Татьяна Сонная – (Не)злодей для разведёнки. (страница 2)
Кое-как снимаю пальто, очищаю с него грязь разложив в ванной, а после развешиваю его сушиться, подальше от глаз дочери. Понимаю, что скорее всего вещь безвозвратно испорчена, но есть маленькая надежда что у меня получилось спасти. Всю остальную одежду впихиваю в стиральную машинку, при этом постоянно горько вздыхая. Если пальто не просохнет, придется завтра на работу надевать зимнюю куртку. Не по погоде, но деваться некуда.
Закрывшись в ванной, рассматриваю своё отражение. Воспалённые глаза, отёкший нос, и багровые отметины на шее. Ужас. Холодный компресс на лицо помогает снять припухлость, но лишь немного. Хотя если даже дочь и заметит, спрашивать точно не станет. У нас в последнее время с ней как-то не ладится. Пока Тея была малышкой, я легко находила к ней подход, но сейчас всё изменилось. Рычит, огрызается. Чаще стараюсь её не трогать. Не хочется стать врагом для единственного ребёнка. Немного обидно, конечно, но я надеюсь, это временно. Кризис взросления пройдёт, и наши добрые отношения вернутся. Нужно только потерпеть.
Слышу, как в двери поворачивается ключ. Вспоминаю, что я так и не приготовила ужин. Думаю, что Тея не откажется от яичницы и салатика. Вроде продукты кое какие в холодильнике ещё оставались. Жаль, то, что купила сегодня, пропадёт под колёсами машин. Денег там не мало. Для нас с дочкой существенная сумма. Но в тот момент я была не в состоянии позаботится о покупке. А сейчас возвращаться и проверять уцелело ли что–то я просто не смогу.
Открыв холодильник, осматриваю полупустые полки. Внутри всё сводит от обиды за себя и своего ребёнка. И чем мы с ней такое заслужили? Всё моё дурацкое желание вернуть мужа. Вот к чему это привело.
– Вот где моя девочка, – раздаётся у самого уха томный голос бывшего мужа, и вокруг моей талии смыкаются его волосатые лапищи.
Меня пробирает волной неприязни. Как же я раньше всё это терпела? И главное, зачем? После происшествия в переходе словно глаза открылись. И почему для этого потребовалось попасть в такую ситуацию? Меня буквально прижали к стене.
Откинув его руки, оборачиваюсь, взглядом метая молниями. Сообразительный, сразу же отступает, слегка опешив. Улыбка медленно сползает с губ. А ведь я когда-то любила его, планировала то самое пресловутое – “долго и счастливо”, дочь родила. Старалась быть примерной женой, матерью, хозяйкой. И чем мне за это отплатили? Дочь воротит нос, муж сначала ушёл из семьи, а теперь ещё и проиграл меня каким то бандюкам. Кстати, а что за игра была?
– Карты? Казино? Ставки? – вслух произношу я, цедя слова сквозь зубы.
– Что? – хлопая глазами, переспрашивает он немного растерянно.
– Во что ты играешь, Сергей? Мне просто интересно, в каком виде игры меня поставили на кон?
Он открывает рот и тут же захлопывает его обратно.
– Нечего сказать? – усмехаюсь я.
– У тебя бред? – скривившись, бросает он и, обойдя меня по кругу, усаживается за стол.
Как всегда, лучшая защита у нас – это нападение. Ничего не поменялось. Манипуляции, и если не помогает, обвинения в ответ.
– Я жрать хочу. Пришёл домой, думал, меня тут ждут. Накормят. Рассчитывал на секс. Или ты уже нашла себе кого-то?
– Сергей, я прошу, не переводи с больной головы на здоровую! – рычу. – Объясни мне, какое право ты имел играть на меня? Поставил бы свою никчёмную жизнь на кон! Почему я?
– Не лезь в мои дела! – тявкает он. – Это не твоего ума дело! Я сам разберусь!
– Так я и не собиралась! Меня просто чуть не задушил какой-то бугай в тёмном переулке. Требовал деньги. “Не лезь!” Как же! – всплеснув руками, повышаю голос. – Я бы с радостью, но с меня требуют деньги, которых я не брала! Что ты скажешь на это?
– Я отдам. Тебе не о чем волноваться, – он опускает голову. – Только у меня сейчас нет. Надо как-то неделю перебиться. Мне надо то немного. Я зачем тебе и звонил. Деньжат перехватить. На неделю. Я отдам им залог. На днях у меня намечается большой куш. Тогда всё и верну, до копейки.
– В смысле? – у меня пропадает дар речи.
– Мне нужно немного. Но дело в том, что мне кредиты не дают. Хотел попросить тебя взять…
– Что-о-о-о?! Да ни за что! Ещё и в долги меня загнать хочешь. Нам с Теей и без кредитов едва на жизнь хватает!
– Я же не прошу платить. Я сам. Ты только оформи и всё. Делов-то?
– Пиницин, ты совсем совесть потерял? – разочарованно качаю головой.
– Подумай сама, а если они завтра на Тею нападут? Эвелина, я не подведу. В этот раз! Неделя, и всё будет улажено. Только сейчас небольшой аванс нужен. Что б им рты заткнуть.
– Я не буду брать кредит, – цежу сквозь зубы. – Убирайся из моего дома!
– Но, Эви…
– Пошёл вон!
