Татьяна Шохина – И снова в Москве (страница 2)
Я стояла, открытая всем ветрам, в неизвестном для меня уголке Москвы. Навстречу мне ехал поток машин, но никто не останавливался. Т.е. останавливались только желтые машины – таксисты, или те, которые спрашивали денег. Делать было нечего, оставалось только ждать. Я присмотрелась вокруг, и поняла, что да, я знаю это место. Тот универмаг, который стоял напротив меня за перекрестком, я точно проезжала, когда ехала из аэропорта Домодедово в Москву на автобусе. Точно. Теперь я стояла уже спокойной, так как в пространстве я уже ориентировалась сама – значит центр точно вот в той стороне, и стою я совершенно правильно.
Остановилась машина, и я сказала, что мне до Каширки. Водитель сказал: «Садись!», и я села. Мы поехали, и я чувствовала себя победительницей – после того хама, который меня пригласил в этот район, а потом развернул, я имела право поехать на машине и посмотреть на ночную Москву. Конечно, у меня были смутные сомнения, что это тоже такси, машина была серебристого цвета, но на ней были нарисованы квадратики, но водитель согласился меня подвезти, когда я объяснила ему, что я еду автостопом. Его машина, хотя и была с квадратиками такси, скорей всего была очень хорошей марки, потому что ход был необычно плавный, и ехать было необычайно комфортно особенно после той серой безысходности в подземке. Я решила просто наслаждаться Москвой.
Мы ехали по этому району, в строительстве которого принимала когда-то активное участие моя мама. Да, даже на Красногвардейской, когда я выходила из метро, был барельеф, что-то вроде Мир-Труд-Май, или Слава Труду, что-то вроде того. А сейчас я подвергаюсь таким унижениям из-за этого, что все время трудилась, и каждый маменькин сынок, в том числе и Сережа Рыжий, попрекает меня в этом, обзывает служанкой и так далее. В общем, противно все это, и ужасен этот лик Москвы…
Итак, я ехала по району и наслаждалась. Вокруг были какие-то огромные дома с подсветкой, огромные открытые пространства, и даже вкрапления домов из 80-х выглядели не такими покрытыми пылью, как в других частях Москвы. Я радовалась, что выбралась из дому, и своему путешествию. Я плохо знала этот район, но он мне благоволил в любом случае, потому что был построен моей мамой. Мы ехали долго где-то минут 15, и наконец-то выехали на какой-то проспект. Я огляделась и узнала место. Это была набережная Москвы-реки, и когда-то я ездила сюда также автостопом, что со мной редко случалось. Еще я узнала здание поликлиники – сюда тоже я ездила когда-то сдавать анализы, но это все было как будто в прошлой жизни. Мы проехали МИФИ, и вот уже за этим институтом должна быть Каширка.
Я попросила остановить рядом с подземным переходом. Водитель завернул от основной трассы и остановился. Я поблагодарила его и направилась в подземный переход. Подземный переход был пустым, и я прошла сквозь него, и на другой стороне увидела аптеку. Постояв немного в аптеке, я перешла через дорогу и опять подняла руку. Здесь рядом с Каширкой, как я уже сказала, местность я знала хорошо, и была уверена, что успешно доеду до дома. И действительно, после неудачных машин, остановился парень, который согласился подкинуть меня до Варшавки – Варшавского шоссе. Я села в машину и мы поехали.
Парень был достаточно молодым – ему было где-то лет 28 самое большее. Сначала мы сидели молча, но потом я спросила, куда он едет, он сказал, что таксует иногда по вечерам, просто чтобы прогуляться по Москве, а вообще сам живет в Видном и имеет хостел в районе Домодедовской. Меня заинтересовал его бизнес. Вообще-то может пригодиться, и я на всякий случай взяла его телефон. Да уж, молодые люди сегодня гораздо чаще могут оказаться более продвинутыми, чем мы «старички». Он рассказал, что снимает третий этаж какого-то торгового центра, сделал там ремонт вместе со своим братом, и уже как год у него там хостел с разными номерами от шестиместных с двухэтажными кроватями до немного более дорогих – с двумя кроватями, Но что у него действительно номера с хорошими кроватями – как в гостинице. Он показал мне фотографии. Цена была небольшой – тем более что можно было снимать двухместный номер на сутки. Молодец, вообще конечно… Он довез меня до Нахимовского проспекта, как мы и планировали, но я попросила, пока он записывал мой номер, подкинуть меня до следующей станции, он подкинул – почему бы и нет. Дальше это бы уже выглядело навязчиво, и я вышла из его машины.
Мне оставалось преодолеть всего один переезд, который в принципе я могла пройти и пешком, но сейчас мне этого делать явно не хотелось. Я вышла из его машины и гордо пошла вперед по улице в мою сторону. Здесь в принципе доехать уже было не проблемы, но мне не хотелось поднимать руку сразу, чтобы он увидел, что мне ехать еще надо. Что он не до конца меня довез. Я прошла немного вперед, потому, что он мог остановиться, как он это и сделал сначала около метро, чтобы подождать там новых пассажиров, но вскоре я увидела его машину, как он вывернул оттуда, и поехал обратно, откуда приехали мы вместе. Я прошла еще не много вперед и подняла руку.
