Татьяна Виноградова – Академия (страница 2)
— Ну ладно, проходи давай. Твоя комната на четвёртом этаже. Столовая на первом, и медпункт там же, если понадобится.
«Серьзный мужик», — Теодор так и не понял до конца, откуда у него возникло это ощущение. Но вот — да, серьёзный.
На нужном этаже парень быстро нашёл свою комнату. Из-за двери слышались звуки — какая-то классика, точнее определить Тед затруднился. Дверь была заблокирована, и он, вместо того, чтобы вложить в паз ключ, постучался.
За дверью завозились, и ломающийся голос отозвался: «Войдите!» Сенсор вспыхнул зелёным.
Тед вошёл. На полуразобранной койке валялся светло-русый хлюпик. В руках у него была головоломка из цветного пластика, но сейчас он отвлёкся, разглядывая будущего соседа с живым любопытством.
— Привет, — Тед прошёл в комнату и сбросил рюкзак на свободную койку. — Я — Тед. А ты?
— Кирилл. Можно — Кир. С Новой Аквитании-2.
— А Старая Аквитания где? — озадачился Тед.
— Где-то на Земле.
— Ага, очень информативно, — добрая половина планет, население которых составляли земляне, называлась по имени никому не ведомых земных городков или областей. — А ты давно прилетел?
— Уже неделю назад.
Тед отстегнул клапан рюкзака и в третий раз за день принялся вытаскивать консервы.
— Ого! — глаза Кира расширились. — Консервы из натуральных продуктов! Твои родители — миллионеры?
— Нет, фермеры. А что — это так удивительно? Тут ничего особенного…
— У нас на планете кремнийорганическая жизнь и добыча сверхчистого кварца, — пояснил Кир. — А терраформирование оказалось нерентабельным. Так что почти всё привозное — лекарства, одежда… На месте производят брикеты органики для синтезатора, и кое-что выращивают на гидропонике. А вот о таком, как у тебя, я вообще только читал…
— Правда? Тогда давай завтракать. Тебе какую?
— Всё равно, — Кир деликатно отвёл глаза.
— Ну, постепенно всё перепробуешь, — Тед наугад выбрал банку. Это оказалась стручковая фасоль. — Лови! А чем тут кормят?
— Есть местные продукты, натуральные. Вкус непривычный, и я ещё не всё знаю, есть белковая пища — твилл, кажется, они живут в море… — Кир повертел банку, обнаружил кольцо, за которое надо было потянуть, и вскрыл. — Пахнет вкусно!
— И на вкус ничего, увидишь! — Тед порылся в рюкзаке и протянул пластиковую ложку. Себе он выбрал банку сладкой кукурузы.
— А зачем тебе столько… о-о-у! Вот это да!
— А что тут вообще интересного? — парень явно не горел желанием обсуждать причину своей запасливости.
— Если хочешь, сейчас прогуляемся, — предложил Кир. — Сам всё увидишь.
Он тщательно облизал ложку, попытался вытрясти на неё ещё хоть капельку жидкости и с сожалением отставил банку. Тед поднялся, взлохматил волосы и приготовился следовать за соседом.
Территория Академии была гораздо больше, чем показалось при первом знакомстве. За учебным корпусом с колоннами начинался парк, и над коричневато-жёлтыми высокими деревьями виднелись крыши каких-то строений. Двое парней шли по изогнутой дорожке, обсаженной кустами — в ветвях одного из них Тед заметил крупное неряшливое птичье гнездо.
— Это старая обсерватория, а за ней — один из первых корпусов. Сейчас туда переведены кафедры математики и физики, — пояснил Кир. — А дальше — спорткомплекс. Спортивная подготовка тут серьёзная, меня с первого семестра записали в бассейн — он в цокольном этаже вон того здания. Там, где я рос, сплошная пустыня, я плавать не умею… А вот зачем космолётчикам плавание?
— Я думаю, тебе понравится, — откликнулся Теодор. — А тем, которые умеют, бассейн посещать можно?
— Да, но в качестве дополнительного курса.
Очередной изгиб тропинки привёл к спортивным площадкам — беговые дорожки, теннисные корты и футбольное поле.
— А вот там, дальше — факультет ракетостроения, — Кир указал на высокое здание из стекла и бетонопласта. — Теория двигателей и так далее… Там же — отделение механиков… то есть технической эксплуатации космических аппаратов… у них набор четыреста человек в год. А вон тот отдельный корпус — экологии…
Через полчаса молодые люди достигли территории, обнесённой высоким сплошным забором.
