Татьяна Соломатина – Роддом. Сценарий. Серии 25-32 (страница 27)
На стоянку главного корпуса въезжает автомобиль Алины. Она за рулём. По щекам текут слёзы. Подъезжают другие машины. Алина запарковалась на своё место. Заглушила автомобиль. Спокойна. Достаёт из бардачка салфетки. Промокает лицо. Собрана. Достала из сумки – на пассажирском сидении, – портмоне. Вынула фотографию Сытина. Порвала методично и тщательно на мелкие клочки. Завернула в салфетку, которой промокнула слёзы. Скомкала. Вдох-выдох – выходит из машины. Идёт ко входу в главный корпус, выбрасывает мусор в первую на пути урну.
26-48. ЗАЯВОЧНЫЕ ВИДЫ РОДДОМА. ДЕНЬ.
26-49. НАТ. РОДДОМ/У ПРИЁМНОГО ПОКОЯ/ПЛОЩАДКА У РОДДОМА. ДЕНЬ.
(МАРГО, САНИТАРКА ЛИЛЯ, РАМИШ, ТАБАК, СЫТИН.)
Марго и санитарка Лиля курят на крыльце приёмного покоя.
САНИТАРКА ЛИЛЯ
Ты чего серьёзней бегемота?
МАРГО
Наша Мальцева…
САНИТАРКА ЛИЛЯ
Чего – «наша Мальцева»?
МАРГО
Она знает то, чего мы не знаем.
САНИТАРКА ЛИЛЯ
Понятно. Я – санитарка. Ты – акушерка. Она – врач.
МАРГО
Нет. Бабское. Что-то самое важное про мужчин и женщин.
Санитарка Лиля прерывает Марго, не обращая внимания на значимость произносимого/чувствуемого ею:
САНИТАРКА ЛИЛЯ
О! Смотри! Про мужиков и баб. ВИА «Поющие сердца».
К приёмному покою роддома идут Рамиш и Табак. Чуть поодаль плетётся побитой собакой Сытин, не замечая впереди идущую пару (кроме обычной сумки с ним – небольшой баул вроде спортивной торбы с надписью USSR).
ТАБАК
Яна, разумом понимаю: отчасти ты права…
РАМИШ
Не отчасти, а – ПРАВА!
ТАБАК
Как я буду себе в глаза смотреть, если не сделаю всё возможное?!
РАМИШ
Возможно, мы год… или годы! – будем выгребать дерьмо из под твоей бабки. Доставит это ей счастье и удовольствие? Доставит это нам счастье и удовольствие? Я уже выгребала…
ТАБАК
Что я, по-твоему, должен делать?!
Рамиш останавливается, смотрит ему в глаза.
РАМИШ
Ничего не делай по-моему. Делай по-своему. Только сперва ответь себе: что для тебя важнее… Наша жизнь? Или уход за обездвиженной и, прости, обессмысленной старухой. … Мне пора на работу.
Рамиш целует Табака в щёку. Идёт к приёму. Табак застывает на месте. Не замечая его, мимо плетётся Сытин. Марго и санитарка Лиля всё ещё на крыльце. Рамиш бодро взбегает, здоровается, будто ничего в мире не шелохнулось.
РАМИШ
Доброе утро!
Заходит в роддом. Следом плетётся Сытин. Марго и Лиля приветствуют его.
МАРГО
Здравствуйте, Олег Андреевич!
САНИТАРКА ЛИЛЯ
Доктор Сытин!
Сытин механически кивнув, заходит в роддом. Марго и санитарка Лиля переглядываются.
26-50. ИНТ. РОДДОМ/РАЗДЕВАЛКА ИНТЕРНОВ. ДЕНЬ.
(ЕВГРАФОВ, СЫТИН, РАМИШ.)
Евграфов в прострации у своего шкафчика, в пижаме. Рассматривает фотографию матери. Заходит Сытин – не реагируют друг на друга. Сытин плетётся к своему шкафчику. Бросает на пол баул. Открывает шкафчик, начинает переодеваться. Заходит Рамиш – свежа, радушна. Идёт к своему шкафчику.
РАМИШ
Пацаны, привет!
Они не реагируют, но она не замечает «нереагирования».
РАМИШ
Скоро будете приглашены на свадьбу! Бабуля наша, похоже, отдаёт богу душу! Тьфу-тьфу-тьфу!
Рамиш плюёт трижды через левое плечо.
РАМИШ
Мишка, конечно, суетится… Дурак! Разбазаривает наследство моих будущих детей!
На «моих детях» и Евграфов и Сытин уставляются на Кашину с ненавистью. Она, опешивши:
РАМИШ
Вы чего?!
26-51. ИНТ. РОДДОМ/КАБИНЕТ НАЧМЕДА. ДЕНЬ.
(БЕЛЯЕВ, ПАНИН, МАЛЬЦЕВА, СВЯТОГОРСКИЙ, МАРГО, ЕВГРАФОВ, СЫТИН, РАМИШ, ЕЛЬСКИЙ.)
Беляев за «головным» столом. Остальные – кто где (за «совещательным», на диване).
БЕЛЯЕВ
В роддоме ЧП!
Все прыскают – памятуя о Толике (кроме Сытина – он погружён в себя). Беляев всех грозно оглядывает: «не о том, сволочи вы!»
БЕЛЯЕВ
Профессор возжаждала взять поступивший сахарный диабет под своё крыло!