Татьяна Солодкова – Огненный Зверь (страница 18)

Я молчала, и он продолжил:

– Мы все маги в широком смысле этого слова. У нас есть общие способности, мы можем применять заклинания и творить те самые «чудеса», но у каждого есть и свой особый дар, особенно сильный, не требующий затрат энергии, как второе «я». Мой дар – предвидение. Я вижу будущее. – Я открыла рот от удивления и возмущения: если он знал, что Акимову убьют, то почему не предупредил? Но Владимир Петрович предостерег меня от преждевременных возражений, подняв указательный палец. – Я не всегда вижу достаточно далеко вперед. Смерть Нины увидел за несколько мгновений до того, как это случилось. Мы уже не могли ничего сделать. Стали искать, кому же она передала Зверя. И сегодня я увидел, что они нашли тебя раньше нас. Видел, как они схватили тебя и бросили в машину. Ближе всех был Кир, и я послал его тебе на выручку.

– Стоп, с чего вы взяли, что это они? – все же возмутилась я. – На этих людях не было плащей.

– У всех господ есть слуги, – ответил мужчина спокойно. – Это были просто люди, а не члены их братства. Мы полагаем, что они не ожидали того, что за несколько дней Зверь успеет настолько вжиться в твое тело, что сможет брать его под свой контроль.

«Зве-е-е-ерь!» – мысленно воззвала я.

«Да тут я, тут», – голос сонный.

«Это правда? Обычно ты вживаешься дольше?»

«Бывает. – Мне показалось, он зевнул. – С тобой мы подходим друг другу идеально. Мне хватило часа».

Владимир Петрович не заметил, что я отвлеклась к внутреннему диалогу и продолжал:

– Мне очень жаль, что я увидел, что с тобой случится, так поздно. Кир едва не опоздал.

– А уж мне-то как жаль, – пробормотала я. В нос снова ударил запах паленой плоти. Я заметила, как Кирилл поморщился.

– Мы хотим помочь тебе, – продолжал Золотаревский. – Поверь, я знаю, каково это – обнаружить в себе нечто, с чем ты вынужден жить и не иметь возможности ни с кем ни поделиться, ни посоветоваться.

Я задумалась. Он был прав, и с этим не поспоришь. Я совсем одна. И кому могу рассказать о своей проблеме? Семье? Нет уж, увольте, не хватало еще и их подвергнуть опасности. Подругам? У меня нет настолько близких подруг, которые бы просто поверили мне, а не вызвали психиатра. Что ж, похоже, у меня не было выбора.

Кирилл почувствовал мои сомнения и кивнул Владимиру Петровичу, думая, что я не замечу. Но я заметила и одарила его ледяным взглядом.

– И что вы мне предлагаете? – поинтересовалась у хозяина кабинета. Кажется, пришло время поторговаться.

Пожилой человек улыбнулся, как если бы выиграл бой.

– Я предлагаю тебе работу. – Я удивленно вскинула брови. – Насколько я успел навести справки, ты потеряла свою прежнюю. – О как правильно это звучало. Не «ты уволилась», и не «тебя уволили». «Ты потеряла работу» – будто произошел несчастный случай. Я осторожно кивнула. – Я предлагаю тебе работу, пять дней в неделю ты должна приходить сюда, мы будем учить тебя самоконтролю и управлению с Зверем. За это ты будешь получать зарплату, ровно такую, как получала на предыдущем месте работы. А когда ты всему научишься и сможешь передать Зверя, то уйдешь.

Я не верила своим ушам.

– Вы будете платить мне деньги за то, что вы же помогаете мне?!

Батюшки, да он фанатик! В моем понимании слово «фанатик» было очень близко к слову «маньяк».

На этот раз улыбка мужчины была снисходительной.

– Девочка моя, – сказал он. – Я уже достаточно стар, чтобы знать цену деньгам и знать, как они необходимы в жизни. Я очень богат. Благодаря моему дару предвиденья, я накопил значительный капитал. Этих денег мне хватит еще на несколько жизней, а она у меня одна.

Я закусила губу. Все это казалось еще более нереальным. Мне готовы платить деньги только за то, что я приму помощь. Это было еще более неправдоподобным, чем то, что во мне живет Зверь, а я нахожусь в помещении с двумя магами.

– Так ты согласна?

Видимо, мое молчание затянулось.

– Кажется, у меня нет выбора, – признала я.