— Там — два лётных поля, большое и малое, ангары и ремонтные мастерские, — пояснил Кир. — Пока нам туда не войти, вот получим курсантские значки — тогда… Сорок пять малых орбитальных катеров, сто тридцать тяжёлых и лёгких флайеров и четырнадцать учебных космических кораблей…
Тед несколько ошарашенно посмотрел на забор — будто пытался что-то разглядеть сквозь ребристую серую стену со стойками силового поля по верхнему краю.
— Да-а…
— Ага, — в тон ему откликнулся Кир. — Давай вернёмся вот по той дорожке.
Дорожка проходила мимо стоящего отдельно здания госпиталя и затем вывела вновь к главному корпусу.
— Столовые есть в каждом корпусе, и ещё — отдельным строением, — Кир указал куда-то за кусты. — Талоны на питание принимают в любой из них.
— Ты мне ещё не сказал, сам-то на кого учиться будешь?
— На навигатора, — Кир улыбнулся. — При расселении учитывают будущие профессии и психологический профиль, так что я догадался, что ты хочешь быть пилотом…
— Ага… — Тед окинул взглядом идущую навстречу девушку. — А девчонок много набирают?
— Смотря на какое отделение, на нашем — примерно треть, но в основном навигаторы, среди пилотов девушки — редкость…
— Ну что поделаешь, — будущий пилот пожал плечами. — В конце концов, главное — выучиться, а уж там…
«Все девушки будут наши», — явственно читалось на его физиономии.
Кир хмыкнул.
— Постричься тебе надо, — добродушно сказал он. — Прицепятся…
— Что, курсантский значок не дадут? — ехидно и независимо отозвался Теодор.
— А зачем начинать обучение с невыполнения правил? — удивился Кир. — Ну… на занятия по военной подготовке не допустят, как минимум. И — а что, тебе это так важно… отличаться от всех? Или… — он подумал, и добавил самым нейтральным тоном, — нет другого способа отличаться?
— Ну, знаешь! — Тед вспыхнул, но спустя секунду заржал. — А ты ничего… тихий такой, а ехидный!
Кир хмыкнул, тоже пожимая плечами.
— Парикмахерская в том же здании, что и столовая, — сказал он. — И там же прачечная, если надо. Зайдём?
— Ну, раз так надо… — Тед подумал, — то сделаю это попозже! Последние часы свободы надо ценить! Айда в город! Разведаем местность.
Кир улыбнулся.
— Давай. Всё равно до вечера делать нечего.
Дома, примыкавшие к академическому комплексу, были старыми, нарядными, добротными. Тротуары пестрели цветной плиткой, а в полуподвальчиках размещались бары, кафе, магазинчики — вниз вели крутые ступеньки с навесами и яркими вывесками. Разведка показала, что во втором баре пиво мягче, а в третьем, отделанном внутри «под дикий камень» и подсвеченном цветными фонариками, кроме спиртного подают настоящий кофе — Кир во все глаза наблюдал за тем, как коренастый терранец, узкоглазый и черноволосый, ворочает турку в противне, заполненном раскалённым сиреневатым песком.
— Аметистовый песок с Шоарры, — спохватившись, пояснил он. — Примеси железа. Шоарра — основной экспортёр железа и его руд, а ещё — разных поделок из полированного кварца разных оттенков, от розового и серого до тёмно-лилового. Но сверхчистого кварца там нет.
— Тьфу ты. А я уж решил, что тебе кофе хочется.
— Хочется, — признал Кир. — Давай возьмём по чашечке.
«Чашечки» из коричневатого фарфора по размерам напоминали рюмочки, но кофе оказался удивительным — будущие астролётчики сошлись на том, что никогда не пробовали ничего похожего. Густой аромат с оттенком гвоздики и миндаля странным образом напомнил обоим о том, что они уже не дома. И что эта планета — лишь первая остановка на пути в Космос.
После кофе решили было вернуться, но по дороге Тед застрял у витрины крохотного магазинчика и затащил Кира внутрь.
— О! Давно хотел такую штуку, — заявил он.
— У нас такое девчонки носят, — удивился Кир.
— Девчонки, скажешь! У девчонок — с цветочками. Ну или там с сердечками, — Тед вытянул из вороха пёстрых квадратиков ткани один и придирчиво осмотрел. — Вот, то, что надо!
Кир ошарашенно смотрел на нового знакомца, а тот буквально светился энтузиазмом.
— Теперь и постричься не страшно! Ну ладно-ладно, не смотри так! На военную подготовку я в этом не приду, обещаю!
И повязал на голову ярко-красный квадрат ткани с изображением чёрно-жёлтого черепа в обрамлении оранжевых языков пламени.