Татьяна Серганова – Будущие, или У мечты нет преград (СИ) (страница 20)

Быстрый душ и мягкая кровать, в которую упала, не чувствуя ног от усталости.

Но отдохнуть и выспаться не удалось. После обеда пришло сообщение из дворца о том, что принцесса Петрея желает меня видеть. И как можно быстрее.

Двери храма всегда открыты для нуждающихся и просящих.

Даже если это раннее утро, солнце только встало и до первой службы еще так далеко.

Валкот быстро вбежал по ступенькам из белоснежного мрамора и остановился у двери, приветственно сложив руки.

— Великие с нами, — произнес мужчина, почтительно склонив голову.

— Отныне и вовек, — отозвался служитель, что встречал его у дверей.

Алисет не помнил, когда в последний раз был в Храме. Не в его привычках было посещать Великих. Обратиться к ним он мог в своих мыслях и то не прося, а благодаря. Просить мужчина не любил и всего старался добиваться сам. А приходить на службу ради кого-то не хотел. Нечестно это и неправильно.

Сильвия первое время, когда еще была в состоянии, старалась ходить на службу хотя бы каждую неделю. Верила, что Великие помогут. Но чуда так и не произошло.

Боги редко отвечали на мольбы и просьбы, но сегодня Алисет был почему-то уверен, что ему ответят.

Шаги эхом отражались от стен храма, когда мужчина подошел к алтарю.

Отец, Мать и Сын. Статуя Матери — хрупкой молодой женщины невероятной красоты с длинными волосами с легким саваном на голове и ниткой жемчуга на груди — посредине и чуть впереди. И это сделано специально. Террико считалось родиной Великой и здесь она почиталась особенно.

Мужчина взял одну из свечек и поднес к огню, стремясь зажечь, раз уж все равно пришел сюда.

— Неправильно, сынок. Что ж ты так неаккуратно, — неожиданно произнесла старушка, внезапно оказавшись рядом с ним и помогая.

Черные одеяния ее были стары и поношены, лицо изрезано морщинами, седые волосы торчали из-под платка, а глаза почти прозрачные, белые.

— Спасибо, бабушка, — произнес Валкот, вновь поворачиваясь к безмолвным статуям.

— Давно не был тут?

Бабулька уходить не спешила, оперлась руками о большую кривую палку и изучала мужчину подслеповатыми глазами.

— Давно.

— Воин, — вздохнула она грустно и покачала седой головой. — Вы воины всегда думаете, что просить зазорно. Кичитесь своей силой, не понимая, что боги все слышат.

— Слышат, но не помогают, — ответил тот спокойно.

— А чего помогать. Они мудры, видят на сотню шагов вперед. Помогают, направляют, дают советы. Только мы не всегда слышим и видим. И не всегда следуем.

Валкот бросил на старушку более внимательный взгляд. Так ли она проста, как хочет казаться? Что-то было в ней странное.

Он ведь слышал о таких… старцах, которые бродили по миру. Кто-то называл их сумасшедшими, а кто-то говорил, что их устами говорят боги.

— Я знаю, чего Великая хочет, — тихо произнес Алисет и кивнул на безмолвную статую. — Знаю и не буду противиться.

А в ответ смех. Жуткий, каркающий, эхом прокатившийся по пустому залу.

— Ты так ничего и не понял, — отсмеявшись, произнесла старушка снисходительно. — Вырос, седых волос прибавилось, а так и не понял. Великая может хотеть многое, но решение должны принимать вы сами.

— Я видел, как ломались судьбы моих друзей, когда они отступили от воли Богов. Предпочитаю действовать умнее и сразу согласиться.

Белесые глаза наполнились светло-голубым сиянием. Мигнули и снова вернулись к обычному цвету.

— Архольды, — глухо произнесла старушка, подтверждая его слова. — А их отец? Дерека и Одетт? Он ведь пошел тогда по зову Великой и взял в жены дочь башмачника. Он был счастлив, исполнив волю Богов?

