Татьяна Смит – За туманной гранью (страница 7)
Дед и отец лишь хмыкнули, а я скрестила руки на груди.
– Ладно, это потом… – дед махнул рукой и, коснувшись кольца, вызвал бытовиков.
Они примчались быстро, всё локализовали и скрылись. Теперь здесь чистота и нет моей любимой ниши. И где я буду читать книги? Мама рассказывала, что эта ниша тоже была её любимым местом. И вот что теперь ей сказать?
Ну ладно, это потом. Дверь – вот что сейчас интересно, и, похоже, не только мне, ведь отец и дед смотрят на неё так же задумчиво, как и я. Но им не дали долго постоять: кольцо деда вспыхнуло, и он, нахмурившись, сказал:
– В Империи и Королевстве Огненных Драконов тоже появилась дверь… – он резко замолчал и повернулся ко мне.
– Я ни при чём, – поспешно ответила я.
Их взгляд был более чем красноречив.
Они, развернувшись, направились на выход. Я уж было обрадовалась, что наедине поизучаю эту дверь, но… они, подхватив меня под мышки, выволокли из библиотеки и строго-настрого наказали отправляться в свои покои и побыть пока там.
Да они издеваются! Как можно сидеть там, когда дверь здесь?!
– Элли, я понимаю твой интерес, но всё же дождись нас, и мы вместе всё решим, – проговорил отец, видя, как я смотрю на вход в библиотеку.
Я перевела взгляд на него и, не сказав ни слова, направилась в свои покои.
Пока шла, образ двери не выходил из моей головы.
Почему на карте замка нет упоминания об этой двери? А я ведь её вдоль и поперёк изучила. Знала многие закуточки замка, о которых не догадывались другие. Только вот то были обычные ниши, скрытые от глаз, а тут целая дверь, да ещё и с печатью.
Ну точно там что-то есть интересное! Иначе зачем бы кому-то понадобилось замуровывать эту дверь за стену? Правильно, чтобы что-то скрыть!
С тех пор как эта дверь появилась, я была у неё частой гостьей, а точнее сказать, просто молчаливым наблюдателем. Наблюдала, как отец, мать и оба деда пытаются разгадать эту загадку.
Вот сегодня пришли даже король и королева огненных драконов – Райго и Аина Янар, с принцессой Талирой.
Вот мы и стояли втроём – я, мой брат Дамиан и Талира – и наблюдали за старшими, как те пытаются решить эту загадку. Не получалось пока ни у кого. Печать стоит на всех дверях – и в огненном королевстве, и в Империи. Печать та же, только с вплетённой магией своего места и плюс ещё чем-то.
Что же там такое скрыто? Что так надо прятать, а главное, сколько она там была замурована? Сотни тысячелетий?
– Как думаете, что там может быть спрятано? – спросила Талира, взяв меня за руку. Я, не глядя на неё, ответила:
– Что-то очень важное и нужное…
Брат вздохнул и добавил:
– Что бы там ни было, Элли, без моего ведома не ходи к этой двери и уж тем более не заходи внутрь…
Я усмехнулась:
– Да ладно тебе, Дамиан, я уже не маленькая и могу постоять за себя. Да и что может произойти в нашей же библиотеке? Там, скорее всего, лежат старинные книги с нужной информацией и… – договорить брат не дал.
– Вот поэтому и прошу не бежать одной сломя голову внутрь, когда дверь откроют!
Что ж, брат меня знает очень хорошо. Потому, чтобы он от меня отстал, пришлось пообещать, что не побегу сломя голову, когда откроют дверь. Главное, чтобы вообще смогли открыть, а дальше будет видно.
Взглянула вновь на дверь. Она вызывала во мне что-то сродни предвкушению от встречи с чем-то новым, отчего моё тело мелко подрагивало.
Следующий день начался как обычно. Завтрак и дорога в библиотеку. Я только зашла, думая увидеть здесь, как всегда, отца и деда, которые позавтракали раньше обычного. Но здесь не было никого.
Тихо прошла вглубь и остановилась возле двери, рассматривая её.
– Что же ты там хранишь?
Коснулась пальчиком одного из камушков, очертила его контур. Яркий красный камень призывно сверкнул, и я отдёрнула руку. Они, конечно, все тут помаленьку светились, но этот как-то зловеще вспыхнул.
