Татьяна Суворова – Дети декабристов. От далекой Сибири до блистательного Санкт-Петербурга. Время – ветер, что уносит всё незначительное. И оставляет только существенное (страница 8)

Петр пригласил на все лето свою новую знакомую, погостить в его именье «Каменка» под Киевом. Натали была очарована прекрасными зелеными лугами поместья, заповедными озерами, таинственными гротами. Молодежная компания подобралась очень веселая, друзья Петра – офицеры задавали тон, они развлекали дам ловкими играми, феерией открытия шампанского, так называемым способом – по-гусарки

Затем молодежь затеяла игры в жмурки фанты. Когда показали во время игры зеркальце Натали, то спросили:

– Что сделать этому фанту? – Натали предложили сочинить четверостишье. Но среди участников игры был сам Александр Сергеевич Пушкин, и Наташа Орлова засмущалась. Она вместо стихотворения предложила спеть романс. Девушки захлопали в ладоши, молодые люди шутливо салютовали им шпагами. Так и запомнил Петр Давыдов свою будущую жену Натали: тоненькую, стройную, на фоне блиставшего лазурью озера, выводившую своим чудесным глубоким голосом мелодию старинного романса.

Когда девушка закончила пень, молодежь взорвалась возгласами восторга:

– Натали, вы прямо настоящий соловей, Браво!!!

Поле игр все разошлись гулять по парочкам. Петр и Наталья Орлова оказались в красивом гроте, офицер стал на одно колено и начал свою речь:

– Натали, вы просто чудо, посланное мне самим Богом, мадмуазель, Наташа покорила даже мою строгую и невыносимую мама, она очень хорошо о вас отзывалась. А ведь моей матушке, племяннице самого Потемкина – Таврического не так легко угодить. Она ценит очень знатных и спокойных по характеру людей. Александра Потапова, возлюбленная моего брата, милейшая женщина, но все никак не угодит матушки, а от вас Наталья Владимировна она просто в восторге.

Очарованная прекрасной картиной молодого красавца, стоящего на коленях в таинственном гроте, и его речами, Наталья, дала согласие.

Они поженились сразу же чрез месяц после помолвки и Наталья Орлова, став теперь Давыдовой переехала в имение «Каменку» к своему законному супругу Петру Давыдову, но хозяйкой этого поместья была до самой своей смерти суровая и надменная графиня Самойлова – Давыдова. У Натали и Петра родились дети, но молодая супруга графа Давыдова тяжело переносила каждую беременность и роды. Дети появлялись на свет очень слабыми и болезненными, только один из сыновей Владимир вырос в сильного крепкого парня. Он уже не давал прохода сенным девкам, от чего хозяйка поместья графиня Давыдова была не довольна внуком:

– Экий сорванец вырос, но настоящий орел, будущая «гроза» всех девиц, да только бы имение на гульбище свои но клочкам не растащил, – то ли восхищалась, то ли сетовала бабка на внука.

Но недолго еще гремел под сводами имения «Каменка» грозный голос графини Давыдовой, вскоре она заболела и покинула этот грешный мир. Спустя год траура «Каменка» снова ожила, сочетался законным браком Василий Давыдов, со своей давно любимой, тихой и нежной Александрой Потаповой.

А потом события на Сенатской в Петербурге площади грозным «колоколом позвучали по всей Российской империи». Василий Давыдов был в числе осужденных декабристов. Его верная жена Александра, оставила на попечении Петра Давыдова своих четырех детей, двоих ставшихся девочек взяла на воспитание сестра Александры Муравьёвой – Софья Черткова. Любимая жена Петра Давыдова, уехала по совету врачей в солнечную Италия, туда она забрала и всех детей. Владимир Давыдов будет воспитывать под солнечным небом Италии. Он, войдя в пору юности будет проматывать состояние Давыдовых – Орловых а итальянских ресторанах и увеселительных заведениях. И только преждевременная смерть его матери, Натальи Давыдовой – Орловой резко изменит взгляды и привычки молодого барчука.

До смерти матери Петр Давыдов схоронил свою первую жену, нежно любимую Наташу, и находился все время в глубоких раздумьях, не стала весёлого зажигательного Петра, он превратился в скорбного философа.

Глава 10. Давыдовы – Трубецкие. Пётр и Елизавета – одно счастье на двоих

Сестры Давыдовы познакомили своего брата Петра и Елизавету Трубецкую

Дети декабристов Давыдов были очень дружны, хотя воспитывались в разных семьях. Петр Давыдов вторым браком женился на сестре декабриста Лихарева. Когда-то еще в эпоху Золотой орды приехал на Русь татарин с прозвищем Лихарь. Вот от него и произошли дворяне Лихаревы, сестра декабриста долгое время была безответно влюблена в Петра Давыдова, и когда он впал в черную меланхолию после смерти своей первой жены Натальи Орловой, именно эта девушка спасла его от отчаяния. Петр и сама понимал, что его детям от первого брака нужна та, что сможет вернуть их к радости жизни после смерти матери. А ему самому нужна была верная подруга жизни. Именно вторая жена, очень ненавязчиво излечила своей любовью больною душу сердце Петра Давыдова.

