Татьяна Ветрова – Я папу по ладошке узнаю (страница 21)

— Ты как себя чувствуешь? — он улыбнулся, только глаза его были грустные.

— Пить хочу, — он встал и, взяв стакан с водой, поднес к моим губам, позволяя делать только маленькие глотки.

— Как долго я уже здесь? — слегка прикрыв веки, я ждала ответ, которого долго не было.

— Два месяца. Ты очень долго была без сознания и здорово заставила нас всех понервничать. У тебя серьезная травма головы и перелом руки, но главное, что все позади. Ты пришла в себя, это важнее всего. Ты очень сильно напугала меня, девочка моя… — прошептал он, покрывая поцелуями мою ладонь, заставляя сердце сжаться. — Я места себе не находил, переживал за тебя, за дочь. Я будто выпал из реальности на это время, отцу пришлось вернуться в компанию, у меня просто нет ни сил, ни желания что-либо делать. Единственное мое желание — это ты. Живая и здоровая. Мне страшно… — несколько скупых мужских слез упало на мою ладонь, затем он стал и поцеловал меня в губы. Его взгляд любящий и родной, проникновенно заглядывающий в самую душу, вызвал новые слезы. — Тише, малыш, тебе нельзя волноваться, — легкими поцелуями коснулся моих глаз, стирая слезы.

— Со мной что-то не так? Я не смогу ходить? Как же так? Почему? — горькие слезы лились из моих глаз.

— Нет-нет, что ты. Ты будешь ходить, — нервно произнес он, наблюдая за моим состоянием. — Просто оказалось, что после нашей первой ночи есть последствия. Приятные последствия и именно поэтому тебе нельзя нервничать, чтобы сохранить нашего малыша.

Я не могла сдержать слез, разница лишь в том, что горькие сменились на сладкие. Улыбнулась и положила ладонь на живот, слегка его поглаживая. Надо же, уже почти три месяца, как внутри меня живет маленькая кроха, а я ничего не почувствовала. Да, бывала тошнота, но все проходила благодаря уколам. Боже, уколы?

— Стас, — я нервно сжала его ладонь, внимательно следя затем, чтобы он не отвел взгляд. — Уколы? Для малыша они вредны…

— Нет, эти уколы не навредят нашему малышу, не переживай. — он взял мою ладонь в свою и положил на мой живот нежно поглаживая. — К тому же большую часть времени ты была без обезболивающих.

— Спасибо, — тихо поблагодарила его и провались в сон со счастливой улыбкой на лице.

27

СТАС

День, когда Лера открыла глаза, стал для меня вторым днем рождением. Я вглядывался в ее лицо не верящим взглядом, а сердце запускало праздничный фейерверк только от мысли, что она справилась, смогла выкарабкаться.

Для меня эти два месяца были, как будто я побывал в аду, я сжирал себя, винил каждый раз, вспоминая о случившемся. А о нем я не забывал ни на секунду. Быть свидетелем того, как твой любимый человек борется за жизнь, а ты бессилен. Плевать Господь хотел на твои финансы и возможности, в такой ситуации облегчить страдания поможет только вера в светлое будущее и молитва. Когда прошло две недели, для меня было неожиданностью узнать от врача, что мы ждем малыша. Настолько, что я не знал, как поступить. Мне были дороги оба: моя Лера и еще не родившийся малыш. Доктор сразу сказал, что плод только формируется, срок слишком маленький и узнали только сейчас, во время повторных анализов. Предупредил, что если продолжать колоть сильно обезболивающие лекарства, то возможна угроза выкидыша. Я представил, какого это забирать ее с малышом с роддома, слышать плачь и помогать менять пеленки, первый зубик или первые шаги, которые я уже пропустил. Долго думал, как поступить, а потом понял, что Лера бы оставила малыша. И не прогадал, моя девочка так обрадовалась, узнав, что в ее животе уже развивается новая жизнь.

Я же был уверен в том, что теперь все будет хорошо. И увидев огоньки счастья в глазах моей малышки, заставили меня действовать. Я нанял дизайнера, чтобы сделать ремонт в загородном доме. Прекрасно понимал, что нам теперь нужны две детские комнаты и наша спальня с замком на двери. В саду должен появиться детский уголок с горками и качелями.

Но это все было за пределами больничных стен, в них же все иначе. Там была моя девочка все еще прикованная к кровати и чувство безысходности и собственной беспомощности меня просто сжирали изнутри так, что на стену лезть хотелось. Лера шла на поправку, но боль, что она испытывала время от времени, отказавшись от обезболивающих лекарств, вгоняли меня в ужас. Эта маленькая сильная женщина готова терпеть боль ради здоровья малыша, что носит под сердцем.

С каждым разом я становлюсь одержим ею все больше. Раньше я не замечал за собой собственнических замашек, сейчас все наоборот. Она моя, и только.

