Татьяна Устинова – Жаркий детектив (страница 8)
– На экскурсию ее в свой отдел своди. В камеру посади, – принялся перечислять Иван, втайне надеясь, что Настя бросит Игоря.
Почему ей не рассмотреть в нем предмет своей мечты? Он недавно начал свой бизнес, но уже понемногу раскручивается. Он перспективен! Да, некрасив. И даже неопрятен в быту, но перспективен же!
– Ваня? – Настя подозрительно прищурилась. – Ты в порядке?
Она толкнула его в грудь и шагнула в квартиру. Это случилось впервые, и ожидать этого он никак не мог. Иначе хотя бы немного прибрался и ей не пришлось перешагивать через горы его носков и папок с документами.
– Ты чем это занят? – она недоуменно глянула, остановившись перед столом, на котором стояло сразу пять мониторов.
На них яркими червями дергались и вились жирные цветные графики.
– Что это? – ее пальчик ткнул в сторону стола.
– Мировые биржи.
– Ты брокер? – удивила его Настя своей осведомленностью.
– Я… Потихоньку занимаюсь этим, Настя. Излишне не рискую. Но иногда выходит неплохо заработать. Основная моя деятельность на земле. В офисе в здании по соседству. Но я там крайне редко появляюсь.
– Почему?
– Подчиненные работают. Я могу себе позволить работать из дома.
– То есть ты начальник? – Она покусала нижнюю губу и вдруг запросила кофе.
Ивану пришлось ее вести на кухню. А там…
– Господи, Ваня! – воскликнула она, обходя его захламленные пятнадцать квадратов с брезгливой миной. – Сколько живу, такого срача не видела! Ты вообще посуду не моешь? Не в курсе, что есть вода в кране и мочалка со средством для мытья посуды?
Провалиться сквозь землю он готов был еще на пороге своей квартиры, встретив Настю в майке в пятнах. Теперь же, на захламленной кухне, ему расхотелось даже дышать.
– Прости, – только и вымолвил он, краснея лицом и телом.
У него всегда краснели плечи и грудь, когда он смущался.
– Я сейчас.
Настя достала телефон, набрала какой-то номер, принялась щебетать и вымаливать давно обещанную скидку. Он не вслушивался – старался прибраться на кухонном столе.
– Оставь свои робкие попытки, Ваня, – остановила его Настя повелительным взмахом руки. – Сейчас прибудут специалисты и вымоют твою хату от потолка до пола. И окна тоже. А мы пока с тобой пойдем куда-нибудь кофе попьем. Кстати, а сколько у тебя комнат в квартире? Я сказала, что однокомнатная. И…
– Трешка. У меня трешка, Настюша.
Смущаясь, он всячески пытался закрыть ладонью кофейное пятно на майке и просмотрел алчный блеск ее глаз. А они заполыхали интересом, стоило ему назвать количество комнат в его квартире. И пока он переодевался в спальне, Настя не отходила от мониторов и даже что-то фотографировала на телефон.
Он достал с полок шкафа свою лучшую одежду для жары – льняную пару серого цвета. Причесался в ванной, умылся и еще раз почистил зубы. Так, на всякий случай. Нет, конечно, он не надеялся на поцелуи с Настей, но вдруг!
Они ушли из квартиры, оставив ключи для клининговой компании у соседа. Так вышло, что на их лестничной клетке жили одни холостяки. Тот ключи забрал и пообещал проследить за результатом уборки.
– А вы куда? – крикнул он им в спину, когда они почти дошли до лифта.
– А мы кофе попить, – сказал Иван.
– И погулять, – странно счастливо рассмеялась Настя. – Скоро нас не ждите.
– Ну-ну… – проворчал сосед, окинув взглядом ее голые ноги и прошептав себе под нос: – Шалава…
Ваня не слышал. Настя не слышала. Они неожиданно словно оглохли. Посторонние звуки перестали существовать. Кто-то звонил, но они не отвечали. Отчего-то смеялись. Куда-то заходили, что-то покупали, где-то выпивали. И даже танцевали, тесно прижавшись друг к другу. Иван был невозможно счастлив. Настя если и не казалась счастливой, то грустной точно не была.
Очнулись, словно отрезвели, в гостиничном номере.
– Мы голые? – заглянула она под одеяло и расхохоталась. – Ванька, мы голые. Мы переспали! Очуметь! Что скажет Игорь?
– Ничего он не скажет, – отозвался Иван ворчливо, пытаясь вспомнить, как очутился в койке с Настей.
