Татьяна Серганова – Будущие, или У мечты нет преград (СИ) (страница 77)

Я зажмурилась и затаила дыхание, сложив руки вдоль тела и сжав кулаки. А Сет все не спешил, замер надо мной, изучая, но не касаясь.

— Ты боишься? — прошептал мужчина, убирая локон с лица и заправляя за ушко. После пальцы обрисовали абрис лица, мягко, но требовательно касаясь кожи.

— Немного.

— Почему?

Пальцы спустились по шее, к плечам, обвили грудь, не касаясь ноющих вершинок.

— Сет…

Мне не хотелось говорить, не хотелось вспоминать, но от взгляда мужчины не укрыться и не спрятаться.

— Я… ничего не умею. Тот раз был первым… единственным. Его можно сказать и не было.

Валкот не дал мне договорить, прервав жадным поцелуем.

— Одетт… ты…

— М-м-м….

— Не бойся. Я не причиню тебе боли… Буду очень… мягок и нежен…

И ведь не солгал.

Признаюсь, страх был и зажатость. Я как пружинка застыла, не зная, что будет и как будет. Алисету предстояла весьма сложная задача растормошить меня, успокоить, расслабить и поверить в себя.

В нас…

Поцелуи. На губах, лице, шее, ключице… легкий укус и мой судорожной вздох на эту неожиданную ласку.

Поцелуй на груди, сквозь тонкий шелк. Стон стал все громче и оглушительнее. И ткань сорочки стала так невыносима тесна.

Рука, скользнувшая вверх по ноге и накрывшая бедра. Хочется спрятаться, я даже ноги свела в легком страхе. Но Алисет не спешил с интимными ласками, наслаждаясь прелюдией.

Снова поцелуи на губах. Я уже отвечала, закинув руки ему на плечи, запутавшись пальцами в волосах. Притягивая к себе, выгибаясь навстречу, заглядывая в глаза, в которых видела отголоски собственного пламени и любовь.

Мы целовались как сумасшедшие, не в силах оторваться хотя бы на мгновение.

Не знаю, в какой момент Алисет избавился от сорочки, развязал тесемки, но внезапно ткань, мешающая нам, исчезла, и я смогла полностью ощутить его поцелуи на своей коже, груди.

Никогда не думала, что она может быть такой чувствительной и болезненной. А губы и язык мужчины могут доставить такое наслаждение.

Я уже не думала о стеснениях, о прошлом, о том, как себя вести и что делать. Сама принимала участие в играх. Целовала, кусала, царапала и стонала, мечтая о большем.

Когда Сет развел бедра в стороны, касаясь внутренней стороны, страх на мгновение вернулся, но тут же потерялся в водовороте новых ощущений.

Я захлебнулась воздухом и прогнулась в спине, схватившись за покрывало.

— С-се-е-е-еет…

— Тсс, — выдохнул он в губы, в то время как его пальцы касались сокровенного местечка, лаская, проникая и растягивая, готовя для вторжения.

— Я… ох…

— Тебе нравится? — промурлыкал он.

Кивнула и застонала, чувствуя, как его палец проник внутрь и слегка потерся.

— Тебе нравится, — улыбнулся Алисет. — Будь умной девочкой и расслабься.

— Не могу, — простонала, впиваясь ногтями в его плечи.

— Можешь, Одетт, можешь. Позволь этому случиться… ты же хочешь этого… хочешь всего.

Томление становилось все сильнее, огонь разгорался в крови, грозя спалить меня дотла. Но этого было мало, хотелось больше прямо сейчас.

— Ну же… дай себе выход, — подбадривал меня Валкот.

Ох, если бы я знала, чего он хочет от меня. Если бы могла как-то повлиять, но тело жило своей жизнью, полностью подконтрольное мужчине. А разум просто испарился, не выдержав такого натиска.

Расслабиться… отпустить… довериться…

Взрыв собственной искры наслаждения, гораздо мощнее, чем я могла даже мечтать. Напряжение спало и тело сотрясло мелкой дрожью.

Алисет держал меня, прижимал к себе, ловя губами тихие вскрики, не давая упасть.

Я еще не успела толком прийти в себя, как мужчина уже оказался внутри меня, одним толчком наполняя до предела. Может, так и правильно, чтобы я не успела испугаться и оттолкнуть его.

— Ох…

— Да… вот так… вот так, Одетт.

Глупая, я даже не подозревала, что это может быть так ярко, безумно и по-настоящему. Тело само все знало, знало, как надо двигаться, что надо делать. И если вдруг возникала заминка, совсем крохотная, Сет помогал, направлял.

В этот раз мы достигли пика вместе, сотрясаясь от взаимного удовлетворения, не сдерживая стоны наслаждения, разделяя наслаждение на двоих.

До утра у нас еще было много времени для того, чтобы узнать друг друга получше, попытаться насытиться и проститься.

Сет уснул на рассвете, я еще некоторое время лежала, прислушиваясь к его дыханию, любуясь чертами лица, которые словно помолодели, получив силу.

— Прости меня… но я так боюсь… боюсь всего… и просить тебя уйти со мной не могу. Тут твоя жизнь, твоя дочь и твой мир. Мне нет здесь места.

Сбежала? Да!

Как самая последняя трусиха. Вот только от себя не сбежишь, как ни старайся.

Прочь из замка в столицу, где меня уже ждал портал и суровый взгляд брата.

— Дурочка, — мрачно констатировал Дерек.

— Знаю, — прошептала, обнимая его на прощание. — Но я разрушу его жизнь. А этого я не переживу.

— Ты не имеешь права решать за Валкота.

— Знаю. Поэтому решаю за себя. Я не переживу его ненависть. Не смогу.

— Вроде взрослая совсем, а так и не поняла самого главного. Без любви ты не сможешь. Без него не сможешь. Бежишь, а сердце свое оставила здесь.

— Что ж, — улыбнулась одними губами. — Ты прав, мое сердце здесь, с ним. Но я нашла замену. Унесла его сердце с собой.

И поспешила в портал, пока не передумала.

Глава восемнадцатая. Выбираю тебя

Две недели спустя

— Одетт, — в сердцах произнес Дитер, недовольно глядя на меня. — Иди ты…

— Куда? — тут же ощетинилась я, подбираясь всем телом, даже искра на пальцах засияла.

Весь вид и поза будто кричали — только дай повод и ударю!

— Домой!

— Моя смена не закончилась.

— Одетт! — было видно, что старый друг отчаянно пытается подобрать слова, чтобы не послать меня куда-нибудь далеко и надолго. — Иди-ка домой.