Татьяна Серганова – Женаты по договору (СИ) (страница 97)

— Да-да, удивительный вкус, — тут же закивали подпевалы, соглашаясь с каждым словом.

— Мы решили сделать акцент на выбеленной зелени. Никаких ярких и пестрых красок. Утончённый стиль. Для этого подойдут ветки эвкалипта и рускуса серо-зеленого оттенка, — продолжила принцесса. — Приглушенные тона не станут перегружать композицию. Сейчас зима, время спокойных цветов и оттенков.

«Вот именно. Зима. И чего они так торопились со свадьбой? Дождались бы лета… или весны», — продолжала мысленно ворчать я, пряча лицо от холодного ветра в воротнике шубки.

— Добавим нежные розовые и чайные розы, фрезии постельных оттенков. Немного орхидей. Люблю орхидеи.

— Они очаровательны, Ваше Высочество, — тут же вставила Мелисса, бросив в мою сторону злорадный взгляд. — Я тоже обожаю орхидеи. На нашей свадьбе с Филиппом они обязательно будут. Вы же слышали, что я скоро выхожу замуж за Филиппа Колхауна?

— Да, что-то слышала, — равнодушно ответила принцесса. — Еще обязательно гирлянды, которыми непременно надо украсить вход и алтарь…

Она еще что-то говорила, рассказывала, указывая на старинную часовню с округлой крышей и высоким шпилем, на кончике которого сияло изображение солнца. А ведь камень, из которого построена часовня, не обычный… тот самый… из которого были сделаны крепостные стены Аргагайга. Магический и очень сильный.

Я слышала его пульс и колебание силовых волн.

А еще… какое-то странное и совсем новое ощущение.

Словно… словно меня что-то звало. Тихо-тихо, едва слышно. Даже сейчас, отчаянно прислушиваясь, я не могла уловить что же именно меня звало. И звало ли на самом деле? Вдруг это просто игра моего воображения?

Я устала, замерзла, а еще страшно переживала из-за свадьбы и всего остального. Вдруг я все себе придумала.

Но напряжение никуда не делось. И зов, который исходил от часовни, становился все сильнее.

«Эти камни ведь необычные, — внезапно пронеслось у меня в голове. — Не зря же они использованы для постройки часовни. Места, где короли веками подтверждали брачный союз, где клялись верой и правдой править, принимая власть… где отмечали рождение и смерть».

Забыв о принцессе, да и обо всем остальном, я медленно шла к часовне.

«Идеальное место… просто идеальное. Как же я сразу не догадалась».

А зов становился все сильнее и настойчивее:

«Ты пришла… мы ждали… столько лет ждали… заверши начатое… закончи…»

— Герцогиня! Я к вам обращаюсь!

Кто-то цепко и болезненно схватил меня за руку, рывком поворачивая в сторону. Да так, что я с трудом удержалась на ногах, заскользив на льду.

— Герцогиня Альбери! — вновь взвизгнула принцесса, продолжая с силой сжимать мою руку. — Вы меня слышите?

— Чего это с ней? — подала голос пухленькая Дафна, выглядывая из-за плеча Сафири. — Припадочная что ли?

— А чего еще ожидать от той, что стала женой демона, — отозвалась кареглазая Тайгер. — Я слышала, что он по ночам у неё кровь пьет. Так и держится на этом свете. Кровосос.

— Со мной всё в порядке, — пробормотала я. — Просто голова закружилась.

«Ну же… мы ждем… ждем тебя, Николетта…»

— Неужели? — холодно отозвалась принцесса. — Значит вас действительно можно поздравить, герцогиня?

— С чем поздравить? — вмешалась Мелисса.

— Со скорым появлением на свет наследника древнего рода, — скривив губы, ответила та.

— Ох! — выдохнула Уинни, прижимая ладони к порозовевшим щекам. — Так вы в положении?

— Все равно кровосос, — отворачиваясь, отрезала Тайгер. — Теперь двое выкачивают из неё силы. Муж и его… порождение. Только Пресветлая знает, какие ужасы и непотребства творятся в Пустоши. Это же дикари.

— Я бы посоветовала вам держать свое мнение при себе, — резко произнесла я, поднимая взгляд на брюнетку. — Особенно, если учесть, что оно слишком далеко от истины.

Зов становился все сильнее.

Как же сложно было ему противиться.

Это печать. Это она звала меня сейчас!

— Но вы правы, Ваше Величество, — с трудом отрывая взгляд от входа в часовню, сказала я. — Мне действительно не хорошо. Надеюсь, вы простите меня и позволите уйти. Мне очень жаль, что я не смогу вам помочь с выбором в столь ответственный момент…

«Приди… приди к нам…»

Проблема в том, что я не была уверена, что, оказавшись внутри, смогу противостоять зову печати. Если она так действует на расстоянии, то страшно представить, что будет потом.

— Ваше здоровье очень ценно для нас, — медленно отозвалась принцесса, внимательно меня рассматривая.

Взгляд её темно-серых глаз был странным, очень пристальным и совершенно нечитаемым. Но все равно он пробирал до костей.

Или всему виной ветер?

— Благодарю, Ваше Высочество, — я присела в реверансе, с трудом сдерживаясь, чтобы не посмотреть вновь на часовню.

«Мы нашли печать! Нашли! Надо немедленно рассказать обо всем Мейнору!»

— Мне не нравится ваше состояние, герцогиня. Аймитэ Мелисса!

— Да, Ваше Высочество? — вышла вперед моя бывшая подружка.

— Проводите герцогиню Альбери, — приказала Сафири, добавив в конце: — Мы же не хотим, чтобы с ней что-то случилось по дороге.

— Конечно.

Я не стала возражать.

Мне так не терпелось найти мужа и все ему рассказать, что было все равно, кто меня будет сопровождать до дворца.

Я уже почти ушла, но на повороте оглянулась. Уж слишком был велик соблазн. Тем более, что печать продолжала настойчиво звать меня и умолять закончить то, что оставила мама.

Я смотрела на часовню, а принцесса на меня.

И вновь мне не понравился её взгляд. Откуда-то возникло странное ощущение, что Сафири не поверила ни единому моему слову и на самом деле прекрасно знала, что заставило меня сейчас нервничать и бежать от часовни как можно дальше.

«Глупости, Ник… она не могла догадаться!»

Развернувшись, я поспешила прочь.

Нужно было срочно найти мужа.

— Это правда? — вдруг спросила Мелисса, когда мы отошли от часовни и свернули направо. — Ты беременна?

— С каких пор тебя интересует моя жизнь, — пробормотала в ответ.

— Ты давно меня не интересуешь. Но я рада. Очень рада.

Её лицо озарилось мечтательной улыбкой.

— И чему ты рада? — не выдержала я.

— Всему. Сегодня же расскажу все Филиппу!

— И что? Думаешь, он станет любить тебя больше?

— Станет, когда-нибудь, — спокойно произнесла девушка. — А узнав, что ты беременна от этого рогатого, он успокоится и наконец выбросит тебя из головы.

— Из головы или сердца? — не выдержав, усмехнулась я.

— Филипп полюбит меня. Я это точно знаю. Совсем скоро все изменится, и ты больше не сможешь помешать нашему счастью!

— И что же изменится? — осторожно спросила у неё.

— Всё.