Татьяна Суворова – Дети декабристов. От далекой Сибири до блистательного Санкт-Петербурга. Время – ветер, что уносит всё незначительное. И оставляет только существенное (страница 5)

Но граф Пален об этом узнал гораздо позже, его оправили с дипломатической миссией сначала в США, а затем в далёкую Бразилию. Там впервые была открыта дипломатическая миссия Российской империи. Общаясь с дипломатами, Федор Пален, имел возможность осознать, как пострадала португальская королевская династия от Наполеона Бонапарта

Глава 6. Королева Мария Португальская. Или как перехитрить Бонапарта?

После Аустерлица вся Европа вздрагивая от одного имени Наполеон Бонапарт. Не спокойно и было в Португалии. К королеве Марии I Португальской уже приезжали французские дипломаты, требуя, чтобы она отказалась от престола и отдала Португалию под власть корсиканского выскочки. Тяжелые думы не давали ей покоя. Ее осведомители всё время сообщали, как «задыхается Британская империя в железных тисках французского эмбарго». Мария видела, как нищает ее империя, ведь продукты и товары поставляли в Португалию только из Великобритании.

– Что же делать дальше? – Думала королева Мария, ведь династия состоит из 480 человек и всех их при бегстве нужно разместить на кораблях, переплыть Атлантический океан с его сумасшедшими штормами. Но главное, где взять корабли, для того количества человек? —

Тогда Мария Португальская вызвала своих дипломатов и стала с ними совещаться.

– Ваше, величество,

Произнес представитель дипломатического корпуса.

– У нас только один выход полностью пойти под экономическую зависимость от Великобритании. А это значит, что не только наши Бразильские владения, но и сама Португалия станет почти колонией. Но нам негде взять корабли, нужно спасать династию, значит надо договариваться об этом вопросе с Англией.

Мария Португальская вдохнула и произнесла:

– Я даю добро на начало переговоров с Англией. Но, всё это должно происходить быстро и в обстановке секретности. Вы сами знаете, господа, что у нас много сторонников этого узурпатора Наполеона, и нам надо сохранить в тайне наш отъезд в Бразильские колонии.

Молодая королева Англии Виктория милостиво приняла португальских послов, она обещала в кратчайшие сроки предоставить португальцам корабли. Прошло немного времени и английские корабли, прибывшие в порт Лиссабона, забрали к себе на борт королеву Марии с ее семейством и всех представителей португальской королевской династии. Стоя на палубе английского, фрегата королева Португалии ясно ощущала, что она бежит, как пугливая крыса с корабля под название Португальская империя. Оставляет на милость чужеземца Наполеона свой народ.

Мария ясно понимала, что ее армия не может противостоять огромной армии Наполеона.

– Если под Аустерлицем была разбита сильная военная группировка австрийско-русских войск, то, что я могу сделать? Надо спасать династию, а остальное лишь переживания.

– А с другой стороны, не все же королевские династии под французского узурпатора. Королева Пруссии Луиза, хоть и вынуждена была покинуть родную землю, ну так она организовала сопротивление и борется с Корсиканцем.

– А я увожу всю династию за океан в Бразилию, – сокрушалась Мария Португальская.

Она ушла спать в свою каюту с разбитым сердцем. Но среди ночи ее разбудил крик людей, грохот волн, разбивающихся об борт корабля. Каюту раскачивало из стороны в сторону, будто бы в дикой пляске. Мария, что из силы ухватилась за кровать.

– Господи, Вседержителю, Святая Матерь божья спаси нас, не дай нам погибнуть в пучине этой разъяренной Атлантики – прошептали губы королевы.

Через грохот волн, которые, подобно скорлупкам поднимали и опускали английские фрегаты. Это были те корабли, которые казались, Марии Португальской, такими надежными и большими, когда представители королевской династии поднимались на их борт. Сейчас, во время океанического шторма, будто бы сам царь Атлантики решил посмеяться над былым величьем, бегущих в свои дальни колонии несчастной королевой и ее отпрысков. Мария молилась богу, она не слышала, как капитан приказал убрать паруса и лечь в рейд. Королева поклялась, что если она доберется целой и невредимой до Бразильских берегов, она избавит ее от колониальной зависимости.

Всю ночь английская эскадра фрегатов сражалась с грозным Атлантическим штормом. Утром стихия прекратила наконец терзать корабли. Но это было не последним испытанием для королевы Марии, как только забрезжило утро, опальная королева услышала шум голосов на палубе. Кого-то человека, упирающегося и во всю ругавшегося на чужом языке, тащили к ее каюте. В дверь постучали, и Мария разрешила войти. Прямо распахнутую дверь ввалились два человека, один из которых был преданным слугой ее величества, а другой неизвестным молодым парнем.

