Татьяна Серганова – Обреченная (СИ) (страница 52)
- Соколов, да у тебя все мысли только о сексе, - не выдержала я и стукнула ладонью по столу. – Ты вообще о чем-то кроме подзарядки думать можешь?
- То есть ты меня ещё и озабоченным маньяком считаешь? Просто прекрасно! - процедил он в ответ. – Кто я ещё по-твоему? Пустоголовый птах, который не может сложить два и два? Дурачок, которого можно обвести вокруг пальца? Ну же, не стесняйся, навешивай на меня ярлыки, у тебя это хорошо получается.
- Тут судьба мира решается, а ты…
- А я забочусь только о своей! – закончил он. - Что поделаешь, Насть, наши с тобой взаимоотношения меня, в данный момент, волнуют гораздо больше, чем судьба этого гадского мира, несовершенного Закона и загнившего общества.
- Нет, у нас никаких отношений.
- Есть! И начались они семь лет назад!
- Это была просто инициация и всё. И сейчас был просто секс! Уж кому как не тебе знать об этом.
- Вот откуда ветер дует. Всё ясно.
- Да что тебе ясно? – я уже не могла остановиться. – Ты хоть представляешь, что теперь будет со мной? Опять придётся прятаться, скитаться из одного тайного места в другое, пока Стражи будут готовить мне новое имя и новую легенду. Снова адаптация и чужие люди… Ты даже не представляешь, каково это жить в постоянном страхе, что тебя обнаружат и раскроют. Вздрагивать от каждого звука, каждого недоброго взгляда.
- Не знаю, но…
- Дима! Я враг, понимаешь ты, враг системы, этого мира, Закона. То, что я делаю, карается смертью. Но знаешь, что самое интересное? Убивать меня нельзя. Почему? А потому что в моей голове сокрыта вся многолетняя наработка Разина. Ты знал об этом?
- Нет.
- Так вот, знай. Им необходимо выловить меня и заставить всё рассказать. Думаешь, Вознесенский будет угощать меня плюшками с чаем и вести задушевные беседы, когда меня поймают? Не будет, - я замерла, на мгновение переводя дыхание. Говорить об этом было тяжело. - Меня будут пытать и мучить… день за днём, час за часом, пока я не сойду с ума от этой непрекращающейся боли и не расскажу всё, что знаю. Но не это самое страшное. Гораздо хуже, когда они начнут на моих глазах пытать близкого мне человека. Тогда я сдамся намного быстрее. Поэтому мне нельзя заводить с кем-либо близкие отношения. Поэтому никакого «мы» нет, и не будет.
- Насть, подожди, - перебил меня Феникс и покачал головой. – Это всё, конечно, устрашающе и занимательно, и с парочкой моментов я даже согласен. Но ты упустила из виду кое-что очень важное - я теперь никуда тебя не отпущу.
- Ты вообще меня слышишь или нет? – вскричала я, вскакивая. – Рядом со мной тебя ждёт только смерть.
- Я согласен и готов. Лишь бы с тобой. Насть, я потерял тебя семь лет назад и не намерен терять снова. Это моё последнее слово, слышишь?
- Ты псих, который совершенно не представляет, во что вмешивается.
- Пусть так, - пожал он плечами и быстро встав, обогнул стол, чтобы подойти ближе. После, сел на корточки, и взял меня за руки, глядя своими глазищами снизу-вверх. – Мне всё равно.
- Отлично. И как ты себе это представляешь? – устав с ним спорить поинтересовалась я.
- Очень просто. Я умру.
- Что?!!
- То. Серёга скажет, что моё состояние внезапно ухудшилось, и Дмитрий Александрович Соколов скончался, не приходя в сознание.
-13-
Мысль о мнимой собственной смерти пришла неожиданно. Как и все огненные натуры, Соколов частенько принимал решения спонтанно. Вся его жизнь состояла из этой вереницы принятых решений: с налёта, с наскока, в вихре событий, в тайфуне сенсаций, в цунами явлений. Не жизнь, а сплошное стихийное родео. Вот и сейчас, принимая это решение с пылу, с жару, оно показалось ему невероятно соблазнительным.
Разве это плохо? Начать жизнь с чистого листа? Ведь, как ни крути, кругом одни плюсы. Родные и такие дорогие люди - Серёга, Таня, Игорёк - будут знать, что на самом деле он жив и здоров. Отца, правда, жалко, но он ещё молод и полон сил, сможет выбить у Совета разрешение на новый Контракт. И самое главное - никакой Ириски в радиусе нескольких сотен километров, а любимая девушка рядом и ребёнок. Да, Дима сейчас даже был согласен на девочку с огромными карими глазами и мягкой улыбкой, как у её миниатюрной и такой очаровательной мамы. Маленькая кнопка со смешными косичками, что будет морщить курносый носик и улыбаться щербатым ртом.
Но вот Настю почему-то эта идея не прельстила, даже особенный, фирменный взгляд не сработал. Она ещё больше нахмурилась и включила режим «серьёзность».
Вот ничем не пробьёшь эту Ведьму.
