Татьяна Серганова – Будущие, или У мечты нет преград (СИ) (страница 30)

Не выйдет. Не получится.

Я лишь сделаю нам одолжение. Нам обоим. Спасу от ошибки.

— Одетт, нам пора. — Ко мне подошла Селина, чтобы отвести в покои, где меня уже ждала мама для поучительной беседы и информирования относительно первой брачной ночи.

Ведь завтра мне предстояло стать леди Валкот… если я не решусь на иное.

***

— Почему Кассий? — переспросила я, убирая волосы, которые упали на глаза, когда легкий ветерок пролетел по террасе. — Не знаю. Он показался мне самым лучшим кандидатом на эту роль.

— Он так быстро сбежал. Сдал тебя и сбежал.

— Это был не он.

Я покачала головой и зябко поежилась.

Он ведь знает, что Кассий не виноват, Дерек должен был ему сказать, но все равно спрашивает. Опять что-то вынюхивает.

— Ты можешь сколько угодно сомневаться в моих умственных способностях, но я хорошо подготовилась тогда. Отдала все свои драгоценности. Часть ушла на оплату услуг Кассия… но вот большая часть, — я усмехнулась, поражаясь собственной беспечности и бесстрашности. — Большая часть суммы досталась в качестве оплаты искрящему, который засвидетельствовал нашу клятву.

Напрягся и взгляд изменился, став колючим и проницательным.

— Ты купила непреложную клятву?

— Купила. Ты же меня совсем не знал, Валкот. Никто не знал, даже Селина. Я всегда ходила по краю, всегда была на грани. Искала острых ощущений, опасности. Бросала вызов, скрыто, лелея внутри свои маленькие тайны и победы.

— Ты не могла встретиться с искрящим.

Какая самоуверенность.

— Не могла, но встретилась. Я знала про охрану. Про то, как вы с Дереком заботились о моей безопасности. Но вы не можете предусмотреть всего. Да, я нашла способы незаметно выбираться из замка. И да, я ими пользовалась.

Я подняла руку, показывая мужчине свое запястье, где бледнела метка, которая уже плохо различалась от времени, но оставалась.

— Столько лет прошло, а круг все еще замкнут. Кассий продолжает молчать. Как и оговорено. Так что это не он. Все должно было остаться тайной.

— Но не осталось.

— Нет.

Память штука загадочная и избирательная. Что-то отчетливо помнится, так, словно это было только вчера. А другое похоронено, забыто и до сих пор болезненно.

Я помнила, как запиналась и краснела мама, рассказывая подробности первой брачной ночи, как я сама краснела и бледнела в ответ. Помню, какого цвета было на ней платье и как она все время теребила колечко на левой руке с крохотным камушком.

Большей частью нашего разговора я смотрела на него, боясь поднять взгляд. Ведь сорвалась бы, разревелась, но не смогла.

Мамины слезы… Еще шепот… слова, затрагивающие душу.

— Прости меня… прости меня, если сможешь. И Дерека прости.

Она стояла на коленях, сжимала мои руки и шептала, заглядывая в глаза, пытаясь поймать взгляд.

— Мы же как лучше хотим. Ты же… упрямая… но так лучше. Он защитит тебя. Валкот хороший. Не обидит. Никогда не обидит. А любовь — это непостоянное чувство. И это не обязательно страсть… для счастья нужно другое. Поверь мне, я знаю.

— Мама, — простонала я, отшатываясь, вскакивая, отталкивая ее руки, не в силах больше это выслушивать. — Не надо.

— Ты же не знаешь… ничего не знаешь.

— Конечно, я ничего не знаю. Я же глупая, маленькая, взбалмошная!

— Одетт!

— Не надо, мама, — упрямо повторила я, сжимая и разжимая кулаки. — Не надо.

— Прости и пойми.

Потом неожиданно пришла Селина со странным предложением провести со мной время и помочь подготовиться к свадьбе. Для этого она была готова даже ночевать в моих покоях на неудобном диванчике.

Ох, как же сильно я испугалась тогда, ведь спровадить и обмануть невестку будет не так просто.

Но тут неожиданно заболел Дэнни и Селина ушла, предварительно поставив охранку на замок. И он должен был помочь, если бы…

Проблема в том, что фамильный замок Архольдов был древним и скрывал множество подземных ходов, лабиринтов и тайных мест. И я за годы проживания смогла их исследовать.

Так что выбраться из комнаты, минуя охрану и прочие неожиданности в лице слуг, не составило труда.

А дальше…

Холодные стены, к которым я прикасалась ладошкой, бредя по темным коридорам, свет звезд, падающий из окон и освещающий лестничный пролет, стук сердца и страх.

Скрип двери и взгляд Кассия, который я так и не смогла прочитать.

Вопрос: «Ты точно уверена?».

И мой судорожный кивок.

Я сама шагнула вперед. Сама скинула сорочку и переступила через ворох ткани. Сама легла в постель, крепко зажмурив глаза и сжимая кулаки.

Никто не заставлял, никто не принуждал.

Все сама.

Взвешенное, обдуманное решение, за которое мне пришлось ответить.

Поцелуи, сначала острожные, потом все более жадные… неприятные. Неправильные. Соленый, тошнотворный привкус крови во рту, когда слишком сильно прикусила внутреннюю сторону щеки.

Чужое тело — горячее, липкое от пота… тяжесть и шершавые руки на моих бедрах.

Страх, затопивший сознание. Так хотелось закрыться, спрятаться. Ужас, паника, от которой задрожало все тело. Я до сих пор не понимаю, каким чудом мне удалось сдержаться и подавить это, заставить себя лежать на месте и не кричать.

Боль… я даже не думала, что она может быть такой сильной.

Стыд, отчаянье.

Слезы и нестерпимое желание кричать, выть, рыдать.

Толчки… болезненные, неприятные.

Кто сказал, что потом боль уйдет?… ложь. И тут солгали. Хриплое дыхание, неприятный запах и руки, все сильнее сжимающие тело.

Я считала от одного до ста. Про себя. Пытаясь сосредоточиться на счете и ни о чем не думать.

Его глухой стон, совпавший с треском, ударившейся о стену двери.

Валкот.

О, какой у него был взгляд. От ледяной глыбы не осталось и следа, эмоции били через край и тому виной была я и мой ужасный проступок.

А я не знала, чего хотела больше — умереть от презрения, которым он меня окатил или расхохотаться от гордости. Я ведь смогла! Смогла, хотя сама не верила. Нарушила все традиции, бросила вызов обществу и ему в частности!

Но я выбрала третий вариант. И улыбалась. Просто улыбалась, открыто встречая его взгляд и прижимая простынь к груди.

Очень быстро рядом оказался Дерек, а потом и Селина, каким-то чудом успевшая удержать мужа от расправы над Кассием, но любовник отлично знал, на что идет, и действовал точно по плану.

Холодный тон Валкота, который разрывал помолвку и отменял свадьбу, окатил словно ушат ледяной воды.

Мечта сбылась. Но почему-то в ответ ничего не чувствовала, разве что боль во всем теле и нестерпимое желание искупаться, отмыться и стереть с себя чужой запах, от которого так сильно мутило.