Татьяна Устинова – Осенние детективные истории (страница 17)

В тот вечер, когда по телевизору должны были показать интервью с Сергеевой, Юля и Костя пришли к нему в номер, там был довольно приличный телик. Костя захватил бутылку красного вина, взял еды у повара «На районе». Уселись рядом на диване. Волновались, как перед экзаменом. Ирина отвечала на вопросы четко, не выдавая ни деталей, ни рабочих версий, но как-то очень верно обозначив суть.

— Да, я вижу связь как минимум трех убийств разного времени. Мы пока не вышли на подозреваемого, хотя в работе огромное количество данных и досье. Но преступник пока на свободе, и он очень опасен. Я предупреждаю всех девушек и их родителей. Будьте осторожны. Отложите развлечения, поездки. Потерпите. Я иду за ним. Я его найду.

— Ничего себе, — потрясенно выдохнул Костя. — Я вообще ничего подобного не слышал никогда. Да и не видел. Она же настоящая, невероятная красавица.

Юля от неожиданности даже прижала ладони к губам, едва сдержав возглас ужаса. Потом спросила тихо:

— Костя, что это было? Ты влюбился?

— Какая же ты дурочка! — рассердился он. — Я говорю тебе все, что думаю, потому что привык к тому, что ты все понимаешь. Я восхищаюсь Сергеевой как личностью, как профессионалом, как красивой женщиной, наконец. Но это абстракция. Высшая материя. Мое тепло, нежность, привязанность чуть ли не с рождения — это только ты. Потому мы тут вместе.

Ирина попросила их утром прийти как можно раньше. Костя и Юля явились к восьми часам. А Сергеева уже была на своем месте.

— Спасибо, что пришли раньше. Я тут с половины седьмого, даже не стала Виктора будить, добежала пешком. Ребята, работаем на пределе. Костя, вот адреса освобожденных после срока за сексуальные преступления с особо тяжкими обстоятельствами. Я выделила из твоего файла тех, кто сейчас в городе и в ближайшей деревне. Их всего трое. Когда приедет Виктор, объедете их. С каждого места звони. Чуть что, малейшее подозрение, — выпишу ордер на обыск и пришлю оперативников для задержания. Юля, прочесывай новую информацию. Заявления о пропаже в полицию. Все, что можно, в соцсетях — элементарно набирай в поиске слова: «пропала дочь», «пропала сестра» и тому подобное. И отбирай только свежие даты и буквально в последние минуты, когда еще никто не примет заявление. Что-то может произойти.

— А нельзя объяснить? — почти потребовал Костя.

— По уму нет, — произнесла Сергеева. — Ощущение. Такое ощущение, будто сумасшедшая сволочь вступит с нами в игру. Так бывает, когда преступник переходит черту безнаказанности. Начинает чувствовать себя всесильным.

Виктор приехал в десять часов и торжественно разложил на столе свежие газеты — две местные, три московские, каждая во многих экземплярах.

— Ирина Антоновна, я бы в рамочку повесил, — сказал он на полном серьёзе. — Везде ваши фото, в наших газетах вообще на первых страницах. Голливуд отдыхает. Честное слово.

Ирина подошла, посмотрела, нахмурилась.

— Все-таки придурки. Я всем газетным журналистам сказала, что никаких фото. Они из передачи взяли. Так засветить следователя! В разгар расследования! Надо бы позвонить, сказать, но уже какой смысл… Витя, рамочки не нужно. Ты везешь Константина к потенциальным подозреваемым. У тебя больше опыта, следи за ними в оба. Вдруг там оружие или просто сопротивление, даешь короткий вызов мне и пытаешься обезвредить.

— Есть, — сказал Виктор. — По дороге расскажу тебе, Костик, как я одного фраера задержал, запихнул в багажник, и он там сидел, пока группа не подъехала.

Они уехали, а Юля работала за компьютером, не прерываясь ни на минуту, до трех часов дня. Потом сделала пару звонков и вошла в кабинет Сергеевой.

— Ирина, вот что нашла. Пост появился на фейсбуке час назад. Страница Дарьи Александровой. Она написала с работы: «Люди, у меня, кажется, большая проблема. Моя дочь Катя ушла в школу к девяти утра. Школа на Короленко, 5. Я ездила по делам, и мне только сейчас дозвонились из школы: Катя не пришла на уроки! На звонки не отвечает. Бегу домой, проверяю везде. Если кто-то ее видел, вот мой телефон». Я позвонила Дарье. Дома она дочь не нашла. Девочке тринадцать лет, у нее с собой мобильник, он не отвечает.

— Иди к компу, сейчас к тебе придет наш программист Вася, он отследит местонахождение телефона. Не забывай отслеживать комментарии к этому посту. Там появятся свидетели: родители одноклассников, соседи, прохожие. Да, есть фото девочки?

— Извините, забыла. Вот, — Юля открыла на своем телефоне снимок из альбома матери.

— Шатенка. Темноглазая. Боюсь, это оно.

Телефон Кати нашли неподалеку от школы. Его, похоже, выбросили из машины.

Костя и Виктор вернулись в прокуратуру поздно вечером.