Дима тут, понимаешь ли, душу перед ней выворачивает, на уступки идёт, а она всё больше замыкается. Феникс, конечно, прекрасно понимал причины – девушка хочет уберечь его от опасности, но чувство неуверенности не проходило. Ведь вполне возможно, что его чувства не нашли должного отклика в её сердце. А вдруг, она не чувствует, как он, этого неодолимого притяжения, когда в голове муссон мыслей, и все они адресно направлены к Насте – зажать, затискать, зацеловать и …залюбить до потери чувства реальности… Если всё это безответно? Что тогда?
«Значит, будем этот отклик вызывать. В конце концов, почти двадцать лет насыщенной сексуальной жизни должны были хоть чему-то меня научить», - решил Соколов.
- Дим, я не знаю, какими эмоциями ты руководствуешься, делая такие заявления, - почти менторским тоном произнесла она. Ну, вот стопроцентная учительница. – Но это слишком ответственное решение, чтобы принимать его настолько… поспешно. Тебе надо хорошенько всё обдумать.
- А ты, я смотрю, опять собралась сбежать, - догадался он.
- Я не сбегаю!
- Да ты что? Напомнить тебе о том утре, когда ты так шустро смылась из моей постели?
- Я не сбежала, а деликатно, не прощаясь, ушла. Все свои обязательства я выполнила, и оставаться не было смысла, - сухо и немного резко ответила Настя.
Но Феникс видел, как девушка нервничала, чувствовал, как слегка дрожали её ладони в его руках. Пусть говорит, что угодно, пусть примеряет на себя образ вредной учительницы, Дима всё равно чувствовал и знал, что всё это ширма. Потому что настоящую он её уже узнал, а маску отчуждения, она вскоре сбросит. Он в этом уверен.
- Конечно, конечно, как скажешь, - обаятельно улыбнулся он и захлопал ресницами, за что тут же получил лёгкий пинок по лодыжке.
Отлично. Наконец-то хоть на какие-то эмоции пробил, а то этот напяленный образ спасительницы мира...
– Ты меня сейчас пнула, - заметил Дима, вглядываясь в лицо покрасневшей девушки.
- Я тебе сейчас ещё добавлю, - глухо ответила она, вырывая руки из его захвата. – Как ты можешь быть таким?
Колдун ловко встал и сел на стул, что стоял рядом.
- Очаровательным, соблазнительным и просто великолепным? – подсказал он.
- Самовлюблённым придурком, - негодовала она и тут же попыталась успокоиться, прижимая ладони к вискам. – Ну почему именно ты? Почему из всех Колдунов в мире, именно ты?
- Судьба.
- Злой рок!
- У меня такое ощущение, что ты хочешь меня оскорбить? – он наклонил голову в сторону и принялся её разглядывать, любуясь эмоциями, что отражались на её лице – гнев, растерянность, снова гнев. Ещё немного и искры полетят в разные стороны, так похожие на искры страсти.
- Уф, Дима, остановись, пожалуйста. Знаешь, что? – Настя быстро встала, привычным движением откидывая волосы в сторону. – Я, пожалуй, пойду спать. Время уже позднее.
- Ты не поела.
- Спасибо я уже наелась.
М-м-м, о да, он тоже помнил вкус её страсти на своих губах.
- Отлично, - Дима тоже встал и подошел к ней, сразу же взяв под локоть. – Пошли спать.
- Соколов, - прорычала она, мгновенно останавливаясь и резко поворачиваясь к нему. – Руку убери! Я же сказала, что подпитывать тебя не стану и секса между нами не будет больше!
- Дорогая моя, - улыбнулся мужчина, которого эта вспышка скорее повеселила, чем испугала. – Кажется, это ты у нас всё время думаешь о сексе, а не я. Я же сказал – спать. Вот мы и идём спать. Вместе.
- И не мечтай.
- Я просто больше не позволю тебе исчезнуть из моей жизни. Так что я от тебя ни на шаг не отойду. А за честь свою можешь не беспокоиться, я могу поспать и в кресле.
- У меня нет кресла!
- Ничего, я принесу из своей комнаты.
- Ты не отстанешь?
- Совершенно верно, моя дорогая.
- Я не твоя и не дорогая.
С этим он ещё поспорит, но не сейчас.
- Хорошо. Спи в кресле, - вырвавшись из захвата, заявила она и, гордо вздёрнув подбородок, направилась в сторону выхода.
Вот это сила, вот это выдержка… А какая походка… эти плавные покачивания бёдрами, что настраивают на безумно романтический лад. О да, Дима отлично помнил, как эти самые бёдра обхватывали его талию, когда он резко входил в неё.
Тряхнув головой, мужчина направился следом. Сейчас не время думать об этом.
Что же, первый раунд за ним.
Кресло было неудобным, даже плед и две подушки не спасали, и через час у него начало ломить спину. Мужчина постарался, как можно тише повернуться и занять более удобное положение. Не получилось. Тяжело вздохнув, Феникс вновь откинулся на спинку и взглянул на широкую кровать, где спала Ведьма.