Татьяна Силецкая – Военный билет. Часть восьмая. "Железный крест" (страница 3)

Убито и умерли от ран 4853 человека;

Ранено и контужено 13 590 человек;

Обморожено 234 человека;

Пропало вез вести 2743 человека

Итого боевых потерь 21 420 человек, в то числе комсостава 1478 человек

Другие потери:

Заболело 338 человек.

Всего потерь 25 497 человек.

Большие потери последней декады декабря объяснялись напряженными боями на Красноборском направлении».

Из журнала боевых действий 55 армии Ленинградского фронта:

«Данные о количестве активных штыков на 30 декабря 1941 года:

70 стрелковая дивизия -171 человек;

90 стрелковая дивизия – 430 человек;

56 стрелковая дивизия – 203 человека.

Всего по армии активных штыков – 5 376 человек».

Так закончился горький 1941 год. В 70й стрелковой дивизии 55 армии Ленинградского фронта остался 171 активный штык, то есть «боец, способный с оружием в руках и криком «ура!» идти в атаку».

По численности потерь две полноценные дивизии 55 армии остались на зимних полях декабря 1941 года.

Декабрьские потери 55 армии были велики, но надо отметить, что и враг уже явственно ощущал нехватку личного состава. На линии соприкосновения с защитниками Ленинграда число выбывших из строя солдат противника доходило до 60%.

Можно, наверное, допустить, что морально и материально Германия, на которую работали все ведущие заводы Европы, могла быть готова к потери техники, перерасходу горючего, но латать дыры в строю уже в конце первого года войны было очень непросто, а семьям, отправившим родных на войну с Россией, вести с Восточного фронта настроения на поднимали.

Из военного дневника генерал-полковника Франца Гальдера:

«Потери с 22 июня по 31 декабря 1941 года:

ранено – 19 016 офицеров,

унтер-офицеров и рядовых – 602 292;

убито – 7120 офицеров,

унтер-офицеров и рядовых – 166 602;

Итого потеряно 26 755 офицеров и 804 148 унтер-офицеров и рядовых.

Общие потери сухопутных войск на восточном фронте составляют 830 903 человека, то есть 25,96 % численности всех сухопутных сил на Востоке (3,2 млн. человек)».

С «Ладожских сражений», как их называли гитлеровцы, из группы армий «Север» не возвращался каждый третий. Победоносный «удар молнии» явно затягивался, а обещания гитлеровской верхушки покончить с Россией до зимы были похоронены и забыты.

Из военного дневника генерал-полковника Франца Гальдера:

«Решения, принятые фюрером (во время доклада начальника генерального штаба сухопутных войск) 2 января 1942 года:

…Группа армий «Север»:

2я армия не должна отходить. Район вклинения противника на Оке следует уменьшить путем нашего наступления. Локализация прорыва у Боровска».

Приказы Гитлера, запрещающие отступление уже переставали исполняться даже самыми дисциплинированными генералами «старой школы».

Из мемуаров Хассо Г. Стахова «Трагедия на Неве»:

«Вернемся в ужасный временной отрезок германо-советской истории.

К концу декабря 1941 года в сухопутных войсках Германии из строя был выведен каждый четвертый солдат.

8 января 1942 года генерал-полковник Гепнер отдал приказ на отвод двух обескровленных, наполовину обмороженных корпусов своей танковой армии. Сделал он это вопреки четко выраженному приказу Гитлера».

Из военного дневника генерал-полковника Франца Гальдера:

«3 января 1942 года.

В ставке фюрера снова разыгралась драматическая сцена. Он высказал сомнение в мужестве и решительности генералов.

В действительности же все дело в том, что войска просто-напросто не могут больше выдерживать морозы, превышающие 30 градусов».

Действительно, температура воздуха в январе 1942 года на Ленинградском фронте достигала рекордных отметок.

Из журнала боевых действий Ленинградского фронта:

«Погода – от минус 28 до 33 градусов»

Но и ряды защитников Ленинграда «Генерал Мороз» прореживал не менее эффективно, чем артиллерия противника.

Из журнала боевых действий 55 армии:

«… Случаи обморожения в частях армии, причем последние не только не снижаются, а по сравнению с декабрем (последней декадой) даже увеличились, причем более 70 % случаев пали на обморожение первой степени и лишь единичные на случаи третьей степени».

Из журнала боевых действий 55 армии Ленинградского фронта:

«На остров Готланд прибыла рота, вышедшая 3 января 1942 года из Ловенсаари. По пути погибло 18 человек, в том числе командир роты и один командир взвода. Прибыло 82 человека, из них 27 с обмороженными ногами»

Враг тоже мерз, но его пищевой «рацион» был несравним с «выдачей» пайка бойцам 55й армии. Гитлеровцы в письмах к родным жаловались, но жаловались только на морозы и «упрямство русских», а продовольственное снабжение войск фон Лееба жалоб не вызывало и продолжало держаться на должном уровне.

Из книги Вольфганга Буффа «Под Ленинградом. Военный дневник»:

«1 января 1942 года.

Наш новогодний вечер был простым и скромным…

Сегодня в дополнение к гороховому супу были абрикосы. Радует, что даже в нынешних условиях у нас хорошее снабжение. Вновь, несмотря на транспортные сложности, точно в срок из Риги были доставлены водка и латвийский шнапс…

Из книги Вольфганга Буффа «Под Ленинградом. Военный дневник»:

«4 января 1942 года.

Продовольственное снабжение здесь достаточное. Так что не надо мне присылать продуктов, тем более тех, что у вас по карточкам. В сегодняшних условиях это действительно не нужно»

Тем не менее, наш хорошо питавшийся противник в январские морозы намеревался поставить войну на паузу.

Даже сытый здоровый тепло одетый человек с трудом переносит длительное нахождение на тридцатиградусном морозе при повышенной влажности воздуха и сильных порывах ветра. Каково же приходилось истощенным защитникам города…

В строю 70й стрелковой дивизии оставались единицы бойцов, способных идти в атаку, а пополнение из ленинградских госпиталей, области и самого города не могло влиться в строй без длительного лечения и восстановления сил.

Хотя фронтовой паек с конца декабря 1941 года не намного, но увеличился, обеспечить истощенных солдат достаточным питанием не представлялось возможным.

Из отчета по санитарной службе 55й армии Ленинградского фронта:

«Количество заболеваний в частях и подразделениях армии, связанных с недостатком питания, нарастало в декабре (1941года), и в январе-феврале 1942 года достигло своего максимума».

На истощенные голодом, холодом и непомерными нагрузками организмы воинов 55 армии навалилась еще одна напасть – цинга.

Из отчета по санитарной службе 55й армии Ленинградского фронта: