Татьяна Волчяк – Муза желаний. Академия "Редкие дары" (страница 4)
– Меня зовут Ильгида Брум. Вы себе даже не представляете, как вы вовремя. Столько всего накопилось! – Демоница достала из кармана ключ-заклинание в форме небольшого шара. Приложила его к высокой двустворчатой двери с резными завитками на широких наличниках. Та послушно открылась, пропуская нас. – Учебный год в разгаре, а у нас вон что творится. – Эйта Брум ткнула пальцем перед собой и стала протискиваться между столами, стульями и коробками, продолжая сокрушаться. – Через несколько месяцев празднование нового года, нового становления природы и восхваление богов за их помощь, а я одна все не успеваю, – зарычала демоница. – Зачем он дал расчет Ретавии Верг? Нет, понятно зачем! Она сама перевелась, не смогла пережить провал в любовном вопросе. А теперь он меня на ее место поставил, не успел к началу года найти профессора бытовой магии. Конечно, детки не виноваты, их нужно учить. А что делать с канцелярией? Кто будет разбирать новую мебель, расставлять ее и убирать ту, которая испорчена? Следить за подсобными рабочими, которые отлынивают от работы? Скоро белого дня не увидим, настолько здесь грязные окна. Молчу об отчетности и документах. Поставщик три месяца не может получить от нас принятие заказа. И не получит, я не успеваю.
Я не совсем понимала, о чем говорит эйта, но, цепляясь за углы стеллажей, протискивалась вслед за ней. Помещение немаленькое и все заставлено до потолка. Узкие проходы, лабиринты из досок, креплений, полок, зашитые в мягкую ткань зеркала. Полный завал.
– Здесь у вас склад? – прервала я стенания Ильгиды.
– Склад? – усмехнулась она. – Склад у нас в подвале, а это… – обвела руками пространство, – когда-то было приемным холлом! Ученики и посетители приходят сюда решать возникающее проблемы. В этом году все с ног на голову. Моя помощница Клотильда заболела, в начале учебного года. Выздоровела, все хорошо! Слава богине! А когда вернулась и увидела все это безобразие… ушла… нет, убежала в отпуск! Представляете! В отпуск! И ведь ей не скажешь, что не время. Она в этом отпуске не была несколько лет, как и я, впрочем. А следом и профессор бытовой магии отомстила, сбежала к конкурентам в соседнее королевство. Обиделась, что не поддержали ее. Да как тут поддержишь, если некромант наш влюбился, но не в нее. И сам некромант редкий гость в академии. То у него свадьба, то работа на корону, то молодая жена внимания жаждет. Хорошо, что заместитель имеется, уже проще.
Мы подошли к двум столам, на которых лежали высоченные стопки документов. Я огляделась по сторонам и представила весь объем работ… Внезапно раздался грохот. Секунда тишины и…
– Ильгида-а! – послышался знакомый голос с ноткой обреченности. – Ты здесь?
Демоница спохватилась и взглянула на меня озабочено.
– Здесь я, здесь! Там, где столы, – крикнула, как я поняла, новый профессор бытовой магии. – Вы в порядке?
– Да, но мне не помешала бы помощь.
– Я помогу, – опередила я Ильгиду.
Возвращаться к двери ей не особо хочется, комплекция пышная, а протискиваться через эту свалку та еще задача. Я вернулась к выходу, и картина открылась забавная: проход завален столами и стульями, боком ко мне стоит тот самый высокий мужчина, капля пота медленно стекает по его лбу, тогда как руки подняты и удерживают навалившуюся сверху груду мебели.
– Вы?
– Я?!
– Я же сказал, прием на обучение окончен!
Тут из другого конца зала раздается свирепый голос демоницы:
– Так вы что, поступать на бытовую магию пришли, а не на работу устраиваться?
– Что? Нет! – возмутилась я и высказала накопившееся: – Я на работу. Мне сказали, требуется бытовик. Пришла, а здесь никого не найти. Табличек на дверях нет, доски-иллюзии с расписанием приема тоже, только листок на стене. Не удивлюсь, если он уже отвалился и его сквозняком сдуло. Куда смотрит ректор академии! Да у нас в Дорке даже на самом захудалом постоялом дворе и то управление лучше.
В зале воцарилась неописуемая тишина. Демоница за стеллажами смолкла, а мужчина смотрел на меня во все свои голубые глаза, кажется, забыв, что держит с десяток столов, чтобы те не рухнули. Капля пота все же скатилась ему на белую рубашку, оставив мокрое пятно. Тут я поняла, что наговорила лишнего.
– Извините, мне не стоило… Давайте я вам помогу, – взмахнула рукой.
Столы, удерживаемые эйтом, послушно поднялись вверх и ровненько разместились друг на друге, аккуратно уперевшись в потолок. Упавшие и перекрывшие проход стулья взметнулись следом, расчищая путь к двери. Я удовлетворенно осмотрела свою работу.
– Ну вот, так лучше, – улыбнулась, пытаясь сгладить неловкую ситуацию.
