Татьяна Серганова – Эквей. Одна из пяти (страница 16)

Нет, я не должна так на него реагировать.

Во рту внезапно все пересохло, и я бессознательно провела языком по губам… Эквейт внимательно и как-то хищно впился взглядом в мое лицо. От этого стало еще жарче и неспокойнее. Это что новый способ удержать меня вдали от Князя, соблазнить самому?

И почему эта мысль вызывает у меня не панику, а лишь предвкушение и ожидание?

— Вы не могли бы отпустить меня.

Просьба получилась несколько жалкой и была сказана так тихо, что можно было с трудом расслышать. Но он услышала, отпустил, но отходить не спешил.

— С вами все нормально?

Вновь спокойный, холодный и неприступный эквейт. И куда делся тот пожар в глазах, что сжигал меня всего несколько секунд назад? Неужели показалось?

— Да вполне, — я отошла от него на два маленьких шага и, наконец, свободно вздохнула.

— Точно? — и глаза такие темно-синие, почти черные.

— Да все отлично.

— Вы как-то странно выглядите.

Я подняла на него взгляд, готовясь пустить какую-нибудь умную реплику, но мне не дали произнести ни слова.

— Ив Дерион, это вы? — к нам быстро приближалась эквейтина.

Должна сказать, нас весьма успешно скрывали от всех, сведя к минимуму общения с кем-то кроме наших охранников (да, да, мы совершенно ни с кем не общались, не разговаривали, а мое лицо с бабочкой вообще прятали ото всех), а тут такая удача.

Девушка была красива, с правильными тонкими чертами лица, огромными золотисто-желтыми глазами и пухлыми губками-бантиками, длинные белоснежные волосы с золотистыми прядями были собраны в две косы. Одета она была в молочные шаровары и такую же тунику с длинными рукавами. На ее белоснежной коже велись узорами розовые, серые и золотистые линии. Я повнимательнее вгляделась в ее лицо, она явно была старше меня и еще не замужем, странно… Средней возраст эквейтов составляет примерно 180–200 лет, в отличии от нашего земного в 100–120 лет, ей было явно больше 40, хотя, если смотреть по земному, то выглядела эквейтина не старше 25 лет… И все равно она давно должна была быть замужем.

— Ив Дерион, — незнакомка подошла еще ближе и неуверенно улыбнулась, пытливо глядя на Дериона.

И взгляд такой…

Посмотрела на него и я. Выглядел эквейт странно — более бледный, с еще более заостренными, хищными чертами лица, с жатыми в упрямую линию губами и с черными глазами, в которых что-то мелькнуло… что-то похожее на боль и тоску? Я вздрогнула и попыталась всмотреться лучше, но все пропало, передо мной стоял все тот же невозмутимый ив Дерион.

— Ива Залия, я не знал, что вы вернулись в столицу, — и голос глухой, безжизненный, пустой.

— Мы приехали только недавно… Вы… вы очень изменились с нашей последней встречи, ив Дерион.

О-па, мне показалось или их связывало что-то большее. Но темно-синих линий в ее хите я не заметила, если только они не спрятаны где-то под одеждой. Если это так, то его женой и тем более Избранницей она стать не могла, но вот чувства явно испытывала и не только дружеские. Интересно-интересно.

— Здравствуйте, — я решительно шагнула вперед, привлекая внимание обоих, причем Дерион явно был от этого не в восторге.

А вот Залия приоткрыв ротик от удивления рассматривала мою бабочку. Ага, сразу поняла куда ветер дует.

— Здравствуйте, — прошептала она и как-то странно взглянула на эквейта.

— Ива Переславцева.

— Ива Залия.

— Очень приятно.

— А вы… — она сделала какое-то движения рукой показывая на нас.

Намекает на какие-то отношения? Да не дай бог, с чего вдруг?

— Ив Дерион сопровождает меня с подругами по просьбе Князя.

Наверное, я все-таки зря вспомнила про Князя, потому что и Дерион и Залия как-то странно переглянулись и опять посмотрели на меня. Причем эквейтина явно заметила какого цвета мои глаза.

— Значит, мы вскоре встретимся на Ежегодном Княжеском балу.

— Да, конечно, — я улыбнулась еще более радостно. Хотя понятия не имела, что за бал такой и смогу ли я на нем присутствовать.

Еще более потемневший взгляд мужчины предупредил, что еще одно слово, и я окажусь на праздники только в виде мемориальной траурной таблички. Хм, как мило.

— Буду рада оказать вам помощь и поддержку, — улыбнулась девушка и вновь посмотрела на эквейта, нежно и грустно так посмотрела. — Рада была вас видеть, ив Дерион. А теперь прошу меня простить, меня ждут.

