Татьяна Терновская – Мой магический год: лето и чарующий сад (страница 7)

– А что насчет Люка Маккартура? – уточнила я. Лилиан сказала, что если я не смогу найти документы к сроку, то должна буду договориться с ним. Мне ужасно не хотелось этого делать, но, вероятно, другого выхода просто не было.

– А при чем тут он? – насторожился Элиот, – или Люк тебе все-таки нравится?

– Ты что! – возмущенно воскликнула я, чуть не уронив блинчик на пол.

Элиот засмеялся.

– Ну-ну, – сказал брат, многозначительно подняв брови.

– Я ни за что на свете не влюблюсь в Люка Маккартура! – уверенно заявила я.

Элиот ничего не ответил, но, судя по выражению его лица, он мне не поверил.

– Может, заключим пари? – неожиданно предложил брат.

– В каком смысле? – не поняла я.

– Все просто: если ты в итоге влюбишься в Люка Маккартура, то я одержу победу и тебе придется выполнить любое мое желание, – с улыбкой объяснил Элиот, – а если ты останешься к нему равнодушна, то выиграешь ты, и тогда уже должником буду я.

Заключать пари с братом опасно. Фантазия у него отличная, и мне было страшно представлять, что он придумает для меня в качестве наказания. Но, с другой стороны, преимущество было на моей стороне. Потому что никакая сила не способна заставить меня влюбиться в Люка Маккартура.

– Идет! – сказала я и протянула ладонь.

Элиот с готовностью сжал мою руку, при этом выглядел очень довольным.

Рано радуешься, братишка, в этот раз ты точно проиграешь!

***

После завтрака я, как и планировала, отправилась в бабушкину усадьбу. Нужно было найти документы на сад и раз и навсегда покончить с этим вопросом. Элиот не смог составить мне компанию, у него возникли какие-то срочные дела. Пришлось ехать в одиночестве, если, конечно, не считать Смита.

Когда экипаж покинул пределы Колдсленда, я вдохнула теплый летний воздух, наполненный ароматами разнотравья, и улыбнулась. Мне очень нравилось бывать за городом, где природа не была скована мостовыми, заборами и трубами. Здесь она властвовала безраздельно.

Подпрыгивая на ухабах сельской дороги, экипаж увозил меня все дальше, и вскоре впереди показались очертания огромного поместья, принадлежавшего семье Маккартур. Раньше я не обращала на него внимания, воспринимая лишь как часть окружающего пейзажа. Просто темное пятно среди зелени, но теперь взглянула другими глазами. Хотя наши семьи жили по соседству, до этого лета я ни разу не сталкивалась ни с кем из Маккартуров. Даже странно. Построить такое шикарное поместье и не жить в нем! Видимо, мне было не суждено понять нравы богачей.

Из-за этого появление Люка выглядело еще удивительнее. С чего вдруг его семья спустя столько лет вспомнила про дом и землю? Неужели им наскучила столичная жизнь? Вряд ли. Судя по модной дорогой одежде Люка, он был из типичных городских обитателей, один из тех, кого приводит в ужас дикая природа.

Я вдруг осознала, что слишком долго думаю о Люке, и, нахмурившись, тряхнула головой. Этот тип меня совершенно не интересовал! Словно пытаясь доказать это, я отвернулась и стала смотреть в противоположную сторону, где простирались поля.

Вскоре экипаж уже свернул на подъездную дорожку к бабушкиной усадьбе. Когда мы прибыли на место, я расплатилась с извозчиком и выскочила на улицу. Затем с помощью простого заклинания открыла калитку и пошла вперед по вымощенной камнем дорожке.

– Ты должен будешь помочь мне с поиском документов, – предупредила я Смита, который все это время дремал в моей корзинке.

Тот поднял мордочку и посмотрел на меня заспанными глазами.

– Одна я не справлюсь, – сказала я.

Смит сладко потянулся, а затем сел, всем своим видом показывая, что готов приступить к работе.

– Спасибо, – улыбнулась я и тут же стала серьезной, – только не вздумай таскать семена! Они не предназначены для еды.

Смит склонил голову набок, словно не понимая, о чем я говорила. Ну, конечно! Когда речь касалась еды, он слышал только то, что было ему выгодно.

– Бабушка собирала семена цветов, чтобы потом посадить на клумбы. Если ты проголодался, я взяла с собой печенье, – добавила я.

Смит достал со дна корзинки платок и развернул его. За исключением пары крошек там было пусто.

– Смит! – возмутилась я, – когда ты успел все съесть?!

Бурундук собрал оставшиеся крошки.

– Надо было класть больше печенья, – проворчал он.

– Вот же наказание! – воскликнула я, – и что мне с тобой делать?

