Татьяна Тальская – Игра на двоих (страница 35)

Я подхожу к окну и утыкаюсь взглядом в темный двор. Не знаю, что сказать, чтобы не прозвучать жалко. Или истерично. Или как злая сука. Хотя… может, я и есть злая сука. В какой-то степени.

— Суть в том… — начинает он.

Я поворачиваюсь и опускаюсь на пол, спиной к стене. Он замолкает на полуслове. Мы смотрим друг на друга пару секунд, и он вдруг подходит и садится рядом — тоже спиной к стене. Мы молчим и смотрим вперед. Похоже, он тоже не знает, что сказать. Редкость для Ильи Мельникова.

— Что я тогда сказал? — тихо спрашивает он.

— Когда?

— Во второй день, когда мы познакомились. Ты сказала мне про глаза… что они у меня голубые. Что я ответил?

— Не помню, — вру я.

— Я об этом думаю. Есть причина, почему ты меня ненавидишь столько лет.

Я молчу.

— Скажи.

Я выдыхаю.

— Ты сказал, что не приветствуешь «неуместное поведение» на работе. И что тебе не нравится, когда женщины… перегибают палку.

Он хмурится.

— И я… — начинаю я и осекаюсь.

— Ты что?

Я пожимаю плечами.

Он какое-то время смотрит в одну точку.

— Катя… рискую прозвучать самовлюбленно…

— Ты? Самовлюбленно? — я криво улыбаюсь.

Он усмехается.

— Продолжай.

— Ко мне клеятся постоянно. И не потому, что я им нравлюсь.

Я слушаю.

— Им нравится фамилия и счет в банке. И все.

У меня внутри что-то неприятно падает.

— Я весь день отбиваю флирт. Даже не замечаю, как это делаю. Братья такие же.

Я морщу лоб.

— Так вот. Когда ты тогда сказала про мои глаза… я, видимо, решил, что ты со мной заигрываешь. И остановил это сразу, чтобы не продолжалось.

Я прикусываю губу.

— Поэтому ты вела себя со мной как стерва все эти годы? Чтобы показать, что ты не флиртовала?

Я поворачиваю голову.

— Я вела себя с тобой так, потому что ты ведешь себя как заносчивый мужик.

Он опускает голову и тихо смеется. И я… тоже невольно улыбаюсь.

— Ну правда же.

Он берет мою руку и переплетает пальцы с моими.

— Что тебя останавливает сейчас?

Я смотрю на него косо.

— Не кажется ли тебе странным, что ты вдруг на меня запал?

— Кажется, — кивает он. — Я сам не понимаю. Объяснить не могу.

Я хмурюсь: я ожидала, что он начнет красиво врать.

— Это произошло мгновенно, — продолжает он. — Я увидел тебя в той красной спортивной форме… и у меня все «встало».

— Что?

Он выдыхает.

— У меня признание.

— Какое еще?

Он делает паузу, будто подбирает слова.

— Я иногда… пересматриваю видео, где ты танцуешь в копировальной. То, которое было месяц назад.

Я моргаю.

— Чего?

Он целует мою ладонь.

— Скажем так… ты конкретно меня зацепила.

У меня рот приоткрывается, пазл складывается.

— Ты серьезно?

Он кусает губу, пытаясь не улыбаться.

— Илья… — выдыхаю я.

— Я не мог остановиться. Ты просто… очень горячая.

Я фыркаю, но мне смешно и страшно одновременно.

— Ладно, — он снова становится серьезным. — Что еще? Какие проблемы?

Я думаю секунду.

— Почему ты «не про отношения»?

Он смотрит перед собой.

— Потому что я научился не хотеть большего.

— Почему?

— Потому что, как только я начинаю встречаться с кем-то публично, это моментально становится сенсацией. И у человека рядом со мной начинается ад: слухи, камеры, «а когда свадьба?», «а когда дети?». Любой шаг обсасывают в новостях.

Я молчу.