– Ильгида! Я буду у себя! – откашлялся эйт. – Вы идете за мной, – добавил для меня, заправляя выбившуюся рубашку в брюки.
Следуя за мужчиной, я смотрела ему в спину и соображала, что наговорила. Вроде все по делу, да, может быть, в обвинительном тоне, но правду. И лгать я не умею. Синтер сразу понимал, когда я лукавлю. На моем лице расцветает яркий румянец, и бегающий взгляд выдает меня молниеносно… Должно быть, этот великан тоже профессор. А если еще и друг самого ректора? Тогда вряд ли меня здесь ждет трудоустройство. Сникла я основательно, но что теперь об этом говорить.
Впереди идущий эйт нагнетал мое нервозное состояние своим молчанием. Размашистым шагом шествовал по коридору, заставляя меня ускориться. Мне стало жарко. Я расстегнула пальто, сняла его и повесила на руку. Воротник платья вдруг стал у́же, плотно прилегал к горлу, не давая глубоко вдохнуть. Набрав темп, я почти бежала, чтобы поспеть за великаном. Когда он резко остановился, я за малым не врезалась в него.
– Не спешите, мы пришли! – открыл ключом-заклинанием дверь и пригласил меня войти.
Затемненное окно небольшого помещения едва пропускало солнечный свет. Стол с кипами документов, несколько цветов в напольных вазонах и два учебных стула. Пока я рассматривала кабинет, эйт прошел в смежный с ним. Взял из платяного шкафа и надел мантию красного цвета. Застегнул ее на скрытые пуговицы и разместился в кресле за огромным письменным столом.
– Входите и присаживайтесь, – указал мне на стул.
Перехватив ремешок сумки и поправив пальто, я прошла к нему и присела на предложенное место.
– Меня зовут Гилатер Гурский, я ректор Королевской академии.
Я поперхнулась.
– И пока вы не начали оправдываться за сказанное, предупрежу. Вы правы.
Я немного выдохнула, а ректор тяжело вздохнул.
– Нехватка кадров у нас – факт. Конечно, так было не всегда. В прошлом году сложилась непредвиденная ситуация. По разным причинам академию покинули несколько профессоров, а вместе с ними и подсобные рабочие. Быстро найти нужных специалистов не так просто. Ильгиду Брум, занимающую должность моего помощника в отделе снабжения и заведующую хозяйственной частью, я перевел на должность декана бытовой магии. И, как вы поняли, ее предыдущее место пустует. Нужен хороший бытовик. Сильный. С опытом подобной работы. У вас есть рекомендации? – Ректор сплел пальцы в замок и положил руки на стол, покрытый специальной впитывающей влагу эмалью.
Я видела такую столешницу у нашего градоначальника в Дорке. Помню, он хвалился, что если вдруг прольется его любимый бодрящий напиток, то ни один документ не пострадает. Люди подшучивали над ним:
– Лучше бы меньше пил за рабочим столом, и не было бы необходимости тратить деньги, честно заработанные подданными королевства.
Я про себя улыбнулась, вспоминая смешки и подначивания в адрес большого человека нашего маленького городка. Может, ректор тоже злоупотребляет?
Нахмуренные белесые брови сидящего напротив руководителя академии слегка приподнялись в ожидании моего ответа. Ну что ж, настало время немного слукавить. Постараться не выдать тихую ложь бегающими глазами. Не отрывая взгляда от ректора, я начала заготовленную речь:
– Меня зовут Лина Рид, – встала и протянула руку, чтобы поздороваться.
Ректор тоже приподнялся и ответил рукопожатием. Широкая кисть с реками вен и длинными прямыми пальцами обхватила мою. Совсем слегка, словно боясь сжать крепче.
– Я недавно переехала с сыном в столицу из небольшого городка на краю Интарии. Наш дом… – потупила я взгляд, пытаясь изобразить грусть и тяжелые воспоминания, но так и не смогла выдавить слезу, хотя очень старалась, – наш дом сгорел, и я осталась вдовой. Все наши вещи пришли в негодность, как и многие документы, кроме подтверждения обучения. И то оно немного потрепано и почернело… – Я протянула Гурскому бумагу с печатью о прохождении обучения на дому.
Конечно, ненастоящую, с измененным именем, но качественно оформленную и, что самое главное, обычную, бумажную. Да, сейчас предпочитают визировать документы аурой, но они не из дешевых, и многие довольствуются обыкновенными, написанными преподавателем от руки.
Я посмотрела на ректора, и, кажется, он не проникся моей тирадой. Смотрел на меня внимательно, затем взял мой документ. Морщинки в уголках глаз напряглись, и я затараторила, чтобы он не особо вчитывался в бумагу:
– Но вы не думайте, я хороший работник. Обучалась бытовой магии на дому, и мои преподаватели меня хвалили. Всегда все выполняю в срок. Труда не боюсь. Умею вести счета. Да и к детям отношусь хорошо и никогда не обижу, – зачем-то добавила я.