– Вот и славно. – Золотаревский откинулся на спинку кресла. – Ты должна понимать, мы не ждем от тебя внезапного доверия. Но очень скоро ты сможешь сама убедиться, что здесь тебя окружают друзья. Вот, держи. – Он протянул мне визитку. – Здесь номер моего телефона. Если у тебя возникнут дополнительные вопросы, звони в любое время, не стесняйся.

Это значит, что разговор закончен? Я заерзала в кресле. Все еще не могла поверить в реальность происходящего.

– А завтра… – начала я.

– А завтра ровно в девять утра – твой первый рабочий день. Мы будем ждать тебя. Завтра я познакомлю тебя со всем нашим коллективом.

Звучало многообещающе.

– Форма одежды? – серьезно поинтересовалась я. Это ведь работа, не так ли?

Владимир Петрович рассмеялся.

– Произвольная.

Я по-прежнему серьезно кивнула. Но от новой мысли меня снова пронзил страх.

– А эти ваши? Как их? Капюшоны?

– Они не сунутся так быстро, – немного подумав, ответил Владимир Петрович. – Они уже поняли, что ты не контролируешь Зверя, и будут ждать.

– И следить за мной?

– Возможно, – серьезно кивнул он. – Зверь ведь предупредит тебя?

«Естественно!» – обиженно загудел Зверь, будто кто-то сомневался в его способностях.

– Как только почувствуешь слежку, немедленно звони. Мы тебя защитим.

Я кивнула. Очень надеялась, что Черные Капюшоны поняли, что я совсем не контролирую Зверя, и решат подождать годика этак два.

– А это, – Владимир Петрович потянулся и достал из ящика стола зеленый кристалл размером с куриное яйцо, больше всего напомнивший мне кусок мыла, – положи у себя дома.

– Что это? – нахмурилась я, принимая странный предмет. Понюхала: совершенно без запаха.

– Это концентрированное заклинание защиты. Твой дом – твоя крепость. Как только заклинание растворится в твоей квартире, никто не сможет туда войти без твоего разрешения.

– А если попробует?

– Адская боль, – его голос прозвучал жестко. – Я не могу тебе гарантировать, что это подействует против Капюшонов, но излишняя предосторожность не помешает.

Я слабо кивнула, в голове был сумбур. Потом убрала странный предмет в карман.

– Ты можешь идти, – разрешил Золотаревский. – Подумай обо всем хорошенько. Уверен, до завтра у тебя появится еще много вопросов.

Я еще раз кивнула и встала с кресла. Покачнулась. Зверь, конечно, поддерживал мое тело в прекрасной форме, но стресс давал о себя знать. Как только оказалась в вертикальном положении, то поняла, что координация движений нарушена, а голова кружится.

Кирилл дернулся было, чтобы поддержать меня, но остановился, увидев, что я более-менее твердо стою на ногах, а может быть, вспомнив мою реакцию на его прикосновение.

– Кир, отвези Изольду домой, – попросил Владимир Петрович. – Не думаю, что ей сейчас показаны пешие прогулки.

Кирилл ничего не сказал и молча поднялся с кресла.

– Спасибо, – отрешенно пробормотала я и направилась к двери.

– Уже все? – встрепенулась Леночка в приемной. – Может быть, чайку?

Я отрицательно помотала головой и на ватных ногах прошла мимо нее к лифту. Кирилл последовал за мной.

– И у этой девчонки тоже способности? – пробормотала я, когда мы оказались в лифте.

– Конечно, – отозвался Кирилл. – Она владеет телекинезом. Пока довольно посредственно, но успешно учится.

– Конечно, – передразнила я и отвернулась. Лучше уж пялиться в покрытую трещинами стену лифта, чем смотреть в его уж слишком проницательные глаза.

Чувствовала, что меня снова начинает бить мелкая дрожь. Я очень хотела домой. Может быть, у меня еще и остались физические силы, но моральные были на исходе.

Мы вышли на улицу, и я с наслаждением подставила лицо под солнечные лучи. В этом старом здании я чувствовала себя как в склепе.

Прошли к машине, и Кирилл галантно распахнул передо мной дверцу. К такому я не привыкла. Хоть меня и потрясывало, у меня еще имелись руки и силы открыть дверь самой.

– Не стоило, – невежливо пробормотала я, но все же села в автомобиль.

Он обошел машину и тоже забрался внутрь. Сказал:

– Ты понравилась старику.