Татьяна Солдатова – По осколкам разбитого сердца (страница 49)

— Может просто пить меньше надо?

— Злая ты! Я ей душу на изман… изан… Черт! Выворачиваю, короче, а она…

Я замолчала, не зная, что ответить ему на это, при этом не ухудшив и без того непростые отношения между нами.

— Зачем ты так напился. Как ты завтра на работу-то пойдешь?

— Тебя только это волнует?

— Нет… Но в данный момент, меня беспокоит твое состояние. Ты не чужой мне человек. Я очень тепло к тебе отношусь, как другу…

Горький смех прервал меня на полуслове.

— Как другу? Даже когда мы занимались любовью, ты тоже испытывала ко мне дружеские чувства? А-а-а, прости, тогда я просто не знал, что так ты выражаешь свое дружеское участие…

— Не надо, пожалуйста, не порти, то хорошее, что у нас было.

— Было? Может будет еще?

— Нет, Майкл, уже нет… По крайней мере, не в том контексте, в котором хочешь ты, — поднявшись с кровати, подошла к окну и отдернула тяжелые портьеры, устремив свой взгляд вдаль.

— Ты одна?

— Что?

— Я спросил: ты этой ночью была одна?

— Не думаю, что ты имеешь право…

— Черт! Просто ответь мне: ДА или НЕТ! Неужели так сложно?

— Да. Одна… Стало легче?

— Намного… Спасибо, — и в телефонной трубке я расслышала вздох облегчения.

— Майкл, ложись спать у вас уже почти полночь.

— А если я приеду?

— Зачем? Разве мы не все выяснили?

— Для меня не все.

— Подумай, у тебя работа: пациенты, плановые операции, лекции. Не стоит этого делать. Если еще будет желание, то, когда я приеду, ты мне все выскажешь.

— Если ты не против, то я сам решу: стоит или нет мне приезжать.

— Тогда зачем спрашиваешь мое мнение на этот счет?

— Надеялся услышать радость в твоем голосе и приглашение.

— Услышал?

— Нет…

— Неправда, я очень рада тебя слышать.

— Но видеть не хочешь.

— To, что я сейчас хочу, так это закончить дела и вернуться…

— Ко мне?

— Нет… — протяжно выдохнула. — Домой.

Мы замолчали. Оба, прекрасно понимая, что разговор опять зашел не в ту сторону, причем не первый уже раз. Майкл не хотел принимать моего решения, я же больше не шла на попятную. Мне хотелось быть его другом, он же видел себя рядом со мной совершенно в другом качестве… Угол, в который мы себя загнали, так как не смогли донести друг для друга весомые доводы, объясняющие наши решения, это тупик… И выхода я не вижу.

— Малыш, я люблю тебя и очень хочу видеть… Так что… В ближайшее время буду, жди.

И отключился. А я смотрела на потухший экран телефона и не знала, что делать. Вчерашний разговор со Стасом о том, в каком статусе он хочет видеть себя рядом с нами… Возможный приезд Майкла, есть, конечно, надежда на то, что проспавшись, он придет в норму, но… Очень надеюсь, что сын будет самым адекватным из всей этой троицы. Плюнула на все и пошла в душ, будь что будет.

До обеда день пролетел очень быстро. Максимка занимался своими делами, с кем- то разговаривал, что-то делал, при этом незримо находясь рядом, и помогал, если мне требовалась эта самая помощь.

Так закрутившись в домашних хлопотах, я даже не сразу заметила то, что Стас появился на кухне. И, наверное, если бы он меня не окликнул, так бы и пребывала в состоянии задумчивости, медленно нарезая окрошку. Он стоял, прислонившись спиной к дверному косяку, с букетом лилий и конфетами. Обратил же внимание в прошлый раз, что эти конфеты мне понравились больше всех.

— Привет.

— Здравствуй.

— Я так понимаю, что на обед тебя с нами в ресторанчик вытянуть мы не сможем? — и улыбнулся, протягивая мне цветы и конфеты.

— Спасибо. Нет, обедать с вами не пойду, — и, забрав цветы у Стаса, пошла за вазой, на ходу бросая: — А конфеты, положи на стол, пожалуйста.

Решив вопрос с цветами, я вернулась к своему прерванному занятию.

— Не знаю, стоит тебе предлагать или нет, вы, вроде как в ресторан идете.

— А ты предложи и узнаешь.

Стас отодвинул стул и сел, вольготно устроившись на нем, не отрывая при этом от меня пристального взгляда.

— Сегодня испекла курники, будешь?

— Не откажусь.

— Тогда возьми, пожалуйста, сам вон под тем полотенцем. Минут десять назад только достала из духовки. Так что имей в виду, они горячие. Чай если нужен, наливай. Кстати, а где ребенок?

— Встретил меня, проводил к тебе и убежал, попросил дать ему минут пять завершить своих дел.

Я промолчала, лишь кивнув на это, наблюдая, как он самостоятельно хозяйничал на кухне. Но самое удивительное, что он не смотрелся здесь чужеродно… Вот он насыпал растворимый кофе в кружку, налил кипяток, взял блюдце, положив на него курник, и уселся опять напротив меня, с аппетитом жуя пирог. При этом все так органично и естественно, словно он каждый день тут бывает.

— М-м-м, очень вкусно. Спасибо, а то я сегодня не завтракал, голодный как волк.

В этот момент к нам присоединился Максимка, прекрасно расслышав последнюю фразу отца. Окинул нас нечитаемым взглядом и улыбнулся.

— Я готов.

— Максим, подожди минутку, я доем.

— Хорошо, вы не спешите, — и перевел взгляд на меня. — Мама, а, может, мы все вместе дома пообедаем? А то видишь человек совсем голодный, вдруг не доедем… Да и дорого это каждый-то день питаться в ресторанах. Как ты говоришь, накладно для кошелька. Может, сэкономим, а?

Стас не вовремя решил ускориться, чтобы доесть свой курник, так как на середине монолога ребенка он им подавился, а Максим как заботливый сын, похлопывая его по спине, продолжал добивать, считая деньги… Причем даже не свои…

— Лера, можно воды? — сипло попросил Филатов, когда все-таки смог прожевать.

Молча подала то, что меня попросили, со стороны наблюдая, как они смотрят друг на друга: у одного ошарашено-вопросительный взгляд, а у другого — полный уверенности, что он прав…

— Мам, ну, так что скажешь? И тебе будет не скучно одной.

Не стала расстраивать ребенка, что одной мне не бывает скучно. Лишь улыбнулась.

— А у меня-то ты что спрашиваешь ответ на этот вопрос, не я тебя в ресторан должна была везти.

— Макс, ты сомневаешься в моих финансовых возможностях? — попытался прояснить ситуацию Стас. — Так можешь не переживать, у меня в этом плане все в полном порядке. И обеды с тобой меня не разорят.

— Нет, что вы, я не сомневаюсь ни капельки в вас, но экономия же еще никому не мешала, правда? Или вы не хотите обедать вместе с моей мамой? — и взгляд при этом такой наивный и улыбка во все тридцать два зуба.

— Я очень хочу обедать и с твоей мамой и с тобой… Все в вместе.