Татьяна Степанова – Расследования Екатерины Петровской и Ко. Том 1 (страница 311)

И ей все казалось: они с Колосовым, как две ошалелые ищейки, спущенные с поводка, идут по кровавому следу, все быстрее, быстрее. А сердце уже колотится в ребра, и от крутого подъема дыхание вот-вот, кажется, разорвет легкие.

— Ты в порядке? — Колосов, сам задыхавшийся и взмокший от напряжения, обернулся к еле живой от усталости Кате, протянул ей руку и последние несколько метров до вершины холма буквально тащил ее за собой. То, что они увидели на вершине, потом не раз снилось ей по ночам. Цепочка кровавых следов привела прямо к кострищу, которое некогда показалось Кате остатками привала туристов. Теперь же в центре выжженного черного круга был водружен… Катя, не веря глазам своим, нагнулась ниже — что еще за чертовщина? Это был тот самый коровий однорогим череп. Кто-то вытащил его из травы, очистил от глины и поставил в самый центр пепелища. Череп и остатки костра были залиты кровью. Складывалось впечатление, что именно тут она и текла рекой. Что именно тут, над этим жертвенным костром, и зарезали человека.

— Никита, так, выходит, его тут убили, кровь выпустили из него? А потом уже сбросили вниз и… — Катя глазам своим не верила. — Да кто же это сделал?

Колосов потрогал угли…

— Ну что ты молчишь? Что с тобой сегодня такое? — не выдержала Катя.

— Этого человека убили там, где мы его нашли, — сказал Колосов. — Я же сказал: подвесили сначала за ноги. Там волокна от пеньковой веревки на смоле на дереве, я видел, а эксперт потом изымет и к делу приобщит. А у погибшего на обеих лодыжках четкие следы от веревок, и лотом, состояние кожных покровов… Все говорит, что дело именно так и было. А почему крови на месте мало — ее действительно, видимо, собрали в какую-то емкость. Что смотришь так на меня — думаешь, я бред несу? В ведро кровь стекала, в таз вряд ли. На таком крутом подъеме с тазом не очень-то попрыгаешь, а ведерко, ежели его за ручку держать, вполне сойти могло. Ведро с кровью сюда принесли, а затем уже вылили на костер. А угли холодные, пощупай сама. Огонь тут и не разжигали даже. — Внезапно он нагнулся и вытащил что-то из земли, воткнутое в центре костра возле черепа. Это «что-то» тоже было перемазано кровью. Руки Колосова сразу стали темно-багрового цвета, он сорвал пучок травы, начал вытирать ладони. Катя, содрогаясь от отвращения, прикоснулась к предмету. Это была венчальная восковая свеча. Перед тем как облить костер и череп кровью, кто-то воткнул ее в землю фитилем вниз.

— Никита, да что же тут происходит-то? — прошептала Катя. — Господа, что же тут творится?!

Внизу замелькали огни — «Скорая» с мигалкой, дежурные машины Старо-Павловского ОВД. Еще две каких-то «Волги» — видимо, начальство из главка, спешно поднятое в район на небывалое ЧП. Но с вершины Май-горы люди ДОЗД казались в этом призрачном жемчужно-сером утреннем свете не больше муравьев. Они суетились у подножия холма, создавая впечатление беспорядочного броуновского движения. Словно потревоженные насекомые, на которых плеснули кипятком. Люди там внизу напоминали сущих мух. Катя закрыла глаза: «Я уже слышала это. Слышала от…»

Со стороны тропы уже доносились громкие возбужденные голоса — это сотрудники опергруппы поднимались наверх по следу крови, чтобы зафиксировать общую картину места происшествия, изъять в качестве улик то; что будет найдено на вершине. «Ритуальное убийство, — донеслось до взволнованной Кати. — Очень даже похоже. Три года назад, кажется в Краснодарском крае, был подобный случай, кровь из мужика выпустили, а труп подбросили потом к дороге. Сатанисты, дьяволопоклонники — только этого нам тут еще не хватало!»

После короткого и весьма эмоционального совещания с сотрудниками местного отдела Колосов напролом через кусты начал спускаться вниз. Катя догадывалась, куда это он так торопится! Стремясь обогнать всех — и следователя прокуратуры, и сыщиков, и даже поднятое по тревоге руководство Старо-Павловского отдела.

В ОПОРНОМ ПУНКТЕ ЖДАЛ ЗАДЕРЖАННЫЙ. Катя не знала, кто это был. Но его задержали в двух шагах от места происшествия и спустя совсем немного времени после убийства. Кто бы ни был этот человек, купавшийся в Сойке в столь неподходящее время суток, участи его, судя по лицу начальника отдела убийств, позавидовать было нельзя.

— Я с тобой. — Катя стремглав бросилась за Колосовым и, как назло, по закону подлости попала в самые заросли крапивы. — Не смей от меня убегать, слышишь? Я все равно тебя одного туда не пушу! Быть может, этот человек и не тот… Да мы вообще не понимаем, что тут происходит! Не знаем самого главного, ты слышишь меня?

