Татьяна Соломатина – Роддом. Сценарий. Серии 25-32 (страница 31)

Кофе сварю.

26-66. ИНТ. КВАРТИРА АЛИНЫ/КУХНЯ. НОЧЬ.

(АЛИНА.)

Алина напряжена, строга… Варит кофе. Подошло. Наливает в чашку. Открывает шкафчик. Достаёт рюмку. Бутылку коньяка. Наливает в рюмку коньяк. Раздаётся плач сына. Алина несколько секунд смотрит на рюмку. Опрокидывает. Натягивает на лицо улыбку – ей успокаивать сына, дети остро реагируют на состояние матери. Выходит из кухни.

26-67. НАТ.КОММУНА/ДВОР. НОЧЬ.

(СЫТИН, ПРОХОЖИЕ.)

Сытин идёт к подъезду, в руках сумка с вещами.

26-68. ИНТ. КОММУНА/ЛЕСТНИЧНАЯ КЛЕТКА/У ДВЕРИ. НОЧЬ.

(СЫТИН, ЕВГРАФОВ.)

Сытин плетётся по лестнице. Подходит к дверям. Собирается нажать на звонок – Евграфов выходит навстречу.

ЕВГРАФОВ

Привет! Прости, тороплюсь!

СЫТИН

Меня Алина выгнала, в общагу не пускают – выписан.

ЕВГРАФОВ

Располагайся как дома! Выбирай любую комнату. Я в Манькиной живу.

Идёт к лестнице, спускается. Сытин смотрит вниз:

СЫТИН

Ты куда?

Евграфов не отвечает.

26-69. ИНТ. КВАРТИРА МАЛЬЦЕВОЙ/КУХНЯ. НОЧЬ.

(ПАНИН, МАЛЬЦЕВА.)

Мальцева на стуле с ногами – всё в той же мужской рубахе, шляпе. Пьют кофе. На столе – бутылка коньяка. Мальцева тянется к бутылке, наливает себе в чашку с кофе приличную дозу.

ПАНИН

Тебе очень идёт мужская шляпа.

МАЛЬЦЕВА

Мне всё идёт!.. Кроме детей. Не могу представить, каково это: у тебя ребёнок. Не расскажешь?

Мальцева смотрит на него с ехидным прищуром. Панин иронично кривится: «ну уж нет, на эту мульку я больше не поведусь». Улыбается ей так…провокативно. Поднимает бровь.

ПАНИН

Ты мне роди. И я расскажу, как это – когда у тебя ребёнок от ЛЮБИМОЙ женщины.

26-70. ЗАЯВОЧНЫЕ ВИДЫ ГЛАВНОГО КОРПУСА. НОЧЬ.

26-71. ИНТ. ГЛАВНЫЙ КОРПУС/ПАЛАТА НЕЙРОХИРУРГИИ. НОЧЬ.

(ЕВДОКИМОВ, ЕВГРАФОВ.)

В отдельной комфортабельной палате лежит Евдокимов. У него перевязана голова, но видно, что он чувствует себя хорошо: читает. В палату заходит Евграфов (по гражданке). Евдокимов отрывается от чтения, доброжелательно смотрит на вошедшего. Пауза… Сверлят друг друга взглядами… Ожидается узнавание, но… Нет!

ЕДВОКИМОВ

Проходите, молодой человек! Я наверное вас знаю. Со мной случился презабавный казус… (смеётся коротко) Я профессор, заведующий кафедрой. И вы, вероятно, мой аспирант…

Евграфов берёт стул, идёт к кровати Евдокимова. Садится рядом. Смотрит пристально. Достаёт из кармана фотографию матери, протягивает её Евдокимову – тот берёт. Взгляд на фото: нежность, тревога, сострадание, любовь – сложный коктейль.

ЕВГРАФОВ

Я ваш сын… Вы задолжали мне историю о моей матери.

Евдокимов отводит взгляд от фото, смотрит на Евграфова с изумлением.

ЕВГРАФОВ

Вас сейчас забавляет возможное будущее, меня – напрягает однозначное прошлое. …Прокатимся?

Евдокимов с недоумением:

ЕДВОКИМОВ

Прокатимся?

ЕВГРАФОВ

По причудливой волне памяти!

КОНЕЦ 26-Й СЕРИИ

27-я серия

НОВЫЙ ДЕНЬ

27-1. ЗАЯВОЧНЫЕ ВИДЫ РОДДОМА. НОЧЬ СМЕНЯЕТСЯ РАССВЕТОМ.

27-2. ИНТ. БОЛЬНИЧНЫЙ ПОДВАЛ-ПЕРЕХОД. ДЕНЬ.

(ЕВГРАФОВ, ВИТЁК.)

Евграфов сидит у мотора, по гражданке. В том самом месте, где наркоманы воткнули нож в Зильбермана. Курит. Глаза сухие, лицо напряжённое. Витёк катит тележку с бидонами.

ЭКРАННАЯ НАДПИСЬ:

«ЖИЗНЬ – ЭТО ЧЕРЕДА ВЫБОРОВ». МИШЕЛЬ НОСТРАДАМУС, ФРАНЦУЗСКИЙ ВРАЧ, ФАРМАЦЕВТ, АЛХИМИК, АСТРОЛОГ.

Подкатывает к Евграфову. Останавливается.

ВИТЁК

(показывая на мотор) Бог выздоровел!

Евграфов криво усмехается.

ЕВГРАФОВ

Привет, Витёк!

Витёк смотрит на Евграфова с сочувствием юродивого:

ВИТЁК

Доктор заболел?