Татьяна Тэя – Измена. Спрячу слёзы от посторонних (страница 2)
- Рин? – напоминает мне Илья, что всё ещё ждёт ответа, а я задумалась и подзависла.
- Да нет, просто звоню поболтать. Как мама? Ты как? – делаю голос прохладным и ничего не выражающим.
- Мама… хорошо, - с небольшой запинкой говорит. – Я тоже нормально. Рин… По правде говоря, мне не особо удобно разговаривать. Хотим с мамой прогуляться. Вот-вот уже выходим. Ты же знаешь, я напрягать не люблю. Она должна отдыхать, а не у плиты вертеться. Свожу её в красивое место, там поужинаем. Давай завтра поболтаем? Позвони мне… в обед? Или с утра? Ну, как удобно будет.
С каким-то удовлетворением я думаю, что наберу его завтра в шесть утра и спрошу, как ночка прошла, удалось ли кончить то, что начал.
- Ладно, привет маме. До связи, - кисло отвечаю в трубку и даю отбой.
А потом, следуя каким-то внутренним порывам, набираю номер Ирины Леонидовны, мамы Ильи, и стараюсь, чтобы мой голос звучал спокойно, несмотря на бурю эмоций в душе.
- Здравствуйте, Ирина Леонидовна! – быстро здороваюсь.
- Привет, Риночка, моя дорогая. Как дела?
Слышу, как в её голосе появляется приятная радость, что я ей позвонила. Мы частенько разговариваем, она милая женщина. В нашу жизнь не лезет, зато всегда готова поболтать про классные средства для волос или модные шмотки, которые увидела на распродаже.
Когда приезжает в Питер, мы с ходим по суши-барам, театрам и аутлетам. Если Ирину Леонидовну вовремя не остановить, этот шопоголик скупит всё, что плохо лежит. Но надо сказать, вкус у неё есть. Видимо, сейчас доигрывает, что в молодости не доиграла, когда денег не было. А благодаря сыну, у неё безлимитная карта на любые прихоти.
До этого дня я бы сказала про неё, что она – идеальная свекровь.
Мама Ильи почти всю жизнь проработала в детском саду, она одна выталкивала сына в жизнь, и как только у Ильи попёрло, она ушла с работы и живёт теперь на те деньги, что выделяет ей сын, на довольно крупную сумму, так уж к слову.
Его право, что уж там говорить, я ведь тоже своим помогаю.
- Всё хорошо, Ирина Леонидовна, - покусываю губу, думаю, мне ей в лоб сказать, что у сына любовница, а он вами прикрывается, или нет?
Внутренний голос нашёптывает, что мне не стоит раскрывать всех карт сразу.
- Как вы поживаете? Как там Илья? Чем он занимается?
Мне кажется, или после моего вопроса реально повисает недолгая пауза.
- Да, всё нормально... – тянет Ирина Леонидовна, - а Илья… Ну, он, как всегда, занят.
Моё сердце сжимается. Всё становится слишком очевидно. Она его прикрывает. Она, видимо, не знает, от чего именно, но чувствует, что надо сыночку защитить.
Какие бы прекрасные отношения со свекровью не были, мать всегда останется на стороне сына, будь ты хоть золотая невестка!
- Занят? А чем именно?
Мне кажется, я буквально слышу, как Ирина Леонидовна ёрзает на стуле, как вскипает её мозг, пока она думает, чего ответить, чтобы не сказануть лишнего и не навредит Илье.
- Он… он вышел, сейчас не может говорить.
Внутри меня всё закипает.
Значит, нормальные отношения? Значит, доченька, я? А она вот… выгораживает обманщика!!!
- Вышел? А куда? Он с кем-то встречается? Вы в какой ресторан собираетесь на ужин идти? — настаиваю я, пытаясь уловить хоть какую-то деталь, которая могла бы показать, что ей неприятно меня обманывать.
Но нет… ей всё равно, похоже.
- На ужин? — переспрашивает она, озадаченная.
- Да-да, Илья сказал, что вы на ужин собираетесь куда-то. А куда? Вы что, не в курсе, Ирина Леонидовна? – обвинительно произношу я.
