Татьяна Серганова – Эквей. Одна из пяти (страница 10)

Не было. Ни одной.

Не пронесло.

— Я читаю по-эквейски, понимаю ваш язык, но говорю еще не очень хорошо.

Князь вновь улыбнулся, вновь перекрывая мне доступ к кислороду. Как же можно быть таким красивым? Таким ошеломительно прекрасным?

— Изучали самостоятельно?

— Да.

— Вы меня все больше и больше интригуете ива Переславцева.

Наверное, надо почувствовать благодарность или быть польщённой…, наверное.

— Поверьте, у меня совсем не было такого желания и стремления.

И я бы с радостью избавилась от этого вашего внимания.

Понятное дело, что в слух я этого сказать не могла.

— Верю… Снимите все это, ива, будьте так любезны.

Пока просит, не заставляет, а именно просит. Никакого ментального воздействия. Да, я бы все равно сняла. Какой смысл прятаться, когда подруги уже все показали.

На этот раз загнанное выражение появляется у всех эквейтов, Князь даже слегка вздрогнул, а глаза, на мгновение вспыхнувшие торжеством, стремительно начинают темнеть, становясь практически черными. Я с трудом подавила желание закутаться назад и вообще спрятаться за диван, а еще лучше быстренько смыться на родную планету и залечь на дно, навсегда.

— Прошу прощение, ива Переславцева, что за существо изображено у вас на лице?

Я приподняла руку, чтобы коснуться рукой сверкающей бабочки и тут же убрала руку, уж слишком хищно тот следил за моим движением.

— Это бабочка.

— Бабочка?

— Да, это такое летающее насекомое, оно питается пыльцой с цветов, и — чем дольше я говорила, тем тише становился мой голос.

Князь кивнул, продолжая меня рассматривать. И тишина в комнате была непросто оглушающей, а подавляющей.

— Хм… голубой, бирюза, белый и… лазурит… кто бы мог подумать. И кожа золотистого цвета… Что она хотела этим сказать?… У вас необычный цвет глаз, ива. У нас таких нет… Как он называется?

— Карий.

— Карий, — задумчиво повторяет он и, наконец, отвел свой взгляд от моего лица. Дышать сразу стало легче. — Ивы, что же вы не пьете? Ив Гелан, будьте так любезны пригласите сюда ива Дериона.

— Но, — молодой эквейт нерешительно посмотрел на повелителя. — Ив Дерион дал четкие указания его не беспокоить.

— Ив Гелан, вы отлично знаете куда он может деть свои указания, так ему и передайте, — весело ответил Князь и я едва не поперхнулась серебряным вином, глоток которого успела сделать. — Осторожнее, ива Переславцева, осторожнее… Нам бы всем очень не хотелось, если бы с вами что-нибудь случилось…

Мне показалось или я услышала в его словах какой-то тонкий намек? Но на что?

И эти глаза… глубокие невероятно красивые яркие лазоревые…

Я с трудом заставила себе отвести от него взгляд и попыталась успокоиться. На меня никто никогда так не действовал. Я консервативная, спокойная современная девушка и не верю в любовь с первого взгляда, как и в желание…

Хотя с другой стороны я нормальная девушка детородного возраста, напротив которой сидит идеальный образчик мужской особи и мое желание затащить его в постель вполне нормально…

Господи да что же я несу. Что же происходит? Или это последствие ментального воздействия. Но ведь это незаконно, бесчеловечно. Хотя сомневаюсь, что данный довод остановит его величество.

Вино было мягким, нежным, немного терпким, необычным и очень вкусным. У нас на Земле такого точно не было.

— Итак, пока мы ждем ив Дериона, я готов ответить на ваши вопросы. Ива Бертран, я же вижу вы что-то хотите спросить, прошу Вас не стесняйтесь.

— Хочу, — Вероник отставила пустой бокал на столик и повернулась к эквейту. — Как мы можем избавиться от этого?

— Вам не понравилась хита? Ах да, я забыл, вы не любите розовый… Не волнуйтесь, через три месяца все пройдет, я вам гарантирую… может даже раньше.

Как-то все двусмысленно прозвучало, и улыбочка была такой… многообещающей…

Господи, что-то мне во всем видятся заговоры и недомолвки.

— И что нам надо сделать для того, чтобы они исчезли?

— Вам? Да ничего особенного и страшного, просто отдыхайте, наслаждайтесь необыкновенным отдыхом на Эквей.

— И все? — Вероник явно не хотела верить, что все так просто.

— Конечно, — улыбнулся Князь. — Мы составили вам увлекательную программу, вам понравиться.

Мы переглянулись. Что-то слишком сильно Князь беспокоиться о нас и нашем отдыхе. С чего бы это вдруг?

— Вы ответите на все вопросы? — не выдержала я.

— На все.

— Зачем все это? Никто никогда из других миров ни то что ни купался в вашем озере, никто даже ничего о нем не слышал. И тут пять обычных землянок удостаиваются такой небывалой чести…

— Я хотел проверить одну теорию.

— Какую?

— Государственно важную. А государственные дела я не имею права разглашать, даже вам, очаровательная ива.

Вот тебе и ответ на вопрос. Все еще больше запуталось и стало еще хуже. Мы уже не просто вляпались, мы утонули с макушкой в этом… чудесном мире.

— Как мило. И как продвигается теория на практике?

— Неожиданно, весьма неожиданно. Но это даже к лучшему.

— И ваши дальнейшие действия? Могу я о них узнать?

— Вам бы очень хотелось?

— Даже себе не представляете, как.

— Совсем скоро узнаете, — пожал плечами Князь, а в глазах заплясали смешинки.

А мое сердце пропустило удар.

Странно, но мне тоже захотелось улыбнуться ему, без всякого принуждения, просто улыбнуться. Просто поговорить… и смотреть в эти гипнотические лазоревые глаза… Глаза, что были так похожи на те, что приснились мне тогда в пещере… так, стоп, стоп!!!

Наверное, на моем лице что-то отразилось, потому что Князь нахмурился и неосознанно наклонился вперед, словно пытаясь проникнуть в мои мысли.

— Ива Переславцева, с вами все в порядке?

— Д-да.

Ничего со мной не в порядке, мне вдруг показалось, на секунду на мгновение, что именно Князь был тогда в пещере, в том видении… Если и так, что это может значить? И что мне делать с этими знаниями? И вообще, что мне делать?

Господи, я да у меня так просто мозг взорвётся. Это же должны были быть обычные трехмесячные каникулы, просто отдых на далекой планете, на красивой, недоступной планете и все. Так почему с каждый днем, с каждый часом, минутой все становиться все сложнее и запутаннее? А это только второй день начался, что же дальше-то будет по истечение трех месяцев? К такому я просто не была готова. Нет, нет, хочу домой!

— Вы уверены, что все нормально?

— Вполне. А мы можем вернуться домой раньше?

— Следующий рейс до Земли через три месяца.

Застывшая рядом Грета горестно вздохнула. Как я ее понимала.