Татьяна Терновская – Мой магический год: лето и чарующий сад (страница 26)

Кажется, не прошло и пяти минут, как Люк отправил письмо. Похоже, бывшая невеста не меньше него хотела встретиться. Ревность в очередной раз нанесла удар по моему сердцу, причём всегда била в одно и то же место. Мне отчаянно захотелось попросить Люка отказаться от встречи, но я не могла этого сделать.

— Да, Эстер как раз недавно освободилась, и у неё будет время для нас, — сообщил Люк, не замечая моего изменившегося настроения.

— Хорошо, — с трудом проговорила я, — поехали.

Люк улыбнулся, взял меня за руку и вывел на крыльцо. Перед поместьем нас уже ждал экипаж. Всё происходило слишком быстро. Я словно каталась на карусели, и из-за мелькавших перед глазами видов начинала кружиться голова. Я крепче сжала ладонь Люка, боясь, что если отпущу его, то потеряю навсегда.

Попетляв по городским улицам, экипаж выехал из Колдсленда. Я ёрзала на сиденье, не находя себе места от беспокойства. То мне казалось, что зря я переживаю из-за пустяков, то в душе вновь возникали сомнения. Люк же выглядел расслабленным, любуясь проплывавшим мимо пейзажем.

— Значит, твоя знакомая живёт за городом? — уточнила я, намеренно избегая словосочетания «бывшая невеста». Мне неприятно было вспоминать, что недавно Люк собирался жениться на другой.

— Да, она работает на фарфоровой фабрике семьи Уотсон, — сообщил он, — ты, наверное, слышала про них?

— Конечно! — воскликнула я, — это же самое большое предприятие в нашем городе, про фабрику знают все. Сейчас по популярности с ней может соперничать разве что кафе-кондитерская Мирабель Харрис.

Люк кивнул.

— Да, я наслышан об этом месте. — На его лице появилась улыбка. — Лучшие десерты в Колдсленде.

— А, возможно, и во всём королевстве, — прибавила я, хотя сама думала о другом. Выходит, бывшая невеста Люка работала на фабрике фарфора? До меня доходили слухи о столичной штучке, которая внезапно заявилась в Колдсленд, навела шороху на фабрике, да ещё и украла сердце её владельца. Значит, это та самая девушка? В душе снова поднялась волна тревоги.

Тем временем, экипаж свернул на сельскую дорогу, и впереди показалось огромное здание фабрики фарфора. Несмотря на то что я всю жизнь провела в Колдсленде, мне не приходилось бывать здесь раньше. Зачем? Фарфор можно было купить и в магазине.

Извозчик натянул поводья, и лошади остановились. Люк вышел первым, а затем подал мне руку и помог выбраться на улицу. Я расправила подол, успевший немного помяться, и только сейчас поняла, что сбежала от мамы в домашнем платье.

Какой кошмар!

Оно было не модным, не новым, не глаженным, да и ткань выцвела и местами полиняла. И в таком виде я появилась перед Люком! Но ещё хуже, что в этом же домашнем платье я собиралась встретиться с его бывшей невестой, этой столичной модницей. На душе стало совсем тоскливо. Я попыталась вспомнить какое-нибудь заклинание, которое могло бы привести платье в приличный вид, но в голову ничего не приходило. К тому же Люк взял меня за руку и повёл ко входу на фабрику. Сгорая со стыда, я поплелась за ним.

Внутри здания царило оживление, рабочие сновали туда-сюда, громко переговариваясь между собой. На нас никто не обращал внимания.

— Словно муравейник, да? — спросил у меня Люк.

Я медленно кивнула. Все сотрудники были одеты в рабочую униформу, и на их фоне моё платье выглядело не так ужасно. Наверное, и бывшая невеста Люка пришла на фабрику в чем-то похожем, и тогда я зря волновалась.

— Где я могу найти мисс Скотт? — спросил Люк у проходившего мимо рабочего.

— Она в кабинете мистера Уотсона, — на ходу бросил тот и махнул рукой в сторону лестницы на второй этаж.

— Пойдём! — позвал Люк и первым стал подниматься. Я последовала за ним.

Перед дверью кабинета он на мгновение замер, а затем решительно постучал.

— Войдите! — сказал приятный женский голос.

Люк ободряюще улыбнулся мне и распахнул дверь. Я вошла и смущённо замерла на пороге. Из-за стола напротив поднялась красивая молодая женщина и с улыбкой бросилась нам навстречу. Точнее, навстречу Люку. Он тоже засиял, а затем тепло обнял эту мисс Скотт.

— Рад тебя видеть! — воскликнул он.

— Я тоже, — улыбнулась мисс Скотт.

Мне же показалось, словно я стала невидимкой. Люк и его бывшая невеста были увлечены общением друг с другом и даже не замечали моего присутствия. Я бросила взгляд на наряд мисс Скотт: дорогое модное платье небесно-голубого цвета подчеркивало фигуру, волосы собраны в высокую причёску заколкой с перламутром, в ушах золотые серьги-капельки с голубыми брильянтами — именно так и выглядят столичные красавицы. Рядом с ней я напоминала скорее прислугу.