— Одного не было дома, он уже неделю в больнице с открытой язвой, — доложил Костя Сергеевой. — У двух других железные алиби на момент последнего преступления. Я проверял.

— Хорошо. Помогай Юле. Возможно, то преступление уже не последнее.

Они успели узнать, что Катя неподалеку от своего дома села в синюю машину. Номеров свидетель не рассмотрел, на камерах наблюдения у школы такую машину не обнаружили. Поздно вечером позвонил руководитель группы поиска, которую Сергеева направила по маршруту дом — школа — лес… Тело девочки нашли на окраине леса.

На месте они были в половине двенадцатого ночи. Вид этой юной смерти — страшное дежавю. А рядом с телом лежала газета, придавленная камнем. На странице — интервью с Сергеевой и ее портретом.

Два дня их всех спасала почти круглосуточная работа. На третий вечер, когда Виктор уже заехал, чтобы развозить их по домам, Ирина сказала:

— У нас завтра пауза. Передышка, праздник. Короткий день. У моей Кирочки первый юбилей — пять лет. Все являются в обязательном порядке. Других гостей не будет. Папа наш все еще обменивается опытом в Париже. Юля, мы с тобой начинаем чистить перышки. Мужики обеспечивают шампанское, в том числе детское. Все остальное я сегодня ночью сделаю сама.

У себя в номере Юля упала в одежде на кровать и сказала Косте:

— Даже если она придумала этот день рождения, это какое-то счастье. Я самой себе уже кажусь недорезанным трупом под грудой листьев. А эта газета, этот кошмар… Не знаю, идет ли Сергеева за убийцей, но он точно идет за нами.

— Тяжело, — согласился Костя. — Отоспись. И действительно, купи себе какое-то платье, перышки и все дела, как она и сказала. Первые деньги нам заплатили. Завтра купим подарок. Не знаю, что такой мелочи дарят. Ты не помнишь?

— Я всегда хотела только куклу. Точно до двенадцати лет. Потом тоже, но родители уже перестали мне в этом идти навстречу.

Юля купила себе недорогое, но вполне элегантное облегающее платье модного старо-розового цвета. Достала наконец косметику, привезенную из Питера, долго и старательно создавала эффект естественной яркости лица. Когда нанесет последний штрих, поговорит по скайпу с родителями. До сих пор она скрывала от них усталость и изможденность. Сил хватало только на бодрые интонации голоса: «У меня все в порядке. Тут все замечательные. Работа дивно интересная, потом расскажу». Теперь мама и папа, наверное, уже прочитали в газетах, насколько работа интересная.

Костя с Виктором поехали за напитками, а Юля с большой коробкой отправилась к Сергеевым пешком. Шла медленно, отдыхая и выдыхая, заглядывая иногда в пластиковое окошко коробки. Там сидела кукла-блондинка в оборках и кружевах, а рядом стоял ее домик со съемной крышей. А в нем чего только нет. Даже чашки на столе и кошка в углу. Сама бы все бросила и играла. У куклы и запасные платья есть. Вот кто живет как белый человек.

Все были в сборе, когда Юля вошла в квартиру. Кукла с особняком, извлеченные из коробки, произвели сильное впечатление на именинницу Киру, которая сама была похожа на большую куклу. Ирина благосклонно улыбнулась и поблагодарила. А Костя и Виктор восхищались в основном преображением Юли.

— Вот свезло нам с Костиком так свезло, — сказал Виктор, помогая Юле снять куртку. — Такие красотки в отделе. И это у нас называется работа.

За столом с ними сидели и Кира, и кукла со своей чашечкой и котом. Они с Юлей даже капнули в кукольную чашечку детского шампанского. Пышный тост за здоровье виновницы торжества произнес Виктор, который помнил и ее первый день рождения. Пожелали здоровья Юля и Костя. Ирина всех поблагодарила и добавила:

— Тебе, Витя, особое спасибо. За память, за любовь и преданность. Ты помнишь первый день рождения Кирочки, а я помню, что твоему Игорьку на следующий день исполнилось четыре года. Я в роддоме тогда была, оттуда вас поздравила, а вы меня. Получается, что завтра ему девять. И хочешь не хочешь, а мы к вам идем. Скажи Насте: пусть не вздумает готовить. Мы все принесем сами. Скажешь только по секрету, чего Игорь хочет больше всего.

— Вот за это спасибо, — растрогался Виктор. — Я стеснялся вас позвать: столько у нас сейчас работы. Тогда ждем. У Игоря нет только личного самолета. И не надо, Ирина, пока. А Настя уже сейчас жарит-парит-печет. Ты уж ее не обижай, не приходи со своим харчем.

— Ладно, — сказал Ирина. — Игорьку купим планшет. Я уже присмотрела. Говорю, чтобы ты его не схватил. Ноутбук, помню, ты ему покупал.

— Купил три года назад, он мне уже говорит, что есть более современные модели. Я отвечаю, что моему уже больше шести лет, но он по-прежнему современный. Версии и обновления меняю — и все прекрасно. А планшета нет на самом деле. Не знаю, зачем он особенно нужен, но Игоряха будет в восторге.