- Ну… - тянет она, судорожно соображая, что же ответить. - Может, Илюша просто хочет сделать мне сюрприз? Он как-то вскользь упоминал про ужин.
- Хм… как интересно… Да, сюрпризы – это по его части. Он настоящий мастер сюрпризов, - шиплю я, поглядывая на Илью с брюнеткой.
Они чокаются бокалами и улыбаются друг другу так широко, что у меня аж скулы сводит, а во рту кисло, будто я кило незрелого крыжовника съела.
- А… да я не знаю, куда пойдём, он сам выберет, наверное. Сейчас он вернётся и, наверное, сам расскажет. А зачем тебе название?
Действительно зачем.
- Просто любопытно. Думала, может, посоветовать чего смогу. Мы, помните, в милое место такое ходили? «Соль-фасоль» называется. Хотела напомнить о нём Илье. Что туда можно вас отвести, - несу какой-то придуманный на ходу бред, не очень логичный, сбивчивый, но Ирина Леонидовна занята собственной ложью, чтобы распознать мою.
- Ой, да, доченька, помню. Я ему скажу, что можно и туда меня отвести.
Я закрываю глаза, пытаясь сдержать горькое чувство тотального предательства, но оно уже ядовитой плесенью расползается внутри меня.
- Хорошего вам ужина тогда.
- Спасибо, Риночка. Я передам сыну, чтобы тебе перезвонил.
- Да не надо, - отмахиваюсь. – Я ему сообщение напишу. Не буду вас отвлекать. Отдыхайте, - говорю убитым голосом.
Интересно, свекровь понимает, что я вру или слишком сосредоточена на собственной лжи и ничего не улавливает.
Как давно это длится?
Как давно мать Ильи его покрывает?
Впрочем, это неважно.
Как давно. Не важно… А важно, что между нами всё закончилось. Любовь. Доверие. Семья и… бизнес, видимо, тоже.
Потому что я видеть его не смогу ни дома, ни на работе.
Илья мне противен.
Бросаю финальный взгляд на него и его любовницу, поджимаю губы и думаю, что пора мне уходить.
Пусть он в своей «Твери» ещё немного побудет. А я побуду одна со своими мыслями и решу, что мне дальше делать и как жить. Потому что вопросов очень много, а ответов так мало.
Порывшись в сумочке, выгребаю наличку, кидаю бумажки на стол и, не дожидаясь официанта, ухожу. По стеночке… аккуратно… не привлекая внимания.
А выйдя из ресторана, буквально бегу к машине.
А сев в машину, бью по газам и лечу, куда глаза глядят.
А глаза, ничего не видят, потому что полны слёз и боли.
- Козёл, - размазываю без всяких сомнений потёкшую тушь по щекам. – Какой же ты козлина, Ильюшенька.
Перед глазами мелькают кадры, как он совокупляется с элитной брюнеткой, утопая лицом промеж её шикарных грудей. Воображение моё работает на сто процентов. Понимаю, что сама себя накручиваю ещё больше. Но это происходит против моей воли.
Горькая обида разъедает сердце!
Я так погрязла в работе, что у меня нет времени ни на что! Даже вздохнуть, порой, не получается. Особенно сейчас, когда фирма в фазе активного роста.
У меня только «ебитда» на уме, договора и тендеры, недостаток кадров. И пока я во всём этом варюсь, Илья удумал развлечься.
- Вот, значит, какие тебе девушки нравится, милый! – тяну недовольно, стуча кулаком по рулю и нечаянно сигналю в никуда. - Что ж ты столько лет делал со мной?
Я среднего роста, тёмно-русая, с серыми глазами, ничего во мне выдающегося нет, это я о груди! Мне тридцать два, самое время в декрет. А мы ведь это обсуждали, но у Дурова шестнадцатилетний сын от первого брака, и он как-то сказанул, что ему Владика достаточно. Но если мне надо… О! Мне надо!... То он, конечно, снова с радостью станет папой.
Мне надо, а ему, видимо, не надо!
Теперь я это чётко понимаю.
И я ему не нужна.
Вернее, нет, нужна, но как обслуживающий персонал и партнёр по фирме.