Татьяна Сонная – Папа для снежинки под елочку (страница 3)

– Да она всё врет! – в разговор вклинивается тот самый Макар. – Говорит, что Дед Мороз ей папу подарит на Новый год! А такого не бывает! Мне мой папа сказал. Папы бывают сразу, вместе с мамой. А если нет, то уже и нет! – немного картавя, горланит он с возмущением.

Снежка прижимается к моим ногам, заглядывая в глаза.

– Мама, ну скажи ему, что так бывает! В Новый год всё бывает! – на глазах появляются крупные бисеринки слёз.

– Милая, ох… – присаживаюсь возле неё на корточки. – Ну конечно, бывает. Если чего-то очень хотеть, желать от чистого сердца, то, возможно, это исполнится. Не сразу. Но когда-нибудь.

– Ты хочешь сказать, не в этот раз? Да? Это как с куклой? Попозже? – разочарованно тянет Снежа.

– А куклу просто надо купить! Мне всё покупают. Папа вон принёс большой вертолет на пульте управления. И ничего не попозже. И на Новый год подарков будет много. От мамы, бабушки, деда и ещё от тёти! Мне всегда дарят. И ничего попозже! – продолжает возмущаться Макар, а я давлюсь комом, вставшим поперёк горла.

Потерянный взгляд дочери отзывается болью глубоко внутри. Нижняя губа моей малышки начинает дрожать.

– Меня все любят! – не унимается Макар.

– Сынок! Ты чего кричишь? – в помещение забегает мама сорванца. – Что происходит?

– Да вот со Снежей опять ругаются, – совсем поникнув, виновато отвечает воспитатель. – Алиса Сергеевна, вы простите. Не успела конфликт во время “затушить”! Проглядела.

– Макар, иди сюда. Оставь девочку в покое, – ласково подзывает сына мать и, поправляя полы дорогой норковой шубы, она присаживается рядом с ним на корточки. – Не у всех есть возможность покупать детям всё, что хочется. Я тебе уже об этом говорила. Не нужно ругаться со Снежей. Просто промолчи.

– Значит, у мамы Снежи нет денег? – громко интересуется мальчик.

– Сынок, неприлично задавать такие вопросы, – одёргивает его родительница.

– Давай я тогда ей свой вертолёт отдам? А? Она папу хочет, но я своим поделиться не могу. Он мне самому нужен.

Ахнув, воспитательница прикрывает ладошкой рот.

– Ты лучше ее не донимай, хорошо?

– Хорошо. Но я ей все равно игрушку подарю.

Переглянувшись с мамой правдолюбивого и в то же время сердобольного мальчика, выжимаю из себя улыбку. Она шепчет “извините” и спешно отворачивается от меня.

Макара можно понять, он ещё мал и не умеет быть тактичным, но я представляю, как переживает моя Снежа. Каково ей сейчас! Это навязчивое желание заполучить отца портит жизнь моей малышке. На секунду мелькает малодушная мысль поговорить с бывшим, но я отрезаю её на корню. Он не станет ничего менять. Я думаю, даже и до разговора не дойдёт. Он сторонится меня, а при редких случайных встречах делает вид, что мы не знакомы. И даже если согласится, поможет ли крошке разовая встреча? Нет! Лучше забыть о нём окончательно и тоже делать вид, что он просто посторонний.

Переломив себя, решаю отложить разговор о папе на более подходящий момент. Иначе я просто разревусь, и тогда всё точно пойдёт не по плану. После праздников мы поговорим обо всём! Серьёзно и по-взрослому. А сейчас я дам шанс волшебству, в которое дочь так верит.

Домой мы возвращались в полной тишине. Я вела Снежу за руку, а она, насупившись, молчала всю дорогу, так более и не проронив ни слова. Уложив её спать, сама легла с тяжёлым сердцем. Но что поделаешь! Завтра отведу её в сад – и на поиски работы!

Глава 4

Декабрьское утро, морозное и вьюжное, проводило нас с дочкой до самого детского садика. Малышка на удивление проснулась в хорошем расположении духа и всю дорогу стрекотала о том, что это безобразие устроил Дед Мороз. Радовалась, что он наконец-то появился, и теперь у нас неустанно сыплет снег, и скоро начнётся волшебство!

Я слушала её, постоянно кивая головой и прикрываясь от этого самого волшебства. Снег колол лицо, а холодный ветер задувал под подол моей старенькой зимней куртки. Ежась от холода, я старательно улыбалась дочке. Неприятный осадок от вчерашнего происшествия сдуло без следа!

Снежа хохотала. Ей было тепло. Ещё бы, моя маленькая снегурочка никогда не боялась мороза. И я считала это отчасти своей заслугой. Добротный зимний комбинезон, шапочка, прикрывающая шейку и ушки, шарф, варежки и сапожки-дутыши. Всё это выходило в копеечку. Но я никогда не экономила на зимней одежде для ребёнка. А вот на себе получалось прекрасно. Курточка, которую я носила ещё будучи студенткой, мне, слава богу, была ещё в пору. После беременности я не поправилась, как многие девушки. Осталась прежней и даже ещё чуть-чуть похудела. И неважно, что вещь немного застиралась, потеряла цвет и стала не такой тёплой, как прежде. Главное, дочка. А я потерплю.