Словно почувствовав мой взгляд, мисс Скотт обернулась и посмотрела на меня.

— Что же ты нас не представишь? — обратилась она к Люку.

Он спохватился.

— Конечно! Эстер, познакомься с мисс Катрин Дуглас, — сказал он и добавил, — моей знакомой.

Я почувствовала, как кровь отливает от лица. Голова закружилась, и мне показалось, что я сейчас упаду в обморок.

Люк только что назвал меня просто знакомой⁈

Стало трудно дышать, и я покачнулась, на мгновение потеряв равновесие. Слова Люка по-прежнему эхом повторялись в моей голове. Я хотела закрыть уши руками, но понимала, что это не поможет.

— Катрин, что с тобой⁈ — взволнованно спросил Люк, крепко прижав меня к себе, чтобы я не упала.

Мне хотелось потребовать у него объяснений. Как можно называть просто «знакомой» девушку, которую ты ещё недавно целовал⁈ Или в столичных кругах то, что произошло между нами, ничего не значило? А, возможно, Люк меня стеснялся? Не считал достойной партией? Или он ещё не потерял надежду вернуть свою бывшую невесту?

Сердце заныло от боли, но я не могла позволить себе расплакаться перед мисс Скотт.

— Ничего страшного, просто голова закружилась, — соврала я, — наверное, из-за жары.

— Тогда тебе лучше присесть, — предложил Люк и помог мне дойти до стула. Мисс Скотт тем временем налила воды из фарфорового графина.

— Да уж, лето выдалось ужасно жарким, — заметила она, передавая мне стакан.

Я с трудом заставила себе сделать пару глотков. Из-за ревности и тоски, терзавших сердце, мне не хотелось ни пить, ни есть, а лишь поскорее уйти отсюда.

— Может быть, позвать лекаря? — взволнованно спросил Люк. Или мне только казалось, что он беспокоился обо мне? Возможно, всё это время я обманывала себя, выдавая желаемое за действительное. — На фабрике же есть целители?

— Конечно, — подтвердила мисс Скотт, — правда, они в основном занимаются производственными травмами.

— Не нужно, мне уже лучше, — проговорила я и выдавила из себя кривую улыбку.

— Уверена? — уточнил Люк.

Я кивнула. Нужно было взять себя в руки. Нельзя, чтобы меня приняли за истеричку. Я поставила стакан с холодной водой на край стола.

— Люк говорил, что у вас есть знакомые, которые могут помочь разобраться в прошлом наших семей? — обратилась я к мисс Скотт, чтобы, наконец, отвлечь внимание от своего состояния.

— Это не совсем знакомые, — сказала она, — речь о родственниках моего жениха. Они ровесники дедушки Люка, поэтому наверняка помнят, что произошло в Колдсленде во времена их юности.

— Да, хорошо. — Кивнула я. — Когда мы сможем с ними встретиться?

— Хоть сейчас, — радостно сообщила мисс Скотт, — они как раз приехали к нам на лето и отдыхают в поместье семьи Уотсон. Если вы готовы. — Она бросила взгляд на Люка. — То я отведу вас туда.

Я почувствовала, как Люк положил руку мне не плечо. Этот нежный жест вызвал очередной приступ боли в моей душе.

— Как ты, Катрин? — спросил он, — если плохо себя чувствуешь, мы можем вернуться в поместье, а с родственниками семьи Уотсон встретимся потом.

Почему Люк проявлял заботу и внимание, а затем своими жестокими словами перечёркивал всё, что было между нами? Я не понимала его и не знала, что должна была чувствовать.

— Нет, всё в порядке, — повторила я и поднялась на ноги, — думаю, лучше не откладывать этот разговор.

Я смотрела в глаза Люку и пыталась увидеть чувства, скрытые в его душе. Действительно ли он меня любил? Или, как утверждали мама и бабушка, я была всего лишь временным развлечением, очередной провинциальной дурочкой, купившейся на обаяние столичного аристократа? Но заглянуть в чужую душу я была неспособна и видела лишь то, что было на поверхности. А ещё я очень хотела верить во взаимность чувств Люка и готова была оправдать каждый его поступок. Именно так действуют чары любви, верно?

Люк снова обнял меня за талию, и мы вышли из кабинета владельца фабрики, чтобы встретиться с родственниками Бенджамина Уотсона и, наконец, узнать причину вражды наших с Люком семей.

Усадьба владельцев фабрики располагалась неподалёку, поэтому мы решили пройтись пешком. Люк поначалу протестовал, опасаясь, что мне снова станет плохо, но, в конце концов, уступил, однако, всё время был рядом, заботливо придерживая меня за талию. Мне же хотелось прижаться к нему, утонуть в объятиях и больше никогда не расставаться. Почему-то именно сейчас я остро ощутила страх потери. Да, Люк был со мной, но мог в любой момент уйти.

Пока мы шли по яблоневой аллее, я то и дело бросала на него беспокойные взгляды.

— Что-то не так? — спросил он, заметив моё волнение.

— Нет, просто немного переживаю из-за разговора с родственниками семьи Уотсон, — соврала я, — кто знает, какие тайны они откроют.