Он слегка наклонил голову прощаясь. А в глазах все отчетливее и отчетливее бушевала боль потери.

— А…

— Ни слова больше, ива Переславцева. Идёмте нас ждут, — он подхватил меня за локоть и потащил по дорожке.

Нет, что-то явно между ними происходило, уж слишком красноречивыми взглядами они перебрасывались. Безответная любовь? Но разве такое может быть на Эквей? И хита у нее другого цвета…

Посоветоваться мне было не с кем, а сама я так и не смогла разгадать эту загадку. Но на Дериона стала смотреть по-другому. Может, поэтому он всегда в черном? Траур по неудавшейся любви? Обед безбрачия? Пояс целомудрия? Он ради нее от всего отказался, а она пошла на попятную? Может поэтому он всегда такой злой?

К сожалению ответов, на эти вопросы у меня не было, а спрашивать у самого эквейта были сродни самоубийству. Дерион все равно не ответит, а и без того сложные наши отношения станут еще хуже, а ведь только-только наступило затишье.

Что еще рассказать о том месяце на Эквей.

Конечно же мы побывали в ювелирных магазинах Аквали.

Одно дело знать, что эквейтские мастера одни из самых лучших в Альянсе, смотреть на голограммы шедевров, а другое дело видеть это все в живую и даже иметь возможность коснуться этого великолепия.

Если честно, то к любительницам драгоценных камней и металлов меня можно приравнять с большой натяжкой, я к ним равнодушна. Да, у меня есть пара золотых серёжек, цепочка с кулоном и небольшое колечко с браслетом и собственно все. Не то, чтобы у меня не было денег на покупку ювелирных изделий — не было желания. Еще на Земле я искренне не понимала почему мои подруги, особенно Лу, с придыханием и дрожащими руками, находясь на грани обморока, рассматривали изделия из платины и бриллиантов. Да, конечно, это красиво, но зачем устраивать культы?

Но попав в ювелирный магазин Эквей внезапно поняла, что я — сорока, что готова пускать слюни, глядя на это великолепие. А были бы у меня такие деньги, то непременно бы все потратила.

Как бы наши, и другие мастера не старались, чтобы не делали, они все равно не могли добиться этого невероятного невесомого эффекта, что получался у эквейтов.

Все драгоценности выглядели словно тончайшего кружево из благородных металлов, в которое было вплетены драгоценный камни. Было даже страшно коснутся этой неземной красоты, боясь, что от любого неловко движения оно порвется и сломается.

Я стояла у прилавка, любуясь невероятным большим ожерельем на манекене, что платиновым цветным узором закрывало всю шею, плечи и верхнюю часть груди, яркие сапфиры и прозрачные алмазы были вплетены в виде лепестков фантастических растений, а изумруды выполняли роль листьев.

— Вам нравиться? — Дерион подошел как всегда бесшумно.

— Невероятная красота.

— Это рекламный образец свадебного ожерелья Эквей.

— Да?

— Да, выставлен для туристов, у нас его все равно никто не купит.

— Почему? — я недоуменно оглянулась. — Оно же невероятно красиво.

— Красиво, — эквейт кивнул. — Но у нас свадебное ожерелье у каждого рода свое, что передается из поколения в поколение, из своих камней родовых камней и драгоценных металлов. Одеть на невесту родовое ожерелье значит, что ее приняли в новую семью, что она стала ее частью. Так у рода Гелана — бирюза, у Кигана — алмазы и серебро, — Дерион кивнул в сторону подруг, что стояли в сторонке с возлюбленными и рассматривали драгоценности. — А у Князя — лазурит. Кстати, изделий из лазурита тут нет. Это княжеский камень и принадлежит только правящей династии. Никто на Эквей не имеет право делать украшения с этим камнем.

Я лишь пожала плечами. Опять он переводит все на Князя.

И тут у меня проснулось любопытство.

— А какой камень у вашего рода, ив Дерион? — внезапно спросила я.

Эквейт застыл и впервые сам первый отвел глаза.

— У меня нет ни камня, ни Рода, — резко ответил тот.

— Но…

Продолжить я не смогла, потому что Дерион резко развернувшись быстро отошёл от меня. И кто меня за язык тянул, так мило разговаривали и на тебе…

Но это все равно было очень странно. То есть как это у него нет рода? Почему? Может именно поэтому он так отличается от остальных, поэтому всегда в черном? Разве такое возможно на Эквей? Нет, возможно конечно, я кое-что слышала и читала о подобных случаях, но отказ от Рода — это изгнание и всеобщее порицание и презрение. Но, тогда как Дерион, ставший всеобщей парией оказался в такой близости от Князя?

Подумать мне не дали, под тихий шепот и переглядывания эквейтов в ювелирный магазин вошли наши старые знакомые — две платиновые блондинки в красных хитах.