– Это и мой дом, если ты не забыла.
Скрипнув зубами, он поднимается и идёт к выходу.
Как назло, в этот момент появляется наша малышка. Слышу звук закрывающейся двери и её звонкий голос.
– Папа! Привет!
– Здравствуй, моя милая, – отзывается бывший елейным голоском.
Сжимаю челюсти. Становится так больно и обидно за дочь, что сердце буквально сводит спазмом. Знала бы она, как её любимый папочка заботится о своей семье. Хотя… бывшей семье.
– Ты уже уходишь?
– Да, дорогая. Мама не в настроении.
– А она всегда не в настроении, – недовольно отзывается Тея.
Поджимаю губы, отвернувшись к окну. И когда я успела стать плохой для этих двоих? Не понимаю.
Побеседовав с дочерью буквально минуту, Сергей уходит.
Ставлю сковороду на огонь. Разбиваю несколько яиц и принимаюсь мыть овощи.
– Мам, ты что, его опять выгнала? – появляется в пороге дочь и сразу же выдаёт претензии.
– Больно надо. Сам ушёл, – отвечаю, старательно пряча красные от слёз глаза.
– Неужели ты не понимаешь, что он не возвращается только из-за твоего дерьмового характера! – буквально выкрикивает она.
– Не смей разговаривать со мной в таком тоне! Ты ничего не знаешь!
– Что тут не знать?! Найдёт себе другую, и тогда всё пропало!
– Да хоть бы уже. Может, ходить сюда перестанет, объедать нас, – срываюсь я.
“Может, другую дуру будет в свои афёры впутывать, а от меня отстанет”.
Глава 4
Утро нового дня. Пробуждение не из приятных. С трудом разомкнув тяжёлые веки, с тихим стоном сползаю с постели. Всё тело болит, словно я всю ночь разгружала вагоны. Отвратительное состояние. Вот что значит стресс, когда тебе не шестнадцать. Горько усмехаюсь. Нужно срочно брать себя в руки! Совсем расклеилась.
Убеждая себя, что жизнь из–за ссоры с Сергеем не закончилась, я вроде как начинаю оживать. Заправив постель, плетусь на кухню. Щёлкнув кнопкой чайника, под шум закипающей воды топаю в ванную.
Опершись руками о раковину, всматриваюсь в своё отражение. Из зеркала на меня смотрит незнакомая женщина с опухшим лицом и тёмными кругами под глазами. Волосы со сна в разные стороны, бледная кожа. Удручающее зрелище! Наглядный пример, как может выглядеть уставшая от своей никчёмной жизни, одинокая, не любимая женщина сорока лет. Ну почти сорока, хотя кому какое дело, сколько мне точно?
– Пугало, – проговариваю вслух неутешительный вердикт своему внешнему виду.
О чём я только думала? Какая семья? Надо же быть такой непроходимой тупицей. Пиницину не нужна ни я, ни Тея. Ему плевать на нас. Я просто придумала себе счастливое будущее, которое невозможно с этим человеком. И главное, свято верила, что всё прекрасно. Муж, дом полная чаша, счастье. Но он не собирается меняться. Такого только могила исправит. Как же мне всё это объяснить Тее? Я не могу открыть ей всю правду. Ведь он её отец. Она любит его. Получается, придётся мне взять на себя отрицательную роль. Конечно, ведь дочь уверена, что это я виновата в том, что мы разошлись.
Издав горестный стон, роняю голову ниже плеч, мои волнистые волосы рассыпаются по раковине.
Сегодня знакомство с новым руководителем. Нужно привести себя в порядок. Хотя бы попытаться. Косметики толком нет, тушь и дешёвенькая помада. Тональный крем? Вроде как есть у Теи. С опаской обернувшись на её дверь, тихо вздыхаю. Дожилась, боюсь обратиться к дочери с пустяковой просьбой. На душе становится гадко. И как я допустила такой поворот событий? Всё мой характер, точнее его отсутствие. Тютя-матютя. Квашня. Поджимаю губы. Если так дальше пойдёт – сама себе противна стану, а это всё, дно.
Включив кран, умываюсь холодной водой. Так-то лучше!
Выйдя из ванной, прислушиваюсь к тому, что происходит в спальне дочки. Время почти семь. Она должна уже встать. Ей ведь на занятия. Обычно мы выходим из дома одновременно.
Потоптавшись под её дверью, так и не решаюсь постучаться. Трусиха.
Вернувшись на кухню, завариваю себе растворимый кофе и присаживаюсь на стульчик у окна. На улице уже светло. Весна в этом году хоть ранняя, но какая-то промозглая. Скорей бы тепло! Не люблю зиму, холод и снег. Всегда мечтала жить у моря, там, где три сезона лета, потом золотая осень. Всё!
– Утро доброе, – невесёлый голос дочери заставляет вздрогнуть.
– Ты меня напугала, – схватившись на сердце, произношу осипшим голосом.
– И с чего ты такая пугливая вдруг? – прищурившись, Тея внимательно смотрит на меня.
– Просто не услышала твои шаги, не ожидала, – отвечаю еле слышно.
– Мы живём вдвоём, – усмехается моя девочка и, развернувшись, шагает в сторону ванной.
– Тея? Ты не могла бы мне одолжить тональный крем, – несмело проговариваю ей в спину.