Татьяна Серганова – Хищник цвета ночи (страница 15)
– Хорошо, – обиженно буркнула в ответ.
«Тоже мне доминант!»
Дышать так дышать. Главное – не думать о том, что последует потом. Может, надо было обезболивающего выпить или вина? Второй вариант нравился мне больше. Мда, сглупила, не подготовилась.
А Ник начал действовать.
Тупым ноготком медленно провёл по позвоночнику, слегка царапая кожу.
Дёрнулась – всего на миллиметр, но хищник почувствовал.
– Ты знаешь, что твоё белье сливается с кожей и издалека кажется, что на тебе почти ничего нет, лишь прозрачное кружево. Тонкое. Оно ничего не скрывает… но возбуждает.
– Кхм…
Указательный палец пробрался под застёжку, оттягивая её на себя и заставив меня тихо охнуть, усиливая напор на стену.
– Говоришь, что женщины любят ушами, – шепнул Ник и неожиданно прикусил мочку.
Совсем не больно, но по позвоночнику прошёлся разряд, а грудь болезненно налилась, заныв от предвкушения и ожидания. Ведь не зря Н’Ери заставил меня снять футболку. Ох, не зря.
А Ник снова отстранился, после чего принялся медленно выводить узоры на спине, то усиливая нажим, то едва касаясь.
Поглаживание боков. Вверх-вниз.
Чё-о-рт! Это ведь не может заводить. Совсем не может. Не должно.
Но заводило и возбуждало. А ведь шеф меня даже толком не коснулся и не пощупал. Сумасшествие!
Но теперь я понимала, почему все наши пищали от хищников, а любовницы Ника поголовно ходили с глупым восторгом на лице.
Если это только прелюдия, что происходит потом дальше?
«Ох, Измайлова. Не стоит тебе об этом думать. Совсем не стоит!»
Но тем не менее Ник к главному приступать не спешил. И это раздражало, даже в какой-то степени бесило.
С рисунками на спине было покончено.
Движение ко мне, и рука легла на живот. Горячая, неожиданно нежная.
И Ник встал вплотную, разгорячённой кожей я ощущала мягкость его футболки, которая не могла скрыть жара тела и возбуждения мужчины.
Оказывается, эффект-то двухсторонний.
А я чуть воздухом не подавилась.
– Дыши глубже, Измайлова, – усмехнулся мне в шею Ник, невесомо касаясь её губами.
«Неужели? Вот прямо сейчас?»
Желание исчезло, уступив место страху.
Господи, да я в свой первый раз так не нервничала, как сейчас.
Но ничего не произошло. Не совсем так – соблазнение продолжилось, а вот укус был отложен на потом.
– Расслабься, – снова шепнул хищник. – Рано. Ты не готова. А мы же не хотим, чтобы тебе было больно.
Снова поцелуи, нежные, едва уловимые: на изгибе плеча, на жилке, которая лихорадочно билась на шее, в чувствительное место за ушком. Руки, которые требовательно ласкали и поглаживали живот, бока и бёдра.
Тело против воли выгнулось.
Тихий стон и откинутая назад голова, открывающая доступ к другим кусочкам кожи, которые также жаждали внимания.
Твёрдая стена под руками и зуд на ладонях – как хотелось коснуться его, зарыться пальцами в волосы, ощутить их жесткость или мягкость.
То ли всхлип, то ли стон, когда я повернула к нему голову, подставляя сухие, опалённые жаром губы для поцелуя.
Едва слышный рык и Ник прикусил подбородок. Совсем не больно, но ах как возбуждающе.
Во рту всё пересохло, а дыхание давно уже сбилось.
– Вкусная, – сиплый шепот у ушка. – Горячая. Сладкая. И где ж ты пряталась всё это время?
Да разве я пряталась? Чуть ли не каждый день виделись по сотне раз. Шеф и его секретарша. Всё как в бульварных романах. Только в жизни по-другому.
Ярко, обжигающе и опасно.
Еще один лёгкий укус за плечико, и я снова застонала. Его зубы уже не казались такими жуткими.
Руки накрыли чувствительную грудь и осторожно сжали.
– Н-ник…
– Чихнуть решила? – невинно уточнил он, теребя большими пальцами горошинки сосков.
– Иди к чёрту, – фыркнула в ответ, тяжело сглотнув.
Внизу живота всё горело от желания, которое, я была уверена, ему никогда не пробудить во мне.
Но это же хищник. Он не знает слов «нет» и «невозможно».
– Может, пересмотрим наше соглашение? Нам может быть хорошо эти месяцы. Очень хорошо.
Но страсть – это не любовь. Всего лишь вспышка желания. Пусть и сладкого, но такого короткого.
– Тор-р-р-р-ри, – его стон, когда я выгнулась и потёрлась бёдрами о его бёдра.
Провокационно. Не думая о последствиях, которые не заставили себя ждать.
Короткая боль на шее, стальной захват, который не давал мне дёрнуться, звездочки перед глазами, навернувшиеся слёзы – даже не боли, а разочарования – и остатки желания, прогоревшие и исчезнувшие в один миг.
Всё произошло слишком быстро, чтобы я испугалась.
Укус, и вот он уже отошёл, тяжело дыша. И ручеек крови, стекающий по шее. Щекотка на коже. Я медленно выпрямилась, утыкаясь лбом в стену.
– В ванной есть антисептики, – глухо произнёс он, – обработай рану.
– Хорошо.
Шаги и громко хлопнувшая дверь. И только тогда я решилась открыть глаза.
Чёрт, Измайлова. Что же вы оба творите?
Глава пятая
Рана на шее была не такой страшной, как можно было представить.
В третий раз смочив ватку антисептиком, я провела ей по покрасневшей коже, морщась от неприятных ощущений и легкого покалывания.
Кровь уже остановилась, но я маниакально продолжала проводить влажной ватой по месту укуса. Перекись пузырилась, холодила пальцы и стекала по коже вниз.
Глубоко вздохнув, опустила руки, опираясь на раковину, и снова взглянула на ранки, считая следы от зубов. Интересно, оно должно быть таким припухлым? А покраснение от моих усилий или связано чем-то еще?
Страх смешался с раздражением, и я не знала, чего сейчас хочу больше: выйти из ванной и прибить шефа или спрятаться тут на пару дней, забившись в углу и упиваясь собственной беспомощностью.
– Дура, – сообщила я своему отражению.