Воспоминания были рваными и неясными. И еще болезненными. Каждый поворот головы отдавался в макушку. Неужели они вчера так страшно напились?
– Чего это он не скажет? Должен для приличия вызвать тебя на дуэль. – Настя широко зевнула и добавила: – Хотя бы…
– Ему не до дуэли. Он сейчас с моей невестой время проводит.
Он точно помнил. Потому что это произошло до визита Насти.
– В смы-ысле?! – протянула она громко и гневно. Он даже застонал от того, какой болью это отдалось в голове.
– Он сейчас с Яной, если не дома и не на работе.
– Кто такая Яна? – Настя запрыгнула на него поверх одеяла, наклонилась и прошипела: – Какая такая невеста? Она что, у вас на двоих?
Ивану пришлось рассказывать про теткины замыслы и бесконечные знакомства, которые она ему устраивала.
– Теперь вот какая-то Яна! Тридцать три года! Почти из деревни! Очуметь, перспективно, да?
– А Игорь? Он зачем там? Вместо тебя пошел? – Она дождалась его кивка и удивилась: – Но зачем?
– Сообщить, что я не приду.
– А позвонить? Не судьба?
– Он счел это невежливым. И, если честно…
Иван задумался. Сказать или не сказать правду? Сказать или не сказать? С одной стороны, Настя может рассвирепеть. А с другой, вдруг второго момента не представится.
– И, если честно, – чуть тверже продолжил он, – Игорь готов поцеловать лягушку на болоте, лишь бы с тобой больше никогда не встречаться.
Ответом ему была пощечина. Настя соскочила с него и голышом заметалась по гостиничному номеру.
– Вот сволочи… Я вам отомщу! Вы нарочно все это устроили! Ты с ним договорился и затащил бедную девушку в постель. А я…
– А я, как порядочный мужчина, готов на тебе жениться, Настя, – проговорил Иван, сам не ожидая от себя такой прыти.
Она встала столбом в изножье кровати, уставилась на него, помолчала и, прежде чем убежать в ванную, крикнула:
– Да идите вы все!
Глава 3
Степанида Ильинична сидела с телефоном в руках на лоджии в плетеном шезлонге и недоуменно рассматривала ветку клена, молотившую по стеклу.
Сколько раз просила управляющую компанию принять меры! Начала писать жалобы, когда клен даже не доставал до лоджии, был маленьким, хиленьким. Она предвидела, что дерево вырастет, окрепнет и упрется ветками в ее окна и при каждом дуновении ветра будет ее беспокоить грохотом, порождать мысли о разбитом стекле.
Никому ничего не нужно!
Она протянула руку, не глядя взяла с откидного столика чашку с зеленым чаем, отхлебнула и поморщилась. Остыл, пока она пыталась дозвониться до Ванечки. А остывший чай это и не чай вовсе, а так – пойло.
Где же Ваня? Почему он не отвечает? Он еще два дня назад должен был встретиться с Яной, племянницей Анны Сергеевны. Они – старые сводни – устроили эту встречу, искренне надеясь, что молодые понравятся друг другу и все у них сладится. Молодые были уже не так чтобы молоды. Яне тридцать три, Ивану тридцать пять. Пора давно детей за руку в садик водить. А они все выбирают!
Должны были встретиться, а вот встретились или нет – Степанида Ильинична не знала. Иван не отвечал. Номера Яны она не знала. А Анне звонить ей очень не хотелось – они позавчера вечером, как раз в тот день, когда их племянники должны были встретиться, повздорили. Скандал был таким мелочным, но в то же время неприятным, что позвонить первой Степанида Ильинична не могла.
А все началось с прогулки. Подруги вышли на вечернюю скандинавскую ходьбу, успели пройти две трети маршрута, когда разговор пошел о встрече Яны и Ивана, которая должна была состояться утром.
– Иван, конечно, тот еще фрукт, скажу я тебе, Степанида, – пыхтя изо всех сил, заявила Анна.
Она всегда выдыхалась к финишу. А все почему? А все потому, что резко брала на старте. Руками с палками размахивала так, что едва себя по носу не задевала. По этой причине на повороте к их микрорайону у нее совсем не оставалось сил и дыхание сбивалось. А Степанида в это время только-только скорость набирала.
– В чем дело? – не сразу поняла она. – Какой фрукт? О чем это ты, Анна?
– Я об Иване. И не делай вид, что ты не поняла.