Татьяна Серганова – Единственный для Ведьмы (страница 2)

«Как и сны», – мысленно поддакивала она.

«Помолчала бы. И что ты с ним привязалась. Взяла бы и показала картинки с участием серебряного медалиста в твоём личном топе аппетитных самцов».

«Он женат».

Угу. Она бы еще сказала: «Я же тебя предупреждала».

А ведь действительно предупреждала, даже отговаривала, утверждая, что клин клином выбить не получится. И отфлёривать… точнее пускать флёр в обольщение Соколова было совсем плохой идеей. Что поделаешь, если я сначала делаю, а потом думаю.

«И что же заставило тебя поставить его на второе место?»

«Хорош же Феникс», – всё так же меланхолично ответила та и широко зевнула.

Еще немного – и храпеть начнёт. Вот же… тварюшка. У всех сущности как сущности, моя же ленивая до безобразия. Заставить её что-то сделать может только крайняя степень истощения, но до такого мы с ней пока не доходили. В остальных случаях она предпочитала философствовать или спать.

«Хорош, только он уже два года как занят».

«Зато Саид свободный».

«Отвали».

Такие разговоры у нас в последнее время происходили не очень часто, но и не редко, и заканчивались одним и тем же. Каждая оставалась при своём мнении, а сны продолжались. Жаркие, горячие и такие реальные, что мне временами хотелось выть и лезть на стенку от тоски. И иногда просто хотелось закурить. Как будто доза никотина могла унять эту горечь и боль.

Еще один глоток кофе, что теплой волной согрел всё внутри.

В Нью-Йорке сейчас была половина пятого утра, а на Сейшелах уже середина дня, и вовсю кипит жизнь. Денис, скорее всего, уже вернулся из магиши и пошел на пляж, близнецы спят, а Таня на кухне опять что-нибудь готовит или просто отдыхает в гостиной. Так и представляю ее, забравшуюся с ногами в кресло, с собранными в хвост волосами и с какими-то документами в руках. Сестрёнка никогда не сидела без дела просто так.

Я люблю своих родственников, и сестру тоже очень люблю. Но наша любовь намного лучше проявлялась на расстоянии. По крайней мере, с моей стороны.

Таня, Танечка, Танюша…

Самая сильная, самая смелая, самая лучшая. Это не сарказм, хотя куда без него, это факт. Её всегда ставили в пример. Родители, в школе учителя, потом в магише, и везде она была номер один. Куда бы я ни сунулась, что бы ни начала делать – нас сравнивали. И чаще всего сравнение было не в мою пользу. Таких примеров можно было привести сотню. Таня закончила магишу с золотой медалью, а я была лишь хорошистка. Она отказалась от будущего, взяв нас с братом на воспитание после смерти родителей, а я не оценила всю глубину её порыва, всячески изводя её, и трепала нервы.

Всё это жутко злило, раздражало и просто нервировало. Я знала о том, что сама накручивала себя, что завидовала. На самом деле всё было совершенно не так, но синдром младшей сестры, любовно подогреваемый вездесущей бабкой, никуда не уходил. Марианна очень старалась нас развести в разные стороны, планомерно и профессионально взращивая в моей душе зависть и ненависть к старшей сестре. Можно, конечно, сказать, что это она во всём виновата. Но это не совсем так. Бабка ничего не смогла бы сделать, не будь изначально этих чувств в моей душе. А так она просто помогла им развиться. Ничего не мешало мне забыть об этом негласном соперничестве и начать жить самостоятельно, радуясь своим собственным победам, но я не хотела забывать.

Чем дальше, тем хуже. Таня каким-то чудом устроилась на работу к известному холостяку Соколову, чьи фото еженедельно мелькали в светской хронике и о чьих похождениях взахлёб рассказывали все особи женского пола от 13 и до 70. В него были влюблены все мои одноклассницы и, что скрывать, я в том числе.

Красивый, как падший ангел, с отличной фигурой, белокурыми волосами и пронзительными синими глазами. Тьма, а его улыбка… От неё можно было просто сойти с ума и согласиться на всё что угодно. Не Колдун, а мечта.

Сколько же их было, наивных дурочек, которые отправляли ему запросы на инициацию. Одной из моих знакомых всё-таки однажды повезло. Машка Снегирёва, что была на три года старше меня, всё-таки получила Феникса на инициацию. Её счастливая улыбка в 200 Ватт и блестящие от восторга глаза на следующей день после инициации говорили о многом. Тьма, я сама мечтала о нём тёмными ночами, видела во снах и просто грезила наяву.

Но вернёмся к сестре. Тане хоть сейчас, при жизни, можно было ставить памятник из чистого золота. Она же не только первая среди светлых, но вообще уникум во всех смыслах. Единственная Ведьма за всё время, у которой был один единственный любовник, который её инициировал и поймал в сети Брака. Ведьма однолюбка – это нонсенс. Не каждая человечка способна на такое, а чтобы Дочь Тьмы… но Таня у нас была именно такой.

А кто я? Лишь младшая Разина. Всегда, везде и во всём вторая. Бледная белобрысая тень старшей сестры, что всегда и везде была первой.