Где-то минуту-другую и остановилась машина, я сказала, что мне нужно до перекрестка, водитель сказал: «Садись», и я села в машину. Мужчина, который вел машину, был старше меня где-то лет на 10. Я думаю, что он был где-то ровесник Хабенского, и это было поколение людей, которым нравилось путешествовать, открытое к новому ветру. Явно этот человек любил в молодости ходить с палаткой куда-нибудь в горы – Памир и Тибет, а сейчас может быть ездил если хватало денег в Тайланд, чтобы поваляться там, на солнышке, с парой-тройкой дружков месяцев на пять-шесть – поджарить на солнце живот и попить какое-нибудь местное питье. Явно это был представитель молодежи 70-х, тех, кто обожал рок-концерты, и скорей всего сам имел рок группу или что-то вроде того. В машине висел и болтался перед окном какой-то пуховой дед. В общем весело… Я была уверена что мне помогут и когда мы доехали до перекрестка он с радостью подбросил меня еще почти что до самого дома. Он ехал до Подольска, где купил квартиру в микрорайоне Шипчинки. Я рассказала, что тоже жила в Подольске, но в Кузнечиках. Оказалось, он купил квартиру за столько же, за сколько это стоило у меня в Кузнечиках. Разговаривая таким образом, мы приехали на место, и я, поблагодарив его, вышла почти что рядом с моим домом.
Я поднялась на горку, где стоял мой дом, и почему-то решила зайти в магазин купить шампанского – «Гулять – так гулять!». Раз уж я расколола свою заначку и пошла вечером в бар, что же делать, можно потратить еще немного, правда ведь? …
Азиз
Я вошла в 24-х часовой магазин и купила бутылку шампанского. Я заплатила, обернулась и увидела своего недавнего знакомого – того что пару дней назад хотел со мной погулять, и который так напоминал мне Сережу Черного, парня из моего микрорайона, в которого я была сильно влюблена несколько лет назад. Мой знакомый в прошлый раз предлагал мне поехать со мной в Солнцево на такси. Сейчас он выбирал что-то с мясного прилавка, и в руках у него была бутылка коньяка. Меня похоже он не заметил. Я расплатилась и вышла из магазина. Можно было расплатиться и пойти домой, но я решила подождать и посмотреть, что он будет делать, когда выйдет, и узнал ли он меня. Он вышел из магазина, и, к моему большому удивлению, окликнул меня, и подошел прямо ко мне. Его звали Азис, он сказал, что помнит меня. Он стал звать меня к себе распить бутылку коньяку, которую он держал в руках. Похоже, он уже что-то уже выпил, но мне было скучно, и я решила не отказываться. Я сказала, что пойду, если у него есть там еще чего-нибудь закусить. Он сказал, пойдем, купим, я сказала, хорошо, и он пошел в магазин покупать мне колбасу. Я осталась ждать его снаружи, но потом зашла внутрь, и увидела как к нему пристает продавщица. Он действительно был очень красивый – в духе Сережи Черного, с такими же потрясающими черными глазами. Продавщица, смеясь, говорила ему что-то вроде: «Когда же ты вернешь деньги?», а он с серьезным видом выбирал для меня колбасу. Ему что-то не понравилось на мясном прилавке и он ушел вглубь магазина. Я подумала, что он там будет искать – майонез что-ли, но он через пару минут вышел оттуда с какой-то колбасой. Он выбрал уже упакованную колбасу – вместо того чтобы покупать вразвес. Оказалось, что, хотя она выглядела маленькой, – стоила она прилично. Он расплатился, и мы вышли на улицу. Было уже темно, и он сказал, что работает здесь же под домом в автомастерской. Когда я его встречала в прошлый раз, мне показалось что он работает где-то там далеко на заправке и я отказалась идти с ним. А здесь оказалось, что он работает совсем рядом в этих бывших подземных гаражах. Идти было конечно же немного стремно, но я уже согласилась и теперь трусила за ним, пока он шел размашистым шагом где-то впереди.
Мы спустились с горы, и повернули направо. Здесь сразу же был вход под землю – т.е. под эту гору, в бывшие подземные гаражи, где теперь располагалась его автомастерская. Было немного страшно, все-таки вход под землю, но я смело шла за ним.
Это было похоже на американские фильмы. Огромное пространство из бетона и асфальта, с высоким потолком, сделанным полусферой. Здесь было не столько грязно, сколько было ощущение массы этого бетона, пролитого горючего и воды на полу. Мы сразу же стали выглядеть маленькими в таком огромном пространстве. На потолке, подвешенные на специальных кранах, висели машины, которые выглядели как камуфляж – мертвыми. Машин в мастерской было немного, и они в основном висели – одна, две или три штуки. Где-то там вдалеке должна была быть его место, куда он сразу же и направился, поздоровавшись со своим приятелем – каким-то на вид полуспившимся мужчиной-стариком лет 60-70. Я поздоровалась и пошла туда вглубь за Азизом. Мне стало немного легче, хотя я не думала, что Азиз нападет на меня, все равно такое экстремальное место я видела только в американских боевиках. В основном в этих фильмах такие места выбирали, чтобы показать погоню, гонки преследования или перестрелку коррумпированных группировок – заброшенный гигантский завод или что-то в этом роде.