Прошло время, подрастали дети и племянники Давыдова Согласно царскому указу мальчики, сыновья, Александры и Василия Давыдовых были отданы в государственные заведения. Александра, жена декабриста, в Сибири родила еще шесть детей. Но она старалась, что все ее отпрыски, те, что в России, и те, что были в Сибири, все время общались друг с другом. Конечно, условия, в которых жили добрачные дети декабристов и те что родились в Сибирской дали были разные. Так старшие дочери Давыдовой очень любили театр, они часто и много путешествовали по Европе со своей опекуншей Софьей Кругликовой и ее семейством. И им, конечно, малопонятны были восторги младших сестер, которые взахлеб рассказывали, как они побывали в Красноярском театре на представлении. Старшие сестры, избалованные культурной программой, писали:

– Ну, что тут такого удивительного в этом представлении в театре, мы почти каждый день посещаем театры музеи, честно говоря, они нам даже немного поднадоели. Но, Софья, наша опекунша утверждает, что каждая воспитанная девушка из хорошей дворянской семьи, просто обязана разбираться в театре и музыке.

Вот и братья Давыдовы уже вошли в пору юности, и хитрые «сибирские» сестренки решили устроить судьбу своего старшего брата Петра. Они писали:

– Петя, ты говорят государственным чиновником стал, эка важная птица. А ведь, теперь мы уравнены в правах, у тебя титул, возвращенный царем – батюшкой Александром Николаевичем и у нас тоже дворянские права, и фамилия Давыдовых. Вот все у тебя есть, казалось, только нет у тебя пока верной, преданное и умной, красавицы жены. Папа говорит, что ты хочешь посетить нас на поселении. Так приезжай братик, мы тебя с такой девушкой познакомим: и красива и умна и добра, да лучше Елизаветы Трубецкой, ты в Петербурге не сыщешь.

Петра по государственным делам отрядили в Красноярскою губернию. Да и он сам захотел поближе познакомиться с друзьями отца, ведь опекун ему много о них рассказывал. Хотел он увидеть отца с матерью, с которыми переписывался, еще с самого детства.

Когда карета с Петром Васильевичем Давыдовым подъехала к небольшому домику, в котором проживали его мать, отец и младшие братья с сестрами. О приезде сына дворян Давыдовы грозным маем сообщила собака Герда, которая охраняла двор опальных дворян Давыдовых. Сестры выбежали встречать, такого незнакомого, и одновременно родного, по долгой переписке брата. Одна из сестер заявила, что завтра у Трубецких музыкальный вечер, и они приглашены. Им нужен кавалер, так как здешние молодые люди «такие тюфяки», что их никуда не вытащишь.

– Заодно и с девицей Трубецкой познакомишь, пойдем братик, будет весело.

Перт Давыдов был заинтригован, что же там за такая девица дивная, что сестры так его хотят с ней познакомить?

Когда семейство Давыдовых в полном составе подъехало к дому Трубецких, то Петр, невольно приметил, что Трубецкие живут очень хорошо и богато. У них много прислуги, есть кухарка, и Екатерине Трубецкой ее дочерям вовсе не надо готовить и вести хозяйства, как его матери м сестрам. Как и лучшие времена в доме де Лавалей, Екатерина и Сергей, Трубецкие радушно приветствовали гостей в своем особняке.

Не смотря на то, что бывшие князья Трубецкие забрались в такую даль, они были верны сами себе. Литературно- музыкальные вечера у Трубецких были изюминкой провинциальной жизни. Когда Пётр, в окружении своих щебечущих сестер вошел в гостиную Трубецких, он сразу же заметил тоненькую белокурую девушку в небывало модном для этих, Богом забытых, мест туалете. Но, его поразило не это, а глубокие синее, как моря глаза девушки, глядя в которые он сразу утонул.

Одна из сестер подбежала к девушке и, взяв ее за руку подвела к Петру:

– Знакомься брат, это и есть Елизавета Трубецкая, она не только прекрасно поет, но и любому казаку даст фору в конной скачке.

Ну, что, милая мадмуазель – , хитро сказала, хитро улыбнувшись молодому красивому кавалеру смущенная Елизавета, куда уж нам до столичных кавалеров прыти на скачках тягаться, они, наверное, каждый день выезды совершают, а мне маменька в одиночестве ездить не дает, Прохора со мною посылает. Говорит, что край наш «темны» разбойничий» вдруг, что со мной случиться.

– Вы, кажется, Пётр – брат этих щебетух, – они мне про вас все уши прожужжали – произнесла дочь опальной княгини Трубецкой.

– Ну, не обманули меня мои сестры, да я Петр Давыдов, приехал по государственным делам к вам Сибирские края, а мои «сороки» так меня и подхватили и буквально к вам притащили на музыкальный вечер.