Тут ей пришло в голову: если они сейчас вместе заявятся в опорный пункт и задержанный окажется кем-то из них (а в тот момент она отчего-то не сомневалась, что так и случится), то коту под хвост полетит вся их доморощенная конспирация, все последующее наблюдение за… Но отступать было уже поздно. И откуда только силы взялись! Катя не отставала от Колосова ни на шаг на всем пути от Май-горы до поселкового магазине и избушки опорного пункта. Они шли, а точнее, летели сломя голову — машину Колосов бросил там, где их остановили сотрудники ГИБДД. На пороге опорного Колосов круто обернулся:

— Иди домой.

— Еще чего, я тоже пойду, — упрямо повторила Катя. — Это теперь такое же мое дело, как и твое. А ты дров наломаешь, потом сам же каяться будешь. После того как мы сейчас с ним поговорим, ты сядешь и выслушаешь меня очень внимательно, ясно тебе? Я расскажу все, что узнала. Но сначала я должна знать, кто задержан. Кто из них оказался там в это время и почему…

Колосов саданул по двери ногой. Гром и молния! Он еще никогда не ощущал в себе столько ярости и силы и даже нравился сейчас сам себе чрезвычайно, хотя на душе его было так погано».

Он готов был стереть в порошок ЭТОГО УБЛЮДКА, кто бы он там ни был, как бы, давясь соплями и кровью, сейчас ни оправдывался, ни каялся в содеянном. Он готов был к любому повороту событий, но…

Но то, что произошло в опорном пункте в следующее мгновение, поразило его как удар молнии, и на мгновение он замер на месте.

А Катя… Сцена, свидетельницей которой она невольно стала, превзошла самые худшие ее ожидания. Она и в страшном сне не могла представить, что ОНИ УЖЕ ВСТРЕЧАЛИСЬ ПРЕЖДЕ. И ВОТ СНОВА ПУТИ ИХ ПЕРЕСЕКЛИСЬ: КОЛОСОВА И…

Глава 18

ЯЩЕР

На нем были только спортивные брюки и заношенный армейский бушлат. (Позже, когда следователь прокуратуры Караулов, вызванный в Май-Гору, производил выемку одежды подозреваемого, насчет этого бушлата как раз вышла загвоздка. «Это я ему дал, тут у нас в опорном на вешалке висел, — пояснил участковый. — Патруль его мокрого из воды-то выволок. У него зуб на зуб не попадал. Ну я и пожалел — человек все же какой ни на есть. Так что вряд ли вы какие следы особливо кровавые на нашем бушлате отыщете».)

Итак, на нем были лишь спортивные брюки и бушлат. И никакой тельняшки на этот раз. Когда распахнулась дверь и на пороге опорного пункта, подобно грозовой туче, возник начальник отдела убийств, он встал, явно собираясь всерьез разбираться с представителем правоохранительных органов о причинах своего задержания. Но вдруг…

— Вы… это вы? Снова ты?! Здесь?! И что же я на этот раз сделал?!

Его яростный, полный ненависти вопль оглушил Катю, робко заглянувшую в опорный пункт. Она внутренне была готова, что задержанный кто-то из них. Однако, увидев в этих негостеприимных стенах «человека в тельняшке», испытала какое-то смутное, странное разочарование. Объяснить это чувство было трудно. А копаться в себе, детально анализировать свои эмоции вообще было некогда, потому что события вдруг стремительно покатились по наклонной вниз: Колосов, шагнув к изумленному, взволнованному «человеку в тельняшке», вдруг сграбастал его за бушлат и, толкнув в грудь, со всего размаха впечатал спиной в сейф.

— Я разве не предупреждал тебя, Ящер, что обязательно встретимся? — фраза у начальника отдела убийств вышла точь-в-точь как у героя голливудской «стрелялки», где «хороший (плохой), злой (добрый)» шериф настигает отвратительного, подлого бандита и вершит над ним скорый, но справедливый суд Линча.

Катю же несказанно поразила кличка, которой заклеймил Колосов «человека в тельняшке». Ящер, господи ты боже мой… Удивительное дело, при всей своей обидной нелепости кличка эта поразительно точно ложилась на облик клиента Юлии Павловны Хованской. При всем том, что Владимир даже в этом рваном стройбатовском бушлате был поразительно красив, в его облике — и это вдруг резко бросилось в глаза Кате — действительно было что-то от… пресмыкающегося. Кате вспомнились виденные по телевизору властители острова Комодо — гигантские вараны. Она смотрела на них со смешанным чувством содрогания и восхищения.

Ящер дернулся из колосовских рук — бушлат треснул по шву. Катя вспомнила, как силен этот человек, и сердце у неё упало; только драки еще между ними не хватало! Поведение же Никиты тоже поражало. Ведь прежде он никогда (по крайней мере, когда она раньше наблюдала его на местах происшествий) не позволял себе таких диких, варварских выходок» подозреваемыми! Да, конечно, он был взбешен увиденным Май-горе, да и до этого уже находился в каком-то взвинченном состоянии, причины которого так и не объяснил Кате. Наконец, он не совсем еще протрезвел после… Ну, мало ли какому поводу мужчин тянет к бутылке. Но чтобы вот так с порога кидаться на людей, которые…