Было бы намного легче, если бы Таня зазналась, задирала нос или каким-либо иным способом показывала своё превосходство. Тогда бы у меня появился отличный повод её ненавидеть. Но нет, сестра и тут была самой лучшей и самой правильной. На каждый мой взрыв и всплеск негатива она мило улыбалась, трепала меня по голове и пропускала всё мимо ушей. И выходило опять, что она звезда, а я так, букашка с неустойчивой психикой. Крохотная Моська, которая только и может, что бездумно тявкать.

Как однажды сказал Дима Соколов – она бриллиант, чистый и незамутненный, а я лишь жалкая фальшивка. Да, для неуверенной в себе девочки данная фраза была очень болезненной. Особенно горько было осознавать, что и тут дорогая сестрёнка меня опередила – Феникс любил её, а не меня.

После того как Страж вытащил из меня пиявку, которую посадила дорогая бабуля, наши отношения стали лучше. С моей стороны исчезла агрессия, злость и обида, но чувство неудовлетворенности собой осталось и никуда не делось. Конечно, Таня не была в этом виновата, но мне так хотелось стать кем-то значимым.

Завидовала ли я ей сейчас? Не знаю, наверное, нет. Таня сейчас мать семейства, которая живёт в чисто мужском царстве. Муж – Страж Сергей Туманов, пасынок восемнадцати лет – Игорёк, наш младший пятнадцатилетний братишка Денис Разин и её собственные дети, годовалые близнецы Кирилл и Илья. Пять Колдунов и одна Ведьма. Бррр… Так и с ума сойти недолго.

Я не хотела себе такой жизни. Мне всего двадцать. Какие дети, Контракты и прочая ерунда? Я хотела пожить для себя. Чем я, собственно, и занималась, наслаждаясь жизнью и своим положением в ней.

Кофе закончился быстро. Посидела еще немного, раздумывая выпить ли еще чашку или пойти в душ. Решила остановиться на втором. Вот после душа и выпью. А то на работу надо скоро собираться.

Отставив чашку в сторону, сладко потянулась и отправилась в ванную.

Быстрый контрастный душ, от которого окончательно пропала сонливость, а мышцы пришли в тонус. Я люблю воду. Наверное, многие скажут, что из-за того, что я Сирена – дитя воды, и бла-бла-бла. Может быть, никогда не спорила и не думала об этом. Но это не значит, что я не могу наслаждаться каждой водной процедурой. Чем, собственно, всегда и занималась. Какое же это блаженство стоять под быстрыми ручейками воды, чувствовать, как капельки барабанят по коже, и вдыхать влажный воздух. Иногда я создавала из воды небольшие фигурки и пускала их вокруг себя – зайчики, котята, собачки, звездочки. Может, и глупо, но весело.

Потом была вторая кружка слегка подсахаренного кофе, и я побежала наводить красоту. Пора было собираться на работу.

Будучи Сиреной, я обладала не только способностями к водной магии. Были у нас еще и свои собственные отличительные признаки, такие как флёр. Собственно, флёр может вызвать любой Маг, сил требует не особо много, если, конечно, пользоваться им в строго ограниченном Законом объеме. Сиренам вызывать флёр и тратить на него силы не надо, он у нас в крови, в нашем голосе. А это вторая отличительная черта – мы обладаем идеальным слухом и голосом. Я могла пойти к любому музыкальному продюсеру и сказать всего два слова: «Я – Сирена». И всё, со мной можно было заключать Контракт. Но это так скучно, предсказуемо и неинтересно. Наша мама была певицей, а Марианна и по сей день выступает с гастролями.

А мне вновь захотелось быть кем-то особенным. Выделиться среди других. Это я и сделала. Жалела ли о том, что два года назад поступила столь импульсивно? Нет. Сейчас, когда я стала немного взрослее, скорее всего сначала включила бы мозг и хорошенько всё обдумала. А уж потом делала. Тем не менее, сегодняшний результат той детской выходки меня более чем устраивал.

Путь до офиса на метро занял полчаса. Мне повезло, что квартира, которую я снимала вот уже почти полтора года, находилась на одной ветке с работой. Так что пересадка мне не требовалась. А это значительно облегчало жизнь. До часа пик было еще далеко, и я могла спокойно сесть на свободное сиденье, мысленно составляя план работы на сегодня.

У меня был ежедневник, но я старалась всё запоминать. Позвонить в десять в «УилиссКорп» и договориться о встрече, потом узнать по поводу оплаты счета у «Агентства Картер и партнёры». Не забыть позвонить на склад, узнать, когда будет следующая партия мониторов. Надо обязательно затребовать с Марка товарную накладную по отгрузке в «Симонс-групп», а то он, как всегда, забудет. Наверное, надо быть мягче к нему, ведь когда-то и я была на его месте – на побегушках у всего отдела, но если Марк и дальше будет так тормозить, повышения ему не видать. А конкуренция у нас очень большая. Конечно, все в отделе уверены, что свою должность я получила только из-за того, что спала с Эвансом. Неправда, в тот момент я с ним не спала, а то, что случилось позже, касалось только нас двоих и на работе совершенно не сказывалось.