Дорожка свернула к невысокому крыльцу. Я по-прежнему ругала Смита, когда заметила, что перед входной дверью стоял какой-то человек. Со спины я не смогла его узнать, хотя облик показался мне смутно знакомым. Где я могла видеть этого мужчину раньше?

– Простите, могу я вам помочь? – окликнула его я. Наверное, он пришел к бабушке, не зная, что она теперь живет у нас.

Незнакомец обернулся, и я скривилась. Передо мной стоял Люк Маккартур.

– Что вы здесь забыли? – зло процедила я.

Он усмехнулся.

– Это я должен спрашивать, зачем вы позвали меня сюда, – ответил Люк.

Что он такое говорит? Наверное, у бедняги солнечный удар.

– Я могу поклясться, что не приглашала вас в гости, – заверила я, – после нашей встречи в суде, у меня нет никакого желания общаться с вами.

– Вот как? – протянул Люк, а затем достал из кармана пиджака какой-то листок и продемонстрировал его мне, – а что насчет записки?

– Какая еще записка? – спросила я, а затем меня осенило. Элиот! Брат нарочно сталкивал меня и Люка, чтобы выиграть наше дурацкое пари. Вот же вредина! Однако Люк ничего не знал про спор (слава богам!) и явно принял записку Элиота всерьез. Нужно было как-то выкручиваться из ситуации.

– Позвольте, – попросила я, протянув руку к листку. Люк с готовностью отдал его мне. Я тут же скомкала записку и швырнула ее на дно корзинки, чуть не попав в Смита. – Кажется, произошло небольшое недоразумение.

Люк с мрачным видом наблюдал за мной.

– Любопытные у вас развлечения, – раздраженно сказал он, – отвлекать людей от важных дел. Между прочим, я специально приехал сюда из города, думал, случилось что-то срочное, – прибавил он с ноткой обиды в голосе.

Хоть автором записки была не я, мне стало стыдно перед Люком. Несмотря на то, что мы вроде как были врагами, мой брат поступил с ним некрасиво.

– Может быть, зайдете на чашечку чая? – предложила я, чтобы как-то сгладить неприятную ситуацию.

Люк посмотрел на меня с сомнением. А я лихорадочно соображала, чем его угощать, если он вдруг согласится. Печенье слопал Смит. Поскольку бабушка уже давно переехала к нам, другой еды в ее усадьбе не было. Разве что варенье…

– Моя мама сама составляет чайные сборы из трав, цветов и ягод, растущих в округе, – сообщила я, чтобы склонить чашу весов в свою пользу, – уверена, даже в столице вы такого не попробуете.

Люк нехотя кивнул. Ведет себя так, словно своим согласием выпить кружечку чая делает мне величайшее одолжение! Вот же высокомерный тип! Разумеется, я не собиралась ссориться с ним из-за мелочей, поэтому просто сняла магическую печать с двери и вошла в усадьбу. Люк последовал за мной.

Пока я переодевала туфли с уличных на домашние, он прошел вперед по коридору, с любопытством осматривая усадьбу.

– Здесь уютно, – заключил Люк, – хотя интерьер ужасно старомодный. Вам не помешало бы сделать ремонт.

Я закатила глаза. Ну, спасибо и на этом. Думаю, с его столичными стандартами такую характеристику бабушкиной усадьбы можно считать комплиментом.

– Конечно, дом старый. Его ведь построил еще мой прадед, – рассказала я, жестом пригласив Люка пройти на кухню, – тогда подобные интерьеры были в моде.

– Выходит, наши дома ровесники, – заметил Люк, а затем спросил: – неужели вы с тех пор ни разу не проводили хотя бы косметический ремонт?

Его нападки на бабушкину усадьбу начинали меня раздражать.

– А вы? – парировала я, вспомнив, что поместье семьи Маккартур долгие годы пустовало.

Люк усмехнулся.

– Да, все верно, – признал он, – наша семья тоже оставила дом в том виде, каким он был при прадедушке.

Я хмыкнула, доставая из буфета чашки и блюдца. Разумеется, выбрала самый дорогой сервиз, чтобы Люк не считал нас нищими.

– Кстати, в те времена прадед любил устраивать званые обеды, балы, чаепития и приглашал на них всю округу, – сказал Люк, усаживаясь за стол, – наверное, ваша бабушка тоже на них бывала.

Я пожала плечами. Бабушка никогда не рассказывала мне об этом. Честно говоря, я вообще не слышала из ее уст упоминание о семье Маккартур.

– Наверное, ваш прадед приглашал только людей своего круга, – предположила я, – а моя бабушка происходила из небогатой семьи.

– Не думаю. Городок маленький, насколько я знаю, прадед приглашал всех, кого мог, – сказал Люк, – он любил шумные застолья и никогда не отказывал себе в удовольствии их устраивать. Да и это поместье ему очень нравилось.