не питаю к ней никаких чувств! Ты знаешь, что мне неинтересны люди. Меня интересуют ее силы, и, как ты заметил, она не поддается моему воздействию и контролю. Даже глазом не моргнула, когда попытался ей внушить, что действительно подобрал ее на трассе. И вообще мне непонятно, что ты так волнуешься, Томас?

– Я не волнуюсь, но лучше бы ты ее в больницу отвез, а не тащил сюда. Неизвестно, кто она. Впрочем, как знаешь, Герберт, тебе виднее! Ты уже сообщил о ней в Синклит?

– Нет, для начала улажу вопросы с ней и полицией, а затем сообщу. Да и Сильфида, скорее всего, уже передала сведения о новенькой.

Мужчины затихли, и спустя несколько секунд дверная ручка начала проворачиваться. У меня сердце забилось быстрее и перехватило дыхание. Я не знала, то ли прятаться, то ли бежать, чтобы они меня не заметили. Дверь наконец слегка приоткрылась, и я не придумала ничего умнее, как постучать в нее и сделать невинный взгляд, вроде как только что подошла, а вовсе и не подслушивала.

– Кристина?

– Да, я… эм… Искала кого-нибудь…

«Боже, говори уже хоть что-то, не молчи», – ругала и корила себя на чем свет стоит. Пока подслушивала, все мысли растеряла от их непонятного диалога. И что значит это его «пытался внушить»?

– Ты искала кого-нибудь… для?.. – Вуд протянул последнее слово, чтобы я могла закончить фразу.

Но тут я встретилась с ним взглядом и не смогла оторваться от насмешливого блеска его глаз, а в голове почему-то звучали слова: «Я не питаю к ней никаких чувств». Что за глупость? О чем я думаю? Неинтересны ему люди, а кто интересен – звери, что ли?

– Э-э… Да я просто решила спуститься…

Черные глаза смотрят, моргают, и я слышу:

– Кристина, ты еще слаба, пойдем. Провожу тебя наверх.

Тут я очнулась от созерцания его лица, так как наверх мне не хотелось идти совершенно и оставаться одной тем более.

– Что?.. Нет, я не хочу. Если ты не против, я бы перекусила. Да и пора мне уже…

Мужчина тут же изменился в лице, сжал губы, и на его скулах заиграли желваки. Злится? Почему?

– Давай так: для начала я прикажу, чтобы тебя накормили, затем доктор осмотрит рану и, если есть необходимость, сделает перевязку.

Он опустил взгляд на мое декольте, спустился ниже, показывая на повязку. Затем еще ниже и уставился на мои голые ступни. Обувь я так и не нашла, пришлось топать босиком. Пока он откровенно разглядывал мои пальцы и щиколотки, выглядывающие из-под длинного халата, его глаза почернели сильнее, а воздух, кажется, нагрелся на пару градусов. Я испытывала неловкость от его пристального внимания, меня это порядком нервировало. Стояла переминаясь с ноги на ногу, поджимая пальцы, не зная, куда себя деть.

– Да, и нам следует о многом поговорить! – хрипло добавил Вуд. Еще секунда, и меня аккуратно подхватили на руки, опасаясь причинить боль. – Пол холодный, заболеешь! – ответили на мой немой вопрос.

Попечитель пронес меня в арочный проем в стене, и мы попали в столовую. Опустив меня на мягкий стул, отодвинутый от немалого размера стола, Герберт обошел его и разместился точно напротив.

Интерьер здесь был такой же, как и в круглом зале, – вся мебель из натурального темного дерева, стены выложены замысловатой каменной мозаикой. Небольшой камин и два кресла возле него создавали уютный уголок в холодной на вид обстановке. Над головой висела люстра со множеством ламп в форме свечей, она спускалась с высокого потолка на тяжелой грубой цепи.

В проеме арки появились женщина и паренек лет двенадцати, оба несли серебряные подносы с блюдами. Не мешкая, они расставили перед нами глубокие тарелки и разложили приборы. А у меня снова возник вопрос: когда Вуд успел распорядиться, чтобы принесли еду? Он постоянно был рядом со мной, не отлучался, не звонил.

– Когда ты успел… – смотрю я вслед уходящим женщине и пареньку.

– Что успел? – говорит с равнодушным видом и нисколько не сбившимся дыханием, словно не он секунду назад нес меня на руках.

– Нет, ничего, – бурчу я себе по нос.

Герберт протягивает руку и поднимает крышку большой фарфоровой супницы, из нее исходит потрясающий аромат. Изящным половником он наполняет мою тарелку содержимым, больше похожим на соус, чем на суп. В нем много мяса и овощей. У меня текут слюнки. Не обращая внимания на Вуда, отламываю кусок свежего хрустящего хлеба и опускаю его в свою тарелку. Он пропитывается соусом, и я тут же съедаю его, едва не мурлыча от удовольствия. Продолжаю уверенно поглощать свою порцию и повторяю так несколько раз подряд, пока первый голод не стих. Только тогда поднимаю глаза на хозяина замка. Он улыбается.

– Что? Я голодная. Была, – добавляю возмущенно.

– Нет, все в порядке, продолжай.

– А ты что не ешь?

– На тебя приятнее смотреть.

– Уф… – Я фыркаю, пожимая плечами, и доедаю все из тарелки.