Татьяна Сергеева – Каскад бифуркаций (страница 4)
Неожиданно, всё вокруг потемнело и острая боль пронзила Ульку так, словно что-то в районе груди взорвалось, растекаясь кипящей лавой и разрывая её на сотни атомов.
Ульяна тихо застонала, оседая на мраморный пол, ощущая себя так, как будто падает и падает бесконечно, куда-то невероятно глубоко и далеко. Всё в этот момент для неё перестало быть: ощущения, мысли, сознание Только какая-то какофония звуков, идентифицировать и определить которые не было никакой возможности: то ли скрипы, взрывы, стоны, слова. Всё смешалось
Глава 4. Беспамятство
- выйди, я сам справлюсь, - сквозь туман сознания Ульяны пробился едва различимый мужской голос, и она снова провалилась в состояние забвения. Какие-то жуткие тени то приближались к ней, протягивая когтистые лапы, то, прогоняемые отдельными светлыми или огненными всполохами, исчезали бесследно. В то же время Ульяна ощущала тело: оно то наливалось огненно-свинцовой болью, то холодной, словно лёд, острой ломотой — и то, и другое было одинаково невыносимо, отчего, на миг вынырнув из забытья, Ульяна вновь проваливалась в беспамятство...
- Распечатать... Дар... Ждать... Нельзя... Спешить... — отдельные слова отчётливо и звонко отзывались в голове, складываясь в предложения разного порядка. В те минуты, когда Уля возвращалась в сознание, она хоть и пыталась понять, что бы это значило, но, как только при очередной попытке осознавала предложение, тут же отключалась и снова погружалась в ощущение свинцовой боли и острой ломоты под взглядом серых теней.
Получалось что-то типа:
Спешить распечатать дар нельзя — ждать.
Нельзя спешить. Ждать. Распечатать дар.
Дар нельзя спешить распечатать. Ждать.
И каждый раз, наверное, уже в сотый раз выныривая из забытья, измученная болью, Ульяна всё меньше фокусировалась на словах.
- Выпей, доверься мне, тебе станет легче, - отчетливо услышала она уже почти знакомый мужской голос и послушно приоткрыла губы.
Ульяна, доверившись какому-то внутреннему чувству, послушно приоткрыла губы, позволяя мужчине аккуратно наклонить сосуд. Первая капля жидкости коснулась её губ, горячий, пряный, мгновенно обжёгший горло резким запахом мяты. Улька почувствовала, как пламенное тепло растекается волнами по телу, приятно согревая каждую клеточку изнутри.
Серые тени уже не могли приблизиться, а лишь ободранными тряпочками маячили где-то близко, не смея приблизиться к образовавшемуся кольцу вокруг тела Ульяны из светлых и огненных светлячков. Эти маленькие искорки сплетали защитный барьер, отражавший приближающиеся силы тьмы и удерживая их на почтительном расстоянии.
- Распечатать дар. Ждать нельзя. Спешить! – отчетливо слова каждой буквой, каждым слогом и интонацией осознанно прозвучали в голове, ударяя по нервам резкими, отчётливыми оттенками. Так, будто кто-то громко выкрикнул эти три короткие команды прямо ей в ухо. Ульяна очнулась, но пока не могла не только пошевелиться, но даже открыть глаза
- тебе уже должно стать легче, постарайся, ты же сильная, ты просто ещё этого не знаешь
Сквозь туманную дымку Улька слышала и чувствовала, как чьи-то сильные руки втирают в её тело масло — или не масло, но что-то, отчего телу становилось легче... И слова, монотонные и непонятные, обволакивающее действовали на сознание, убаюкивая и успокаивая...
- Дружище, тебе надо отдохнуть, ты уже неделю от неё не отходишь.
- Оставь меня. Ты знаешь, это моя вина, - отвечал уже знакомый голос.
Ульяна прислушалась.
- Не надо себя изводить, ты же не мог знать, что
- Замолчи! – строгий голос остановил говорившего.
- Хорошо, как знаешь, дружище. Я понимаю тебя, если понадобится моя помощь, я рядом.
Затихающие шаги и щелчок захлопнувшейся двери.
- Кто же ты такая моя незваная гостья - голос звучал задумчиво, с лёгкой горечью.
Улька затаила дыхание и открыла глаза, застигнув в врасплох того, кто сейчас наклонил своё лицо так близко, что слышалось его горячее дыхание. Улька замерла, сердце глухо ухнуло в груди
Черные, красивые, такие манящие и уже знакомые глаза От избытка чувств, Улька снова провалилась в забытье. Взгляд обжигал приятной негой, призывая тонуть в нем вечно, звал, манил Под взглядом незнакомца девушка чувствовала себя совершенно беспомощной перед нахлынувшими эмоциями. Она хотела бы остаться здесь навечно, утонуть в этой бездне. Но силы покинули тело, сознание медленно угасало, погружаясь в приятную дремоту. Последние мгновения перед забвением озарялись волшебством взгляда, обещавшего нечто большее... Однако воспоминания быстро рассеялись вместе с прикосновениями тепла чужого дыхания, оставив лишь чувство спокойствия и лёгкой грусти.