– Странно это как-то, – прошептала я и прошлась взглядом по остальным камням. Лишь один не светился сейчас – голубой. Похожий на лёд.
Моя рука сама потянулась к нему. Стоило мне прикоснуться, как он вспыхнул ослепительно-ярко, и я инстинктивно попыталась отшатнуться, но не смогла – рука будто приклеилась к камню. Затем он начал обрастать льдом. Я на секунду замерла, с ужасом рассматривая появившийся чужеродный ледяной рисунок, а потом резко дёрнулась, когда этот лёд коснулся моих пальцев и начал перебираться на меня. Судорожно пыталась отдёрнуть свою руку, но ничего не выходило.
Этот лёд уже дошёл до локтя и, видимо, не собирался останавливаться. Узор в виде множества снежинок продолжал ползти к моему плечу.
Осторожно прикоснулась второй рукой, боясь, что и на неё переползёт этот лёд, но ему будто не нужна была эта рука, он целенаправленно полз вверх по правой.
Поняв, что левой ничего не будет, я ухватилась за правую и сильно потянула её от двери. Не помогло. Даже упёртая в дверь нога не дала результата.
«…Без моего ведома не ходи к этой двери…» – пронеслись в голове слова брата.
И я напугалась.
И почему я опять не послушала брата?
Потому, пусть лучше я буду наказана, но живой…
Мысленно позвала отца. Он отозвался быстро, и буквально через минуту я уже слышала его быстрые шаги в коридоре.
– Папа! – крикнула я и застонала: лёд перешёл уже не только на грудь, но и на лицо. Кожу тут же начало покалывать, будто в неё впивались тысячи мелких иголочек.
Шаги показывали, что отец уже бежит ко мне. Попыталась взглянуть назад, но не получилось… Правая часть моего лица и шеи стала словно неподвижный камень.
Тело начало трясти, и не понять, то ли от страха, то ли от холода, который исходил ото льда и проникал в моё тело всё глубже и глубже. А может, всё вместе? Ведь правая половина моего тела была уже покрыта льдом. Я чувствовала холод всем телом, даже обувь не спасала.
Взглянуть на себя уже не могла, но ощущала, что ровно половина моего тела сейчас во льду.
– Элли! – отец оказался рядом, быстро оценил ситуацию и, схватив меня за руку, попытался отдёрнуть её. Я лишь застонала.
– Боль… но… – еле смогла выговорить я, покрытые льдом губы отказывались двигаться.
Отец ругнулся на мамином языке и попытался втянуть лёд в себя. Лёд его всегда слушался, но, видимо, не в этот раз…
– Ну же… Чёрт тебя подери! Убирайся от моей дочери! – рявкнул он.
Я выдохнула, почувствовав резкий толчок изнутри, и моя рука отлепилась. Успела только улыбнуться левой стороной губ и начала падать. Папа успел поймать меня.
– Элли… – взволнованно кричал он, заглядывая мне в глаза и что-то говоря в своё кольцо, но я уже не понимала ничего, а потом потеряла сознание.
Проснулась я в своей кровати и с удовольствием потянулась. Всё тело затекло, будто я тут неделю провалялась, а не ночь.
Попыталась сесть, но мама, которая сидела на диванчике у подножия кровати, не дала мне подняться и снова уложила на подушку.
– Тише-тише, не спеши! – она заглянула мне в глаза, проверила лоб и присела на краешек кровати. – Как себя чувствуешь? Где-то болит? – взяв мою руку, она чуть поглаживала её, а взгляд бегал то по моему лицу, то по моим волосам.
Будто мама не знала, куда смотреть.
– Мама, что произошло?
– Ты не помнишь?
Я откинулась на подушку, глянула на потолок, а потом вспомнила…
Дверь, камень и лёд, пробирающий до костей. И лёд этот был не такой, как обычно… Исходящий от него холод был какой-то более зверский.
Меня передёрнуло от воспоминания того холода, и моё тело тут же покрылось мурашками. Я закуталась в одеяло посильнее.
– Ты потеряла сознание и пролежала так две недели, – продолжила мама.
– Что? – я вновь подскочила на кровати, холод сразу забылся. – Две недели? Что со мной вообще было?
– Не знаю, дочка. Отец и дед выясняют. Но…
– Что «но»?