Еще через месяц я забрал Леру домой, именно домой. К этому времени в загородном доме закончился ремонт и мы вместе с дочкой и родителями Леры переехали туда. Я попросил их пожить с нами, так как Лере нужен будет уход, тем более она в положении. Я же вернулся на работу, понимая, что так долго отлынивать не имею право. Костя с семьей приезжали каждые выходные, иногда оставались с ночевкой. Мои родители быстро нашли общий язык с родителями Леры. Мама часто оставалась с ночевкой, потому что общение с родной внучкой занимало слишком много времени. А отец? Отец с Николаем Юрьевичем влюбили мою маленькую принцессу в рыбалку, так же как когда-то и дед меня. Жизнь налаживалась, мне так казалось.

— Да, — я ждал этого звонка раньше, намного раньше.

— Я звоню тебе, потому что это уже слишком. Ты чертов ублюдок, Арестов! Ты лишил меня всего! Как ты посмел вообще выкупить мои салоны и спустить их по дешевке с молотка? Какого черта в мою квартиру врываются твои амбалы и заявляют, что дарственная аннулирована? Это моя квартира! Слышишь ты ублюдок? Меня из-за тебя чуть не посадили! — я откинулся на спинку кресла и довольно улыбнулся. Возможно, я поступил жестоко, но я никогда никому не позволю трогать мое. А Лера моя семья!

— Напомни, кажется, у твоего отца тоже проблемы? — да, на этом я не остановился. После того как узнал, что во всем этом замешана моя бывшая подруга Ольга, разорвал все контракты, связанные с его компанией.

— Т-ты? Ты из-за меня лишил утопить его бизнес? Ну… ты и мразь, — верещит противный голос на том конце трубки.

— Из-за того, что зло должно быть наказано. Он отмазал тебя от тюрьмы, теперь помучается с восстановлением связей. Хотя сомневаюсь, что прежнее положение в обществе он сможет вернуть. А тебе все же придется ответить за то, что сделала, — равнодушным голосом изрекаю то, что думаю.

— Я не сяду в тюрьму из-за этой твари! — она начинает истеричным голосом орать, понимая, что ее ожидает.

— Сядешь, — произношу тихо и разъединяю связь.

Кидаю телефон на рабочий стол и закрываю глаза, понимая, что вроде бы все закончилось, а все равно что-то не отпускало. Ощущение, что что-то не сделал, тревожило. Не хватала во всей этой картине недостающего пазла.

— Да, — новый звонок с неизвестного номера заставил на долю секунд напрячься.

— Господин Арестов, Вас беспокоят из бутика "Harry Winston". Нью-Йорк. Ваш заказ готов, — вещает девушка милым голосом на английском языке.

— Спасибо, — благодарю за информацию и снова разъединяю связь. Вот и все, все пазлы собраны.

28

ЛЕРА

Божечки, неужели это я?

Я стою перед зеркалом в коротеньких атласных шортиках и майке, которую задрала вверх, чтобы видеть свой округлившийся животик. Срок уже довольно большой, почти пять месяцев. А я все еще не верю в свою беременность, особенно в то, что отцом этого малыша является мой моряк с Сантандер. Парень, в которого я влюбилась в свои двадцать лет в одном из любимейших городов мира. И наверно на протяжении всего этого времени продолжала любить.

Две недели назад Стас забрал меня домой. В тот самый дом, где ночью у бассейна я обнаружила его с моим телефоном в руках и дико испугалась, что он догадался про Славу. Но каково было мое удивление, когда я увидела новый интерьер дома. Он поменял абсолютно все начиная от двух новых детских комнат, недавно появившихся в доме, до кухни. В общем, я осталась довольна новым дизайном. Что касается дочки то в ее распоряжении теперь целых три комнаты: спальня, игровая и, конечно же, гардеробная. Детская для малыша готово частично, я очень просила Стаса не торопиться, пока не узнаем пол младенца. Вчера я была на плановом УЗИ и уже знаю, кого мы ждем.

А также сегодня прошла неделя, как мой мужчина уехал в Нью-Йорк по работе. В обед он должен быть дома и я с нетерпением жду его возвращения.

Налюбовавшись на себя беременную в зеркало, принимаю душ и, одевшись в легкое вязаное платье, спускаюсь к семье на завтрак. Сегодня у нас планируется праздничный обед, потому что я категорически была против сообщать кого мы ждем раньше времени. Дочь крутилась вокруг меня с самого утра, желая знать мою маленькую тайну. То подойдет, присядет рядом и сказку расскажет, то животик погладит. Я уверена, со Славы выйдет очень хорошая старшая сестра.

— Всем доброе утро, — весело здороваясь, прохожу в гостиную, где уже вся семья в сборе. Наши родители и Костя со своей семьей и родителями, конечно.

— Сестренка, беременность на тебя дурно влияет, — братишка, довольно усмехаясь, качает головой в разные стороны. — Подумать только у нее утро в час дня.

— Маме можно! — в ответ ему восклицает моя защитница. Слава вообще, как только узнала, что скоро у нее появится братик или сестричка стала меня во всем защищать и втихаря, пока Стас не видел, приносить мне шоколад.