Кого ты приволок, Карлос? – просила встревоженная Мария Португальская.

– Ваше величество, донна Мария, это важная птица, шпион самого Наполеона. Он подрядился в грузчики к нашим сиятельным герцогам, да так и остался на корабле. Во время шторма, от страха начал кричать на французском, вот я его и вычислил, – произнес слуга королевы.

– Ну, так позови дипломатов, пусть они его допросят, что ты его сразу к королеве приволок, – произнесла Мария Португальская.

– Дипломаты сейчас придут, ваше величество, я хотел, чтобы вы сами посмотрели на этого лазутчика, – подал голос Карлос.

Лазутчик был допрошен, выяснили, что он по заданию португальского генерала, сторонника Наполеона, должен был пробраться на корабль и разузнать куда оправляется английская эскадра. Потом прибыв на место разыскать, французских путешественников в Бразилии и передать им сведения. Еще ему было поручено организовать народное сопротивление в португальской колонии, мотивирую тем, что португальская королевская семья покинула свою родину на потравы супостата, спасая свою шкуру.

Федор Пален внимательно слушал рассказ дипломата, и неожиданно спросил.

– А что с лазутчиком сталось? Да матросы в море утопили, туда ему и дорога. Да, нашу королеву жалко не перенесла она тяжести плаванья, такая милосердная была, а теперь нервные припадки у нее, безумная говорят стала. Достаточно много лет Федор Пален пробыл на дипломатической службе заграницей, все ему не досуг было жениться. Но во второй половине жизни он нашёл свое тихое семейное счастье с одной из представительниц «дворянского гнезда графов Чернышёвых»

Этот дворянский род был очень дружен, так случилось, что все представители этого рода, так или иначе имели родственников, пострадавших после восстания декабристов 1825 года.

Продолжение следует…

Глава. 7 Рибендеры- Трубецкие. Александра Трубецкая не сразу поняла в чем ее счастье

Хорошо жили Трубецкие —де Лаваль, княжеский и графские роды слились в воедино, как два мощных речных потока. Все было у знатных князей Трубецких: богатство, знатность, взаимная светлая любовь. Одного не было, как не старалась Екатерина Трубецкая, детей у нее не было. Князья Трубецкие часто отдыхали в Италии, но и заграничные светила не могли помочь обзавестись Сергею и Екатерине Трубецким наследником, пусто было в большом и красивом доме князей Трубецких.

После грозного 1825 года, когда дворяне самых знатных родов подняли бунт против монархии. Все участники восстания были арестованы. Пятеро из них казнено, другие лишенные чинов, дворянского титула, после позорной «гражданской» казни были отправлены на каторгу в Сибирь.

Смелая и сильная духом княгиня Екатерина Трубецкая первой отправилась в Сибирские дали, вслед за своим мужем. Она и ее муж пережили тяжесть и боль Нерчинских рудников, и Чите, где жены декабристов сняли дома напротив Читинского острога, у Екатерины Трубецкой рождается 1830 году дочь Александра. Старшая дочь княгини переживет с матерью и отцом холод стен Петровского острога. Она будет очень пытливой умной и вдумчивой девочкой. Ей интересно было слушать занятия в «Каторжной академии», которые проводили образованные друзья отца – декабристы.

После пребывания в Петровском отроге, русский царь Николай Павлович, решил проявить милость к декабристам их женам и детям и отправить их на поселение. Трубецкие попали в Иркутскую губернию, в поселение, название, которого переводится: «О-ё», так говорили буряты, попадая внезапно в неровность на дороге, передвигаясь при этом на коне. Чуть позже бывшие князья Трубецкие поселились в Иркутске. Они обладали достаточно большим капиталом, чтобы, наконец, после стольких лет мытарства обосноваться в тепле и комфорте в губернском городе.

В это время у них уже было несколько детей, Екатерина Трубецкая наконец вдохнула полной грудью. Как и мечтала она в юности, и долгими, бессонными ночами в холоде и голоде Нерчинска, в неспокойной обстановке Читы и Петровского острога, что когда-нибудь русский царь смилостивиться, наконец над несчастными опальными дворянами и их семьями и опустит их на вольное поселение. После смерти своей любимой дочери Александра умершей от тяжелых родов, царь Николай Павлович, очень винил себя за жестокость к декабристам и их женам и детям. Он не однажды думал отпустить их на поселение. В один из вечеров беседуя со своей женой Александрой Федоровной, которая давно уже простила декабристов, и просила своего смягчение наказания, император произнес:

– Неверное, Бог не хочет, чтобы я так сурово карал этих изменников царю и Отечеству, а решил что они искупили свою вину. Пусть оправляются на поселения.