Татьяна Тэя – Измена. Всё начинается со лжи (страница 11)
– Да? И что ты им скажешь?
Действительно, что я им скажу?
Меня трясёт от бессилия, от невозможности что-либо сделать.
– Что ты украл мои деньги!
Сидорин приближается ко мне, заложив руки в карманы. Он может схватить меня, снова прижать к стене, стукнуть, даже убить. Что угодно! Я маленькая и слабая, а он – лоб в несколько раз меня мощнее и сильнее.
Но он ничего не делает, лишь смеётся в лицо.
– Ха!.. Попробуй докажи…
Затем, также не вынимая рук из карманов, уходит к себе.
А я смотрю в пол и дышу. Глубоко, резко. Лёгким больно. Меня трясёт от злости и бессилия.
Пустая сумка повисает в опущенной руке.
Я плетусь по коридору к себе, закрываю дверь в комнату и прислоняюсь к ней спиной. В голове кружатся шальные мысли.
С таким подходом Сидорину с рук сойдёт всё, что угодно. Он ведь реально может меня изнасиловать, а потом заявить, что я сама хотела. Полицейским, приехавшим на вызов, он скажет так доверительно: «Ну вы же знаете, как это бывает? Баба сама захотела, теперь обвиняет. Ну, мужики… Ну вы чего…»
И ведь поверят. Поверят, как пить дать! У нас ведь как? Жертва сама виновата.
Хватаюсь за голову, качаю ей из стороны в сторону. Если бы да кабы делу не поможешь. Надо что-то делать.
Перед глазами всплывают строки:
«Аля, насчёт помощи, я серьёзно. Если надо, звоните, завтра я абсолютно свободен».
Завтра – это уже сегодня, – напоминаю себе.
Так может сейчас самое время обратиться? Вдруг у него кто-то квартиру сдаёт. За спрос ведь не бьют в нос? Вспоминаю старую мамину присказку.
У меня трясучка. Колотит так, что сердце из груди выскакивает. Руки дрожат, с трудом удерживаю в них телефон. Губы искусаны, кажется, до крови. Слушаю гудки с затаённой надеждой. А вот на что надеюсь, не понятно. То ли что возьмёт трубку и поможет, то ли что не ответит, и мы больше не увидимся. В мои планы не входило завязывать с ним тесное общение. Чревато последствиями, знаете ли.
Но Ваня отвечает.
– Аля, доброе утро. Как у вас дела?
– Доброе. Вы что-то писали про помощь? Хотела спросить, у вас никто квартиру не сдаёт? Мне надо срочно съехать.
– Насколько срочно?
– Желательно сегодня. Сейчас. Как можно скорее, – лепечу, прислушиваясь к звукам по ту сторону двери.
Где-то там бродит преступник, уверенный, что ему всё сойдёт с рук.
– М-м-м… пожелания по съёмной квартире есть?
– Да. Главное, чтоб без соседей.
– Так… а если с соседями?
– Ну если с соседями, то с адекватными.
– Смотря, что вы вкладываете в понятие адекватности.
Он замолкает, видимо, ждёт, что я отшучусь. Но мне не до шуток.
Ваня тихонько кашляет в трубку и уже серьёзнее произносит:
– Так, я всё понял. Выезжаю. В течение получаса буду у вас.
– Так быстро?
– А я недалеко. Ждите.
И я жду.
Глава 6
– Вы чего на улице ждёте?
Стою у арки, смотрю, как Ваня выходит из машины. На мне всё тот же грязный пуховик, а вот лицо в шарф я прятать не стала. Узнает, да, может, и к лучшему. Но узнавания не происходит.
– Да всё равно домофон не работает, – указываю на калитку. – Вот и решила, что подожду вас здесь.
Ненавижу себя за дрожащий голос, но шок от поползновений Сидорина и совершённой им кражи денег пока не прошёл. От греха подальше я решила собраться и уйти на улицу, потому что считать минуты до приезда Вани в квартире было невыносимо.
– Вещи я тоже собрала, – легонько пинаю чемодан. – За остальным можно будет попозже вернуться. Кстати, у вас слесарей знакомых нет? У меня замок на двери в комнату сломался.
– Так может, я посмотрю? – предлагает Ваня.
– Не-не, не надо.
Внутренне вздрагиваю, стоит представить, как он идёт в мою коммуналку и сталкивается там с соседом.
– Это не к спеху.
– Как скажете.
Ваня подходит, подхватывает мой чемодан одной левой и кивает на машину.
– Садитесь, я пока вещи в багажник закину.
– Да-да, – бормочу поспешно, краем глаза разглядывая своего водителя.
Он в чёрной стёганной куртке, под которой надета тёплая светлая толстовка с капюшоном. Вчера он был в костюме, а сегодня в повседневной одежде, и таким кажется мне более приземлённым и приближенным ко мне парнем.
Ещё мне интересно, поехал ли он к Саше после того, как отвёз меня, или к себе домой? Если был в моей квартире… в моей уже бывшей квартире… остались ли там какие-то вещи, например, фотографии меня и Риты, которые он мог заметить? Хотя это навряд ли. Катерина без сомнения позаботилась, чтобы следов моего присутствия в доме не было.
– У вас отпуск? – спрашиваю, неуверенно покусывая губу, когда он садится в салон.
– Нет. С чего вы взяли?
– Середина недели. У вас выходной. Или вы два через два работаете? Сутки через трое?
– Ещё скажите вахтой, – усмехается в ответ. – Нет, просто весь прошлый год я впахивал без отпуска, и меня обязали брать по одному-два дня в счёт не отгуленных.
– И как оно? Гуляется?
– Головой я в офисе. И это дурная привычка, знаете?
Мне хочется сказать: нет, не знаю. Я ведь ни дня в жизни не работала. Когда училась, сразу с родителями договорились, что все силы бросаю на университет, никуда не устраиваюсь на подработки и спокойно получаю образование. Однокурсники – кто репетиторством занимался, кто в кофейне обеды подвал, а я зубрила материал и по семинарам бегала. Потом Сашу встретила, диплом, декрет и вот дочери полтора года, а я даже трудовой не имею.
От этих мыслей чувствую себя абсолютно никчёмной и не приспособленной к жизни.
Звонок телефона становится для меня неожиданностью. Ещё большей неожиданностью становится имя абонента. Это Саша, и готова поклясться, он не в духе. Я сбрасываю, но через пару секунд муж снова атакует линию.
– На минуту выйду, – извиняюсь перед Ваней и вылезаю из машины, плотно закрыв за собой дверь.
Надеюсь, разговор будет максимально коротким. С Сашей я готова говорить, только когда сама буду к этому готова, а сейчас что-то не очень, но всё равно решаю ответить.
На всякий случай, отхожу на несколько метров от машины и отворачиваюсь, прежде чем снять трубку.
– Аля, ты совсем стыд потеряла! – Он тут же обрушивается на меня. – Деньги не твои. Они мои! Быстро верни обратно. Положи на карту или скажи, где находишься, я приеду сам и заберу! Ты не имеешь никакого права на них!