Татьяна Викентьева – Торжество Духа (страница 3)

Уродливым обрубком стал.

А было врем я,- я блистал.

Был фигуристом. И катался

На льду любимом вдохновенно.

Своею жизнью наслаждался.

Как изменилось всё мгновенно!

Сначала — пневмония, кома.

И операции — потом.

И я полгода не был дома.

И жил всё хуже с каждым днём.

По сути я не жил совсем.

А постепенно умирал.

Жена пожертвовала всем,

Меня спасая, что я знал.

Но был ли рад тому? О, нет!

Я ненавидел белый свет.

И только умереть хотел.

Но даже б это не сумел

Свершить я сам. Нет рук. Нет ног.

Что сделать бы с собою смог?

Да ничего. И в этом даже

Была зависимость моя.

И мучился так сильно я!

И до конца испил всю чашу

Отчаянья, страданья, горя.

И слёз пролил немало. Море!

И к людям тщетно я взывал,

Чтоб умереть мне помогли.

Никто мне помогать не стал.

И дни ужасные текли.

Я ненавидел это тело,

В котором вынужден был жить.

Душа так вырваться хотела,

Оставить тело и парить!

А я был заперт в теле этом.

И заперт до сих пор. Вот так!

Зачем мне жить? Надежды нету!

Меня постиг ужасный крах!

Лишь умереть желаю я!

( В палату входит Тамара с сумкой в руке.)

ТАМАРА( мужу): Альберт! Привет, любовь моя!

Тебя пришла я навестить.

А также новость сообщить.

АЛЬБЕРТ: Какую новость? Ты же знаешь,

Не интересно мне ничто.

ТАМАРА: Мой дорогой! Ты скоро встанешь.

И будешь вновь ходить. Ну, что?

Ты рад известию такому?

АЛЬБЕРТ: Всё это — сказки. Сказки, Тома.

Как мне ходить, ног не имея?

ТАМАРА: А помнишь, ты протезы мерил?

Их подогнали под тебя.

И в том уверена уж я,

Что скоро будешь ты ходить.

АЛЬБЕРТ: Ах, Тома! Не хочу я жить!

Протезы не помогут мне.

Сгораю в адском я огне.

Ежеминутно так страдаю,

Что даже мыслить не могу!

Убей меня! Я умоляю!

ТАМАРА: Меня толкаешь ко греху.

Но грех на душу не возьму.

Потворствовать тебе не буду.

АЛЬБЕРТ: Ах, Боже мой! Но почему?

Ведь знаешь, не свершится чуду.