Татьяна Толстая – Легкие миры (сборник) (страница 8)

НАТАЛЬЯ ВАСИЛЬЕВНА

Скрывать не будем: свел нас вместе Наш общий интерес к невесте. Не откажите нам помочь И опишите вашу дочь.

МИХАИЛ ЛЕОНИДОВИЧ

«Прекрасной дочерью своей Гордился старый Кочубей, Сошедший с плахи в ров могильный. Будь он свидетель наших дней, Он умер бы еще страшней – От корчей зависти бессильной».

НАТАЛЬЯ ВАСИЛЬЕВНА

Сэ мервеййё, сэ трэ жоли! Как быстро рифмы вы нашли!

АЛЕКСЕЙ НИКОЛАЕВИЧ

Ох, эти рифмы, эти рифмы, Когда избавимся от них мы?

НАТАЛЬЯ ВАСИЛЬЕВНА

Мы не смогли бы вам в стихе Так рассказать о женихе.

МИХАИЛ ЛЕОНИДОВИЧ

Скажите в прозе, я привык. Какой изучен им язык?

АЛЕКСЕЙ НИКОЛАЕВИЧ

Какой язык? С хренком, с горошком, Чтоб было каперсов немножко, С изюмом, в тесте, заливной, Телячий, птичий и свиной. Что ж, мы поесть не дураки – Нам все знакомы языки! А вы предпочитаете какой?

МИХАИЛ ЛЕОНИДОВИЧ

К обеду, в общем, Дантов неплохой, С утра – покрепче – Вега, Лопе де, А к вечеру – персидский на воде.

АЛЕКСЕЙ НИКОЛАЕВИЧ

Ты слышишь, Туся? Это, брат, гурман! В чужой за словом не пойдет карман! Ответ-то прост, да мысль зело хитра. Как жаль, что не внести ее в «Петра».

НАТАЛЬЯ ВАСИЛЬЕВНА

Шарман, шарман! Сэ трэ жоли! И много вы перевели?

ТАТЬЯНА БОРИСОВНА

Он переводит день и ночь – В итоге проворонил дочь.

НАТАЛЬЯ ВАСИЛЬЕВНА

Скажу вам, милая кума, – Есть от чего сойти с ума. Наш сын Никуся дорог нам, Но возмутительно упрям. Ему дал Бог быть дипломатом, А он на нас не то чтоб матом, Но сильно сердится, крича, И пропадает у Бонча.

МИХАИЛ ЛЕОНИДОВИЧ

Кто этот Бонч и чем он славен?

НАТАЛЬЯ ВАСИЛЬЕВНА

Он в физике Эйнштейну равен, Умен, красив, как древний грек. О, Бонч чудесный человек! Я породниться с ним бы рада, Да вот беда – тут дочку надо!

АЛЕКСЕЙ НИКОЛАЕВИЧ