— Нет.

— В том-то и смысл, лорд Валкот. Великие могут указать путь, но исполняют его люди. Ты уверен, что Богиня-Мать решила соединить вас с юной Одетт? Ты прав. Но знаешь, что будет, если я приду к ней с этим решением?

Знал, но ожидал ответа.

— Она выставит меня за дверь. Для нее воля Великих не обязательна. Как и шесть лет назад. Одетт ждет другого.

— И чего же?

Снова смешок и укоризненное качание головой.

— Она выросла, изменилась. А ты остался таким же. Пассивным, равнодушным и безэмоциональным. Думаешь, ей именно это нужно? Твоя фамилия и клетка в родовом замке?

Промолчал, чувствуя, как в голове все смешалось от противоречивой информации.

— Одетт ждет любви. Настоящей, сильной и взаимной. Как и шесть лет назад. Вы оба тогда совершили ошибки. Она извлекла уроки. А ты?

— Любовь… это призрак.

— Почему ты так вел себя с ней сегодня? — продолжила старушка. Валкот уже давно перестал удивляться тому, как много она знала. Значит, и вправду глас Богов, с которыми лучше не спорить, а выслушать. — Почему сказал, что между вами не все кончено? Потому что сразу понял волю Богов? Вспомнил сон? Да, это Великая перевела тебе ее образ, чтобы вспомнил, оживил воспоминания. И теперь подумай, что будет, когда она узнает, что это лишь игра. Это не Сильвия. Она не будет довольствоваться малым.

— Мне больше предложить нечего.

Отступила, покачала головой, глядя на него, как на нашкодившего ребенка.

— Тогда отступи. Уйди. Оставь ее. Не ломай девочку, второго раза она не переживет. Тем более, что ты не единственный претендент.

— Что значит не единственный? — сразу насторожился мужчина.

— А ты думаешь такая девушка будет лишена внимания? Найдется тот, кто оценит ее. Настоящую. Порывистую, как ветер. Искреннюю, честную и импульсивную. Тот, кто не захочет ломать ее под себя.

— И что это значит?

Именно в этот момент вихрь ворвался в зал, захлопнулись оконные створки, заставив его резко отвернутся. А когда повернулся — прошла буквально пара секунд — старушки уже не было. Исчезла, словно и не было.

Алисет повернулся к статуям, всматриваясь в их каменные равнодушные лица.

Ему казалось, что он все понял, что разгадал их замысел. Поведение Адонии, события, неслучайные случайности — все это было направлено на их воссоединение.

А вышло…

Валкот отступил на пару шагов назад, засунув руки в карманы брюк.

Ответа не было, как и верного решения. Надо было подумать.

Мужчина развернулся, быстро зашагав в сторону выхода.

Шаги еще не успели стихнуть, когда из соседней колонны выскользнула тень высокого мужчины.

Широкоплечий, светловолосый, с выбритыми висками и пронзительными синими глазами. Он посмотрел вслед ушедшему, а потом на Великих.

— Все играете… но я так просто не уступлю.

Взметнулось пламя на очаге и опало, вызвав усмешку на узком лице.

— Я помню условия… Она сам придет… А я умею ждать.

Когда служитель через пару минут вошел в главный зал, там уже никого не было, только тишина и покой раннего утра.

Глава шестая. Ссоры и откровения

Могло бы показаться, что раз мы пришли с Петрой к консенсусу, то жизнь сразу наладилась и можно выдохнуть.

Но как бы не так.

— Ты мне не нравишься! — заявила принцесса, смотря на меня снизу вверх.

Она уютно расположилась на диванчике в ворохе небольших подушек. Тонкие пальчики перебирали драгоценные камушки массивного ожерелья на шее, пока я смиренно стояла рядом, чуть склонив голову и сложив руки за спиной. Положение было крайне неудобное и у меня затекла и заныла шея.