Татьяна Смыслина – Нормальная женщина (страница 13)

Первая запись появилась в 11:30. «Избежала ДТП». Когда Таня выезжала с территории базы, она уронила под сиденье автомобиля телефон. И когда доставала его, чуть не въехала в сборную по волейболу. После чего отправилась «жить своей обычной жизнью».

Утром следующего дня Таня явилась к кардиологу с заполненным бланком и «холтером». Врач пробежалась глазами по бланку и приподняла гуталиновые брови.

– А что за ДТП у вас тут чуть не произошло?

– Да так; отвлеклась, чуть спортсменов ваших не задавила, но они вовремя разбежались. Реакция у них хорошая, и скорость тоже.

Таня хотела было рассмеяться, но наткнулась на ледяной взгляд кардиолога.

– «14:00. Нападение крысы»?

– По магазинам мебельным ходила, решила перекусить. А там кафе такое интересное, на территории бывшего стекольного завода. Я вообще люблю всё аутентичное. – Таня в упор посмотрела на доктора. – Сижу за столиком, чувствую – что-то пушистое обтёрлось об ногу. Думала, кошка прошла. А потом это «что-то» прыгнуло мне на ногу.

Таня заметила, что кардиолог приподняла обе ноги с пола.

– Надежда на то, что это была кошка, улетучилась, потому что пушистое вскоре перетекло в непушистое. Понимаете? Я никогда не встречала пушистых кошек с лысыми хвостами. Из всех известных мне млекопитающих только крысы и бобры заканчиваются непушисто. Но бобры не живут в центре Москвы. Это была крыса. И она сидела у меня на ноге и обтирала меня своим лысым жёстким хвостом.

Кардиолог сморщилась и замахала руками. А Таня продолжила:

– У меня «холтер» чуть не разорвало. Он за всё своё существование никогда, наверное, такого не регистрировал, ни у одного спортсмена. Но только это не всё ещё! Крыса оказалась самцом.

– Это вы по хвосту поняли?

– Это я поняла по тому, что было под хвостом. Понимаете, у нас в школе живой уголок был, и там крысы жили. А мальчик, которому я сильно нравилась, взял и обтёр меня как-то самцом крысы о щёку. Мы с девочками тогда этого крыса ему в штаны запустили. Уж не знаю, удалось ли ему самому после этого стать самцом. Но крыс, особенно самцов, я с тех пор прям совсем не люблю.

– Переволновались?

– На стол залезла, а потом отмывала ногу мылом в туалете. В общем, так и не поела.

– Так, дальше у вас записано «15:00. Удар током». Это из-за ремонта?

– Нет-нет. Не током, а лазером, но это как током, только хуже.

Кардиолог подозрительно прищурилась и потребовала разъяснений. Таня вздохнула и подчинилась.

– Иду после несостоявшегося обеда по территории бывшего завода, вижу: вывеска «Тату-салон». А я давно хочу свести татуировку у себя на шее. Ошибка юности, знаете. Странная водоросль, на которую регулярно смотрит мой муж. Он даже как-то сказал: «Тань, убрала бы ты её, а то я каждый раз пугаюсь в самый ответственный момент». Ну я и зашла. А там акция! Первая процедура в подарок, если покупаешь потом несколько сеансов.

– А зачем вы с «холтером» туда пошли?

– Так мне сказали: это абсолютно безболезненно. Я была уверена, что раз уж я вытерпела её нанесение, то сведение вообще без проблем пройдёт. Но с первым же выстрелом меня так пробрало, что сопли потекли. Аппарат ваш аж загудел. Наверное, опять экстрасистолы были. Через пару выстрелов я поняла, что моя татуировка не так уж плоха…

– А в 18:15 на вас «упала бутылка»?

– Да. День такой стрессовый был, я в свою любимую винотеку заехала. А там полки дубовые до потолка. Потянулась за портвейном… Он, говорят, для сердца полезен, а я поддержать хотела сердце. В общем, потянулась за портвейном и уронила бутылку хереса.

– Разбили?

– Да нет, поймала. Но сердце чуть не остановилось.

– Потом вы смотрели телевизор…

– Да, «Почему женщины убивают», сериал такой. И сердце лечила. Портвейном.

– У вас тут в «22:30. Физическая нагрузка». Уточните?

– Не знала, как записать… Пришёл муж, увидел на мне «холтер» и говорит: «Пойдем, сердцу надо давать нагрузку».

Через два дня Таня пришла за расшифровкой показаний «холтера». Кардиолог с порога объявила, что такого количества экстрасистол не видела даже у ветеранов спорта. А потом упрекнула:

– Я же вас попросила жить своей обычной жизнью. И это ваш обычный день?

– День как день, – пожала плечами Таня. – Ремонт закончу, и сердце успокоится. Главное – на вашу спортивную базу больше не ездить.

Крем-брюле

Недалеко от Музея Востока, куда так любила ходить Таня, услаждал гурманов артишоками и пастой модный столичный ресторан. Таня давно хотела там пообедать и даже пару раз заходила, но зал всегда был полон. Тане было некомфортно: слишком шумно, столы стояли очень близко друг к другу. А открытая кухня, занимавшая добрую половину зала, добавляла ещё больше суеты, звуков и запахов.

