Татьяна Сонная – Ты будешь моей (страница 11)

Я танцую с детства, и мне есть чем покорить сердца публики. Я использую свои фишечки, но очень порционно. Нельзя сразу раскрывать все карты. Смены у меня, понятное дело, вечерние. Мой выход в шесть. Танцую пятнадцать минут, потом отдых. И в семь снова мой выход. Развлекаю толпу до двенадцати, но если попросят, то с удовольствием остаюсь сверхурочно за дополнительную кругленькую сумму. Правда, пока все мои деньги на бумаге. Аванс будет через две недели. Настаивать на преждевременной выплате я не решилась. Благо, пока ещё есть сбережения.

В общагу возвращаюсь только лишь поспать, и если мне удаётся нормально отдохнуть, то это большая удача. В моём новом жилище за прошедшую неделю ничего не изменилось. Я только выпросила у комендантши стул и хиленькую тумбочку, пристроив в ней кое-что из вещей и средства личной гигиены. Новую мебель я приобретать не стала. Продлевать аренду комнаты тоже не планирую. Единственное, что я прикупила, так это отраву от тараканов. Начертив гелем святой овал вокруг своей кровати, я хотя бы начала спокойно спать и не чесаться. Сон и постель – это моё всё. Дома у меня не было особых условий, всё очень скромно. Но я всегда следила за чистотой моих простыней. Они были идеально отстираны, отглажены и пуховое одеяло всегда пахло порошком. Про подушку и говорить нечего. Прогретая на солнышке и отбитая во дворике, с наволочкой в цветочек. Просто блаженство.

Общий душ на этаже – то ещё удовольствие. Очередь с утра километровая, но я приноровилась посещать это место ранним утром, в пять, а вечером успевала сбегать до той самой пробки из студентов и мамаш. Потихоньку обживаясь, я запретила себе ныть и скучать по дому. Точнее, по моей комнатке в зале у Добрыниных. О маме старалась и вовсе не вспоминать. Это причиняло мне отдельную, ни с чем не сравнимую боль. Тоска, разочарование, обида. Неужели нельзя было как-то по-другому? Более человечно. Но, видимо, я просто ей не нужна. Жаль. Ведь я, несмотря ни на что, всегда любила её и люблю.

Перед отъездом я все же не выдержала и поехала к дому, в котором жила с мамой с самого рождения! Час простояла у нашего подъезда, заглядывая в разбитые окна. Мне повезло! Мама выглянула и, закурив сигарету, бросила в мою сторону скучающий взгляд. Меня она, естественно, не увидела. Зря я поехала туда. Только душу разбередила. Час потом ревела за рулём, а это небезопасно. Застилающие глаза слёзы не позволяли следить за дорогой. Всё же взяв себя в руки, упрямо добавила скорости, желая одного, поскорее покинуть это гиблое для меня место!

Глава 13

Топаю на работу, устало зевая. Это кошмар, а не жизнь! Не представляла, что есть место, где шума больше, чем было дома. Невыносимо. Сегодня вообще что-то из ряда вон. Подо мной живёт молодая пара. Они сегодня так ругались, что я еле сдержалась, чтобы не вмешаться и не навалять обоим. Задрали. То сладострастные стоны, которые слышны на все три этажа, то бойня. У этих отчаянных будто вовсе нет золотой середины. Только всё утихло, активировалась малышня сбоку. Такой ор подняли! Что-то не поделили. В конце концов, вся эта галдящая орава ворвалась в мою комнату. Тут уж я окончательно взорвалась. Нет, деток я люблю, но не таких неуправляемых. Ну уж нет! Выяснилось, что родители оставили их, наказав сидеть тихо. А малышня передралась из-за конфет. Ну а я попала на линию фронта. Злилась не долго. Стоило посмотреть на эти чумазые, перепуганные мордашки, и я сдулась. Отсыпала им своих конфет и выставила за дверь, взяв с них обещание не шуметь.

И вот теперь разбитая, плетусь туда, где нужно быть максимально энергичной. Не свалиться бы с шеста во время номера. Мне бы отдохнуть где-нибудь в уголочке, подремать часок. Но, увы, не выйдет.

В узкой комнатке, которую мне выделили под гримёрную, мебели почти нет. Большое зеркало, с вмонтированными в раму лампочками, высокий стул с маленькой спинкой, шкаф, в который я уже успела перетащить почти все свои вещи, и кресло. Уютное, глубокое, но для сна не пригодное. Только если сидя! А ещё в углу складная кушетка. Но я ни разу не интересовалась, можно ли ей воспользоваться. Может, и исправная. Хотя тут вряд ли что-то сломанное будут хранить.

Войдя, бросаю сумку на то самое кресло и, включив свет, принимаюсь рассматривать себя. Да уж. Синяки под глазами. Осунулась. Вид несвежий. Ничего. Сейчас мы это исправим. Выдвинув ящик с косметикой, достаю всё, что необходимо, и принимаюсь за работу. Спустя пятнадцать минут на лице ни следа от усталости. Довольная, улыбаюсь. Ещё бы кофейка навернуть. Время есть. Сбегаю в бар, сегодня смена Никиты. Мы с ним практически не общались. Не довелось как-то. Но подумываю наладить с этим персонажем контакт – с коллегами лучше быть в хороших отношениях, мало ли какая помощь потребуется. Да и мордашка у него такая приятная, вызывает доверие. По общению простой. Беззлобный и приветливый. Думаю, опасаться нечего.