- Распечатать дар. Ждать нельзя. Спешить! – уже знакомое сочетание слов мгновенно привело Ульяну в чувство. Она осознавала происходящее настолько ясно, что казалось, словно каждое слово просочилось прямо ей в мозг, мгновенно возвращая утраченные ощущения тела и реальности вокруг неё. Помня прошлые моменты пробуждения, когда сознание приходило постепенно, девушка решила не торопиться и не открывать сразу глаза. Вместо этого она постаралась прислушаться ко всему окружающему, напрягая все свои чувства до предела. Это было похоже на отчаянную попытку удержать контроль над ситуацией, словно от этого сейчас действительно зависело всё её существование.
Неожиданно для себя, Ульяна увидела картинку с другого ракурса: она видела себя обнаженную, лежащую на белоснежной кушетке, её темно- русые волосы мягкими волнами лежали на невысокой подушке. У изголовья на тумбе стояли склянки и пузырьки, в каменных мисочках – травы и цветы
- Я что, умерла? — совершенно спокойно подумала Уля, но почувствовала, а затем и увидела, как незнакомец, удерживая в одной руке чашу с маслянистой жидкостью, другой рукой бережно и аккуратно втирал средство в её тело. От увиденного перехватило дыхание, раскалённый гнев накатил с такой силой, как в первый раз
При виде этой сцены Уля сначала замерла, поражённая собственным бессилием, но через мгновение раскалённая волна гнева захлестнула её, словно огненный поток, заставив сердце бешено колотиться. Этот человек действовал настолько дерзко и уверенно, будто имел полное право распоряжаться её жизнью, пользуясь слабостью её обнажённого тела.
От возмущения Уля попыталась резко рвануться вперёд, намереваясь влепить ему пощёчину. Однако слабость, сковавшая её тело, оказалась сильнее злости. Но сил было так мало, что рука едва заметно шевельнулась, и Ульяна открыла глаза.
- Замечательно! - нисколько не смутившись, радостно и вполне искренне воскликнул незнакомец, торопливо ставя чашу с маслянистой жидкостью на тумбу. - Я же говорил, что ты сильная. Сейчас, сейчас тебе еще легче станет. Подожди минутку, я сейчас вернусь!
С этими словами незнакомец выскочил из комнаты, затем вернулся, прикрыл белоснежной простыней нагое тело Ульяны и снова выбежал
Улька прикрыла глаза, стараясь осознать всё, что сейчас произошло: то, что она будто бы вышла из собственного тела, и то, что делал незнакомец.
- Кажется, он всё это время был рядом со мной и пытался мне помочь... - в голове у Ульяны сложились все отрывки информации: разговор незнакомца, его слова, что она слышала за время пребывания здесь, его прикосновения, непонятные слова, похожие на какой-то заговор, наконец, эти травы, цветы, масла, стоящие на тумбочке, и да - ей действительно стало легче после какого-то снадобья... И эта искренняя радость от того, что она пришла в себя...
Ульяна обдумывала всё, что смогла связать и сложить воедино. Но он сказал, что это его вина, - вспомнила она разговор незнакомца с другом. - То есть моё состояние - это его вина? Но что именно он сделал?
Улька села на кушетку и с удовольствием отметила, что голова больше не кружится. Для убедительности она даже дотронулась пальцем до кончика нос.
В помещение торопливо вошёл незнакомец.
- Пока нет времени объяснять, но тебе нужно это выпить немедленно, - с этими словами незнакомец протянул Ульяне чашку с дымящейся жидкостью. - Я тебе всё объясню, выпей, пожалуйста, - добавил он.
Старательно не поднимая взгляда, чтобы вновь не потерять контроль над эмоциями от его глаз, Ульяна решительно взяла предложенное питьё и выпила на одном дыхании...
Как и в прошлый раз, жидкость с мятным вкусом обожгла горло, разливаясь приятным теплом по телу. Ульяна на какое-то время прислушалась к своим ощущениям, прикрыв глаза. Сейчас было особенно странно: ощущения были предельно ясными, живыми и конкретными, но одновременно абсолютно загадочными и непонятными. Девушка словно смотрела внутрь своего тела, как сквозь увеличительное стекло: перед глазами мелькали молекулы и атомы, казалось, будто сама ткань реальности становилась прозрачной и доступной пониманию.
Капли жидкости, начали мгновенно преображаться прямо в крови, проходящей через сосуды. Каждая капля превратилась в крошечный огненный шарик, сверкавший ярким золотистым светом. Эти огоньки напомнили Ульяне тех самых светлячков, которых она уже видела, находясь в странном полусне-полусознании. Тогда они тоже выглядели именно такими яркими, маленькими комочками света, легко перемещающимися вокруг неё и способными прогнать отвратительные серые тени, которые пытались приблизиться.