Но однажды Таня засмотрелась в Музее на очередные шедевры мирового искусства и настолько оголодала, что готова была поесть даже «в том многолюдном месте за углом».

– Вы бронировали? – спросила хостес с порога.

– Нет, – ответила Таня и оглядела зал. Обеденное время уже прошло, и половина столиков были свободны. Таня облегчённо вздохнула.

– Тогда могу предложить вам столик с ограничением по времени на полтора часа, – монотонно проговорила девушка и повела Таню к столику.

В таких случаях Тане всегда было интересно: что, если она закажет обед из трёх блюд и не успеет доесть, к примеру, штрудель, а время уже истечёт? Тогда хостес, наверное, подойдёт и скажет: «Ваше время истекло, штрудель мы вам упаковали с собой, доедите на лавочке у ресторана. Вон там специальные места для тех, кто не уложился в положенное время». Или Тане штрудель всё-таки вынесут, но будут смотреть говорящими глазами: «Жри быстрее свой штрудель, корова, закрывай чек и вали. Сидишь ты тут час с лишним уже!»

Тане выделили столик в центре зала. Не успела она пробежаться глазами по меню, как чей-то приятный баритон промурлыкал:

– Здравствуйте, меня зовут Артём. Позволите помочь вам с выбором?

Как слепые в большей степени ориентируются на слух и запах, так и Таня с введением масочного режима стала больше внимания обращать на голос. Она подняла глаза и наткнулась на физиономию Артёма в маске. Маска, конечно, мешала составить полноценную картину, но лёгкая картавость и проступающий рельеф его мышц под белоснежной рубашкой дополняли образ.

– П-позволю, – запинаясь, сказала Таня. Обычно она легко справлялась с этим сама, но вспомнила про отведённые ей полтора часа и решила принять помощь Артёма. Вдруг она запутается в форме макарон или перепутает карпаччо с капрезе, а артишок с каперсом и потом придётся доедать это всё на лавочке?

Артём играл мускулами и ждал возможности продемонстрировать свою клиентоориентированность.

– Помогите, – выпалила Таня и пристально посмотрела на Артёма.

– Есть какие-то предпочтения? – осторожно спросил он.

– Артишоки. Я предпочитаю артишоки.

Артём открыл было рот, чтобы рассказать, как у них в меню представлены артишоки, но Таня его опередила:

– Только свежие, без чесночного масла, трюфель не класть.

Повисла пауза. Артём аккуратно спросил, как Таня относится к пармезану.

– Умеренно положительно, – ответила Таня и с некоторым вызовом посмотрела на официанта.

– Тогда позвольте предложить вам карпаччо из артишоков, грибов портобелло, с добавлением пармезана, пюрированных каперсов и свежайшего оливкового масла.

– Каких каперсов?

Таня прекрасно поняла, что каперсы будут пюрированные. Но Артём не выговаривал букву «р» – это слово в его исполнении звучало довольно забавно.

– Пюхихованных, – без смущения повторил Артём и как-то особенно внимательно посмотрел на Таню.

Сокращать дистанцию и вводить людей в краску были самыми часто практикуемыми ею «запретными удовольствиями».

– Вы так… красиво произносите это слово, – Таня сделала вид, что смущена. – Прям как какой– нибудь шеф Вивьен из французской провинции.

– Ну конечна, я же не выговаривать буква «р», – подыграл ей Артём.

«Надо же, не дурак», – подумала Таня и уткнулась в телефон.

Карпаччо из артишоков принесли довольно быстро. Артём сообщил, что трюфельное масло в нём специально для Тани заменили на обычное, оливковое, а пармезана добавили меньше положенного. Он не отходил, пока она не попробовала блюдо. Таню несколько смущало внимание Артёма, поэтому, чтобы поскорее избавиться от него, ей пришлось закатить глаза, изображая экстаз.

Карпаччо действительно оказалось на высоте. Оно было вкусным настолько, насколько могут быть вкусными сырые грибы и соцветия нераскрывшихся цветов, залитые маслом. Да и Артём так старался угодить, что Таня под его пристальным взором съела всё до последнего листика. А он стоял за колонной и не спускал с гостьи глаз.

«Вот это сервис, – изумилась Таня. – Каждое движение ловит».

На второе она заказала ризотто с печёными перцами и снова с артишоками. Таня где-то вычитала, что они очень полезные, и старалась не упускать возможности причинить себе пользу. Однако с ризотто всё вышло не так гладко. Перцы и артишоки Таня съела, но осилить рис не смогла.

То ли карпаччо заняло в её желудке слишком много места. То ли ей оказалось сложно наслаждаться едой, будучи объектом «повышенного сервиса» Артёма. А может, всё дело в том, что Тане не понравился соус. Она съела чуть меньше половины и решительно отодвинула от себя тарелку.

– В чём дело? – осведомился моментально возникший рядом со столиком Артём.