Лечу в зал. Тихо играет музыка, людей почти нет. Засмотревшись под ноги, со всего маху врезаюсь в мужскую грудь. Ахнув, отстраняюсь и, растерянно моргая глазами, задираю голову вверх. Сразу же встречаюсь с надменным, колючим взглядом. Холодные голубые глаза молодого человека буквально прожигают притихшую меня, даже холодок по спине пробегает. Недовольно хмыкнув, парень медленно осматривает свою белоснежную рубашку и недовольно кривит губы. На ткани виднеется след от моего боевого макияжа. Ну а что?! Мне необходим сценический образ, а без тонны косметики его никак не создать. Да и вообще, нечего тут под ногами мешаться! Только что ведь никого не было. Откуда он появился на моём пути, непонятно!

– Дешёвая косметика, – выдаёт незнакомец, и возвращает возмущённый взгляд ко мне. – Зачем всё это?

Медленно опускаю взгляд на пятно от тоналки и румян на его груди. «Ой», – только и срывается с языка. Молчу, словно в рот воды набрала, при этом рассматривая мужчину во все глаза. Его необычная внешность завораживает. Не понимаю, что со мной. Словно гвоздями прибили к полу. Незнакомец же тихо звереет, раздувая ноздри. Так и не дождавшись от меня ответа, морщится, будто ему лимонный сок в рот попал, и отходит на пару шагов.

– Немая?

Открываю рот и снова его захлопываю. Сколько пренебрежения во взгляде. Опускаю глаза, незаметно заломив пальцы рук. Внутри просыпается маленькая неуверенная в себе девочка. Но лишь на миг. Благо, под слоем грима не видно красных щёк. Да и если бы увидел. Ничего, может, я просто разозлилась!

– Нет, – рявкаю громче, чем планировала. – Сам виноват! Нечего тут расхаживать. Для гостей есть определённые места. Здесь помещения для персонала. Вам тут быть нельзя.

Теперь настаёт его очередь выпасть в осадок. Брови незнакомца ползут вверх, серо-голубые глаза округляются.

– Ты кто такая?

– Василиса. Неприятно познакомиться. Своё имя можете не озвучивать, не интересно. Рубашку постираете, не надорвётесь. И мне вообще-то некогда! Я спешу.

Нарочно увеличиваю между нами расстояние, подчеркивая, что мне неприятно находиться рядом. Тоже мне цаца, много о себе думает! Обогнув расфуфыренного сноба по кругу, размашистым шагом направляюсь к бару. Вот ещё, будут мне тут всякие нервы портить. Без извинений обойдётся.

Топаю к Никите, а саму так и подмывает обернуться. Надо же, никогда не встречала мужчин таких, как этот. Даже не знаю, какое определение ему дать. Внешность, как по мне, невероятная. Тонкие правильные черты лица. Очень светлые волосы, почти белые. Огромные выразительные глаза в обрамлении тёмных, длинных ресниц. Эх! В таких можно утонуть. А губы! Если бы он зло их не поджимал, то выглядел бы симпатичнее. Хотя куда больше? И так очень миловидный. Как девчонка. Но, увы! Это его поведение, манеры, жесты. Очень отталкивают. Я буквально козявкой у его ног себя ощутила. Обнимаю себя за плечи и отчего-то горестно вздыхаю. Красивый, но уж очень высокомерный. Да тут все такие. Только мне-то что? Чего я расстроилась? Эти люди не моего круга, или правильнее сказать, я не их! Кроме клуба, я с ними никогда и нигде не пересекусь точно!

До бара добредаю совсем расстроенная. Никита, как обычно, натирает свои и без того идеально отполированные баночки.

– Привет, – кисло выдаю я и усаживаюсь за стойку.

– Привет, – весело отзывается паренёк, одаривая меня сверкающей улыбкой. – Что с лицом?

Испуганно прижимаю ладошки к щекам.

– Что?

– Да я про настроение! – хохочет он и опирается на столешницу. – Случилось что-то?

– Да так. Отдохнуть перед сменой не получилось. Боюсь, как бы до полуночи не свалиться от усталости.

– Кофе?

Догадливый малый. Киваю, повеселев.

– Не повезло, конечно, тебе, – кружа вокруг кофемашины, продолжает он. – Сегодня начальство с проверкой. Надо быть во всеоружии.

– Да?!

Передо мной на стол опускается белоснежная чашка с ароматным свежесваренным напитком.

– Начальство?

– Да. Клуб несколько лет назад выкупила семья местных олигархов. Лукьяненко. Ребята неплохие, но суровые. Сейчас делами занимается в основном один из сыновей. Второй на подхвате. Старшим дела до этого бизнеса особо нет. Отдали подрастающему поколению. Это им как тренировочная площадка. Навыки управления оттачивать.

– Блин. Ну спасибо, что предупредил, – сделав глоток горьковатого напитка, прикрываю глаза от блаженства.