Оставив крошку в детском садике, первым делом посещаю центр занятости, оставляю свои данные и заявку на помощь в поиске работы. Потом забегаю в местную библиотеку и, воспользовавшись их компьютером, создаю электронное резюме, которое быстренько рассылаю по сайтам по трудоустройству. Так быстрее, чем сидеть и выискивать самой. Тем более недовольное лицо библиотекаря меня красноречиво подгоняло освободить место!

Управилась со всеми делами к обеду, плетусь домой. Войдя в квартиру, раздеваюсь и прислушиваюсь к тишине. Непривычно. Впервые за долгое время в середина рабочего дня я дома. Что ж, раз такое дело, нужно заняться уборкой. И пора бы поставить ёлку.

Перерыв всё, что только можно, ставлю нашу красавицу в углу под окном и рядом коробку с игрушками. Будем наряжать вместе с дочкой. Она это очень любит. И гирлянду на окно повесим вместе! А вот что будет дальше – ума не приложу.

Проверив холодильник, горестно вздыхаю. Нужно и обед приготовить праздничный и как-то остатки продуктов растянуть хотя бы на неделю. Ох, как же я так просчиталась, совсем расслабилась и потеряла осторожность. Привыкла к небольшой, но регулярной оплате.

Присев у туалетного столика, достаю из ящичка маленькую шкатулочку. В ней всего одно-единственное ценное украшение. Золотое колечко, которое осталось мне в память от мамы. Сжав его в кулаке, тихо всхлипываю. Но тут же беру себя в руки. Если совсем будет худо, сдам в ломбард, и на первое время нам со Снежей хватит. А там, глядишь, получится выкупить дорогую сердцу вещь.

– Прости, мама, – шепчу, прикрыв глаза.

Спрятав украшение обратно в коробочку, бегу одеваться. Пора за дочкой!

Вечер проходит замечательно! Мы наряжаем ёлочку, вешаем гирлянду и усаживаемся смотреть старые новогодние мультики. Люблю наши советские, добрые и поучительные. Дочь тоже смотрит с удовольствием.

– Мам, ты знаешь, мне Макар сегодня кое-что подарил, – неожиданно выдаёт Снежа, уже укладываясь в кровать.

– Да? И что же? – с улыбкой интересуюсь я, ещё не подозревая о подвохе.

– Там у меня в кармане, в куртке, – отвечает малышка, счастливо прищурившись. – Хочешь посмотреть?

Топаю в прихожую и быстро обшариваю карманы маленькой курточки. В одном из них накалываюсь пальчиком о что-то острое. Испуганно ухватив вещицу, достаю и округляю глаза. Золотая серёжка. Одна.

– Снежа, – бегу к малышке. – Это он тебе подарил?

– Да, – она кивает головой. – Ой, а их две было.

– Две? – у меня холодеют руки.

Включив свет, разглядываю украшение, выискивая на нём гравировку с пробой. Руки начинают трястись. Есть! Настоящее золото! Не бижутерия. Опускаюсь на пол, голова идёт кругом. Только этого мне не хватало!

– Я, наверное, потеряла, когда домой шла, по дороге. Ничего, завтра поищем.

– Доченька, так там снега навалило. Найти маленькую серёжку очень сложно, а в нашей ситуации и вовсе просто чудо!

Вот тебе и подарки от Деда Мороза и волшебство! Накатывает паника. Что же теперь делать? Дождавшись, когда дочка уснёт, плетусь на кухню.

От бессилия хочется плакать. Я понимаю, что малышка ни в чём не виновата, но мама Макара вправе потребовать украшение обратно, и кто поверит, что мы потеряли ценность, а не припрятали с целью наживы.

Заварив чай, ставлю чашку перед собой и, сложив руки на столе, роняю на них голову. Ещё одна неприятность. И как назло, и-мейл молчит – ни одного запроса от работодателей. Конечно, найти место под Новый год – это нереально, но я не могу не надеяться. Что ещё остаётся! Спать ложусь поздно, так и не притронувшись к чаю.

Утро! В сад идём неспешно. Меня трясёт, как осиновый лист. Предстоит серьёзный разговор с родительницей, и я совсем не готова к нему. Родители Макара люди обеспеченные, но это не означает, что они будут разбрасываться золотом. Но и мы не виноваты в том, что произошло подобное. Это простое недоразумение, которое, скорее всего, обойдётся мне очень дорого.

Уже на первом этаже я слышу знакомые голоса. Наша воспитательница и Ангелина, мама Макара.

Трясущимися руками раздеваю дочку, при этом старательно улыбаясь ей, чтобы малышка ничего не заметила.

– Мам, что случилось?

– Всё хорошо, милая.

Надо же, от неё ничего не утаишь! Маленькая, но уже такая проницательная.

– Ты грустная, я же вижу.

Тихонько вздыхаю, ничего не ответив на её замечание.

– Идём в группу, Снежа. Нам нельзя опаздывать.

– Хорошо, – дочка вздыхает на мой манер и, надев туфельки, топает впереди меня.

– Ах, ну слава богу, вот и Алиса Сергеевна, – всплеснув руками, произносит взволнованная Ирина. – Сейчас всё точно прояснится.

– Хорошо бы, – сердито покосившись на сына, отвечает Ангелина, сложив руки на груди.